Ты задолжал мне любовь (СИ) - Эмилия Иванова

— Эмилия Андреевна, они все ушли, остались только родители Яны. Вы такая умная! Вот так взяли и утихомирили их всех. Получается, что вынашивающие злые намерения журналисты, сегодня пришли напрасно, так еще и сделали на нашу компанию пропаганду!

Я слегка улыбнулась, а после мой взгляд переместился на четырехлетнего ребенка Яны, что находился на данный момент в холле, и выглядел немного изможденным. Не знаю, показалось мне или же нет, но вдруг меня накрыло ощущение того, что эта девочка как-то не была похожа на нормального ребенка. Отведя взгляд, я посмотрела на администратора:

— Спасибо за сегодня. Добавь меня в VK, а после отправь мне видео. Кстати, как тебя зовут?

Девушка на вид казалась немного простоватой и искренней. Зардевшись румянцем, она добавила меня в социальную сеть, а после взволнованно сказала:

— Эмилия Андреевна, меня зовут Екатерина Луганова. Но зовите меня просто Катей. Для меня большая честь работать на Вас.

Улыбнувшись, я добавила ее в друзья, и вскоре она прислала видео.

— Беда! Беда! — вдруг в тихом холле внезапно раздался шум.

Подняв глава, я увидела, что родители Яны душераздирающе кричат. Посмотрев на Катю, я сказала ей:

— Иди и проверь, что там случилось.

Девушка подбежала туда трусцой и растолкала людей, окружавших родителей Тарасовой. Я же последовала за ней.

Девочка, что буквально только что играла в холле на диване, на данный момент была без сознания и до ужаса бледной. Из ее носа текла кровь, но не было похоже, что она была как-то травмирована.

.

Глава 636. Беда не щадит никого (часть 6)

Два человека в годах, будучи морально сокрушенными, обнимали ребенка и плакали навзрыд. Екатерина посмотрела на меня и на некоторое время даже как-то пришла в замешательство.

Никто толком даже и не знал, что же произошло с ребенком. Они целый день торчат тут, а я же только что попросила персонал дать им поесть… Если с девочкой что-то случится, то по итогу к этой всей истории приплетут компанию. И эти вопросы крутились не только в моей голове, но и у других сотрудников. Катя еще сильнее впала в панику, все-таки именно она собственноручно купила все эти продукты сюда.

Девушка, будучи на грани слез, посмотрела на меня. Ее глаза казались красными и опухшими, а в голосе четко слышались всхлипы:

— Эмилия Андреевна, что делать?

Вздохнув, я успокоилась и посмотрела на родителей Яны:

— Здравствуйте. Я — жена гендиректора «Demigroup». Если Вы мне доверяете, то не могли бы выслушать меня?

Старики до ужаса испугались обмороком ребенка, не зная, как им поступить, поэтому, когда увидели меня, они, словно ухватившись за спасительную соломинку, накрепко вцепились в меня:

— Пожалуйста, спасите девочку! Спасите ее!

Я кивнула и постаралась максимально успокоить их:

— Послушайте, самое главное сейчас — это жизнь ребенка. Мы вызовем скорую помощь и доставим девочку в больницу на осмотр, хорошо? Что касается других вопросов, мы можем повременить и сначала убедиться, что она в полной безопасности, а потом уже продолжать все обсуждения. Ладно?

Супруги средних лет на какое-то мгновение замерли и посмотрели друг на друга. После секундного колебания они взглянули на меня и сказали:

— Ладно. Мы верим Вам. Но не пытайтесь выкинуть какие-нибудь фокусы! Наша дочь погибла, и ваша компания обязана заплатить за это.

Я кивнула, не став долго обо всем раздумывать. После я бросила взгляд на Катю, и девушка тут же набрала 103. Но вот только ждать скорую на данный момент оказалось слишком большой тратой времени, поэтому, пребывая в безысходности, я решила отвезти ее в больницу сама.

Когда я доставила девочку в отделение неотложной помощи, медсестра вышла вперед и, посмотрев на нас, спросила:

─Кто из вас являются родителями ребенка?

Пара в возрасте в унисон сказали:

— Я! Ох… Мы — бабушка и дедушка. Что с ней?

Женщина кивнула и сказала:

— Мы еще пока не уверены. Пожалуйста, пройдите на первый этаж, чтобы зарегистрироваться и оплатить взнос

Когда появятся результаты осмотра, мы сообщим вам при первой возможности.

Услышав подобную фразу, супруги оцепенели, а после на их лицах зардело смущение. Увидев такие изменения, произошедшие с ними, я проговорила:

— Дайте мне свидетельство о рождении девочки или же прописку, я пойду зарегистрируюсь и оплачу взнос.

Они тут же ошалели, а после их глаза покраснели, и они посмотрел на меня:

— Спасибо Вам! Большое Вам спасибо!

Я же ничего не стала говорить. Просто взяла необходимые мне документы и отправилась на регистрацию. По возвращению я передала медицинскую карту и прописку супругам. Бабушка девочки посмотрела на меня, а со слегка красноватыми глазами они поблагодарила меня.

Я кивнула и промолчала. Вдруг в моей сумке несколько раз зазвенел телефон. Я только что была очень занята, поэтому мне никак не удавалось найти время, чтобы посмотреть свой сотовый. Но теперь, освободившись, я открыла его и увидела звонок от Руслана и пару сообщений VK от него.

«Ты куда ушла? Почему не отвечаешь на звонки?»

Я напечатала ему ответ:

«Почему не отдохнешь еще немного? Я в больнице, дочь Яны внезапно упала в обморок, и я отвезла их сюда. Поспи еще, побереги свое здоровье. По поводу всего этого не переживай, я со всем разберусь».

Оправив Руслану сообщение, я убрала телефон в сумку, как вдруг бабушка ребенка посмотрела на меня:

— Вам, наверное, кажется, что мы переходим все грани беспринципности, поступая вот так, да?

Я на долю секунды замерла, никак не прокомментировав такой вопрос. Она же самоуничижительно улыбнулась:

— Мы когда-то не были настолько жалкими. Знаете, некоторые дети в этот мир приходят в качестве платы за добро, а некоторые же в качестве наказания. А у нас было два ребенка. Один из них — за добро, другой — за зло. Скажите, не забавно ли это? Но мы все равно должны продолжать жить. Даже если будет еще более жалкими, все равно должны. Только живя, мы можем иметь надежду, только живя, мы можем видеть, как растет наша внучка, только живя, мы можем видеть будущее.

Пока я молча слушала, мое сердце немного защемило. Что ж, многообразие человеческой жизни прямо как на ладони. Счастливые люди по большей своей части схожи, а вот несчастливые же все разные. И для двух стариков с проседью на голове единственная надежда на жизнь — это ребенок, оставленный после себя Яной.

После некоторого ожидания дверь отделения неотложной помощи открылась, и из нее вышел доктор.

Супруги тут же впопыхах вышли вперед, чтобы узнать, что случилось