Виктор Глухов агент Ада. Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Сухинин Владимир Александрович Владимир Черный-Седой

Оставив на шее Румуса ремень, мы удалились. Дорога наша лежала к каюте Муна. Туда никто не заглядывал, это я знал точно. Путь был несколько утомительным, но мы все же благополучно добрались до нужной нам каюты. По пути ко мне пришла мысль опять стать Лирандой, прогуляться по короблю и найти Вейса. Пора было, на мой взгляд, убираться отсюда.

В каюте я попросил Брыка передать Лиану, чтобы превратил меня в Лиранду. Но, подумав, что сильно от нее отличаюсь, я сказал сделать меня более похожей на нее, затем дать мне час подремать и разбудить.

Час пролетел мгновенно, но я прекрасно отдохнул. Мун сидел в углу и оторопело смотрел на меня. Я уже был Лирандой, но в форме полковника, и эта форма странным образом висела на мне, словно была размера на четыре больше. Но задумываться над такой странностью я не стал, а просто разделся и, оставшись полностью голым, полез в шкаф за одеждой Лиранды.

Мун пискнул и вдруг замычал. Я обернулась и посмотрела на Генри. Он сидел, вытаращив глаза, и зажимал рот ладонями. Я ободряюще улыбнулась:

— Генри, ты чего? Голых девок не видел?

И посмотрела вниз. Вначале я не поняла. Хмыкнула и полезла за бельем, и тут меня ударило по мозгам. Улыбка стерлась с моего лица. Я медленно опустила глаза и уставилась на свой живот. На нем в самом низу красовалась наколка «Хочешь меня? Плати!», а ниже… ниже… Я была женщина!!!

Болезненная судорога пробежала по моему лицу, и руки сами непроизвольно ухватились за пах. Там, к моему ужасу, ничего мужского не было. Мозг прошил разряд электрического тока, и мое сознание, не выдержав напряжения, потухло.

Очнулась я от того, что мне в лицо брызгали холодной водой. Открыв глаза, я увидела озабоченно склонившегося надо мной молодого парня. Нескольких мгновений мне хватило, чтобы понять, что я полностью обнажена. Краска стыда и гнева опалили мое лицо. Рука сама дернулась и залепила негодяю пощечину. Затем я завизжала так громко, как могла.

Парень отшатнулся и что-то залепетал про господина. А я, схватив покрывало, лежащее под моей головой, быстро им укрылась.

— Ты кто? — спросила я, подбирая ноги и сжимаясь в комочек. Парень был большим и, видимо, очень сильным, такому снасильничать девушку ничего не стоит.

— Простите, господин, если напугал вас. Но вы упали и потеряли сознание. Пришлось положить вас на диван.

— Кто ты? — не слушая его лепет, вновь спросила я.

— Я Генри Мун, господин.

— И… что ты тут делаешь? — беспокойно оглядывая каюту, спросила я.

— Э-э-э… это моя каюта, господин… — Он немного замялся. — Вы меня сюда привели.

— Я?

— Ну да, вы.

— Я что, пошла с вами в вашу каюту? — не поверила я своим ушам.

Ответ поразил меня своей краткостью:

— Да.

— Да… — эхом повторила я. — А зачем?

— Вы хотели, чтобы я был с вами.

— Со мной? Со мной, — повторила я. И вдруг поняла, что не знаю, кто я. Я ошалело посмотрела на парня. — Ты знаешь, кто я?

— Ну… сейчас вы Лиранда Монади, — смущаясь, ответил он.

— Лиранда Монади, — мысленно повторила я это имя, и что-то знакомое всплыло в памяти.

Специалист службы связи крейсера, младший листер. Проститутка, которая спит с мужчинами и женщинами за кредиты. У меня глаза полезли на лоб. Не может быть! Я живо подняла покрывало и посмотрела на живот. Там красовалась надпись «Хочешь меня? Плати!». Я вспомнила и эту наколку. Все сходится. Боже, кем я стала! Я проститутка! Что скажет жена Люська? Шиза? И как обрадуется Маргарита Павловна. Я на время зависла. Что за чушь. Какая жена Люська? Что за Шиза и кто такая Маргарита Павловна? Я брежу. Мне плохо.

— Дайте воды, пожалуйста… — попросила я слабым голосом.

Парень поднялся, и я, глядя ему в спину, с ужасом подумала:

«Неужели я была с ним… сегодня? Какой кошмар! Я спала с мужчиной!» От этого открытия у меня закружилась голова. Мне расхотелось жить, бездна разверзлась передо мной. Я рухнула в нее и снова потеряла сознание.

Пришла в себя от того, что кто-то осторожно вливал мне в рот воду. Ухватив дрожащими руками стакан, я выдула все до дна, но это не принесло мне облегчения. Преодолевая отвращение, я все же нашла в себе силы спросить:

— У нас с вами… что-то было?

— В каком смысле, господи… госпожа? — поправился он.

Я закрыла глаза и, словно бросаясь в омут с головой, спросила:

— Я с вами переспала?

— Her, что вы! — воскликнул он. — Вы поспали одна всего час и проснулись.

Я посмотрела ему в глаза. Не врет. Лицо открытое и честное. Огромное облегчение накрыло меня.

— Слава богу, — выдохнула я. — Вы не отвернетесь? Мне нужно одеться и уходить.

— Конечно, — живо ответил Генри и, покраснев, повернулся ко мне спиной. — Как это у вас получается?

Я спрыгнула с дивана, подбежала к шкафу, где, как помнила, была женская одежда, и стала лихорадочно надевать белье. Одни трусики мне оказались велики, я их закинула обратно в шкаф, другие впору. Надела бюстгальтер, причем долго мучилась с застежками и ругалась про себя: как можно делать такие неудобные вещи? Да и сам бюстгальтер больше открывал, чем закрывал. Даже соски наполовину были наружу.

Боже! Какие большие коричневые круги вокруг сосков. А грудь ничего, упругая. Мне такие нравились. Я опустила руки. Кому нравились? Но ответа на этот вопрос не нашла. Надела блузку, белую с синим воротником, потом темно-синюю юбку, строгую, длиной до колен. Затем нацепила на голову синюю пилотку и посмотрела на себя в зеркало. Я узнала эту девушку. На меня смотрела Лиранда Монади, и это была я. Давалка, как называл меня за глаза экипаж корабля.

Я повернулась к молодому парню. Промелькнула мысль: а он красив. И тут же брезгливость вновь накрыла меня. Нет, только не это! О чем я думаю?! Шлюха! Боже, я шлюха! И, чтобы убежать от нахлынувших мыслей, спросила:

— Ты о чем? Что у меня получается?

— Так это… то мужчина… то женщина… — Он виновато посмотрел на меня через плечо и потупил глаза.

Господи! Все знают, что я сплю и с мужчинами, и с женщинами. Причем, судя по тому, что при упоминании об интимных отношениях с женщинами я не испытываю душевных мук, я еще и лесбиянка, которая притворяется бисексуальной. За что мне это?!

Я не стала отвечать парню и поспешила к двери, чтобы поскорее удрать от позора.

— А мне что делать? — услышала я вопрос и, не оборачиваясь, пропищала:

— Сиди здесь.

Когда дверь за моей спиной закрылась, я испытала огромное облегчение. Пусть сидит в своей каюте и не трезвонит по кораблю, что я пошла с ним. Кстати, а он заплатил мне? Но я тут же отбросила эту мысль как недостойную и, гордо подняв голову, пошла в свой кубрик. По дороге мне встречались офицеры, они гаденько ухмылялись, и я чувствовала спиной их липкие взгляды. «Скоты! Похотливые скоты, — ругала я их про себя. — Все мужики козлы, и им нужно только одно».

В лифте я ехала с вестовым. Он нагло и оценивающе оглядывал меня. Я терпела до того момента, пока кабина не остановилась на нужном мне уровне, и, выходя, двинула ему кулаком по морде. Удар оказался хорошо поставленным. Рядовой упал как подкошенный, а я, удовлетворенная свершившейся местью, пошла дальше. Спокойно прошла в свой кубрик. Там на кровати лежала крупная и некрасивая девушка. Она спала. Маргана, вспомнила я девушку. Моя любовница. О боже, с кем приходится спать! Мне захотелось принять душ и смыть ту грязь, что налипла на меня. Я разделась и забралась под струи воды. Они освежали и приносили покой. Мне стало легче.

Лиранда вернулась из медблока. Ее больше не колотило от гнева и несправедливости. То, что ее несколько раз заставляли снимать трусы и показывать свои прелести, больше не тяготило девушку, она хотела забыться и сделала это так, как умела — разделась и легла к Маргане. В душе кто-то мылся из девчонок, но Лиранда на это не обращала внимания. Она стала гладить спящую подругу, и та, потянувшись, обняла Лиранду. Шум воды в душе прекратился. Девушка поцеловала подругу и прошептала: