Вся Агата Кристи в трех томах. Том 3 - Агата Кристи

class="p1">Но Паркер Пайн отклонил и это заманчивое предложение.

Другие пассажиры сошли в положенном месте, а он остался на палубе. Мадам не заставила себя долго ждать, дверь каюты леди Гриль открылась, и она вышла, любезно сказав:

— Какая жара! Рада, что вы поступили разумно, сэр, и не сошли на берег. Не выпить ли нам в салоне чаю?

Паркер Пайн тотчас поднялся с кресла и последовал за нею. Детектив, надо признаться, был весьма заинтригован. Усевшись за столик, они поговорили о том о сем: было видно, что его клиентка не знала, с чего начать и как подступиться к сущности дела. Наконец она глухо произнесла:

— Я должна, сэр, сделать очень серьезное признание. Надеюсь, вы все понимаете?

— Конечно! — кивнул детектив в ответ.

Она замолчала, тяжело задышав. Он терпеливо ждал.

— Я хочу знать… мне кажется, мой муж, сэр Джордж Гриль, подсыпает мне что-то в еду… регулярно… желая меня отравить.

Паркер Пайн не ожидал услышать ничего подобного, поэтому не в силах был скрыть удивления:

— Тяжелое обвинение, мадам!

— Я не дура и не вчера родилась на свет. С некоторых пор у меня появились подозрения. Каждый раз, когда муж ненадолго уезжает из дому, я чувствую себя прекрасно: еда не причиняет неудобств и у меня не бывает слабости. Должно же быть этому объяснение?!

— То, что вы сказали, — очень серьезно, леди Гриль. Но я не полицейский; если угодно, я более специалист по сердечным делам.

Она в нетерпении перебила его:

— Не думаете ли вы, что я неуравновешенная? Полицейский мне не нужен, потому что я способна защищаться сама. Но я хочу знать. Во мне нет злости, я всегда честно поступаю с теми, кто со мной искренен: после свадьбы я не только заплатила все долги своего мужа, но и не оставила его без средств к существованию.

Паркер Пайн не мог не посочувствовать баронету.

— Что касается малютки, — продолжала леди, — его племянницы, то я оплачиваю ее туалеты, развлечения и все, что ей только захочется купить. В ответ я прошу только одного: немного благодарности.

— О, мадам! Как говорится, насильно мил не будешь! — улыбнулся Пайн.

— Да бросьте вы! Ладно, это детали! Давайте перейдем к делу: откройте мне всю правду. Когда я буду знать…

Паркер Пайн взглянул на леди Гриль:

— И что вы, мадам, сделаете, когда узнаете ее?

Она сжала губы:

— Это уж мое дело.

Ее собеседник недолго помолчал, потом как-то нерешительно произнес:

— Извините меня, леди Гриль, за то, что я вам сейчас скажу: мне кажется, вы не вполне откровенны со мной.

— Не смешно ли это, сэр? Я объяснила вам, что хочу знать всю правду…

— Да, но для чего она вам?

Их взгляды встретились. Леди Гриль первой опустила голову.

— Мне кажется, это и без слов ясно, — прошептала она.

— Нет, потому что вы что-то недоговариваете. Ведь так?

— Чего же?

— Давайте, мадам, расставим все точки над i, чего вы, в конце концов, хотите: чтобы ваши подозрения оправдались или оказались ошибочными?

— Сэр! — Леди Гриль негодующе поднялась.

— И все же вы мне не ответили, мадам.

— О-о-о!

Ей, казалось, не хватало слов, чтобы выразить то, что ее так волнует. Поэтому, ничего не объясняя, она поспешила выйти.

Оставшись один, Паркер Пайн погрузился в раздумье и даже вздрогнул, когда какое-то время спустя кто-то сел напротив него. Это оказалась мисс Мак-Найтон.

— Что-то вы рано вернулись с прогулки, — заметил детектив.

— Я сказала, что у меня мигрень, и вернулась одна… — Она немного поколебалась и нерешительно спросила: — Вы не знаете, сэр, где леди Гриль?

— Пошла недавно к себе в комнату, думаю. Разве вы вернулись не из-за нее?

— Нет, сэр, я хотела поговорить с вами.

Паркер Пайн был очень удивлен таким ответом. Он считал, что сиделка леди Гриль принадлежала к тому типу людей, которые без посторонней помощи разрешают свои жизненные затруднения.

Однако мисс Мак-Найтон добавила:

— С тех пор как мы на борту этого парохода, я, с вашего позволения, сэр, приглядываюсь к вам. Мне кажется, что у вас большой жизненный опыт и великолепные способности логически мыслить. Поэтому мне так нужен ваш совет!

— Однако, думаю, мэм, вы не из тех женщин, которые нуждаются в чьих-либо советах: вы привыкли полагаться только на саму себя.

— Вообще-то да, вы правы. Но тут особый случай… — Мисс Мак-Найтон снова замялась. — Я никогда не говорю о больных, за которыми ухаживаю, но сейчас считаю себя обязанной это сделать… Видите ли, сэр, когда я уезжала из Англии с леди Гриль, все было очень просто: моя клиентка чувствовала себя превосходно, но, как случается нередко, лишнее свободное время и деньги выбивают ее из колеи. Если бы ей нужно было ежедневно мыть полы или ухаживать за пятерыми ребятишками, она была бы куда здоровее и счастливее.

Паркер Пайн согласно кивнул.

— В больницы нередко попадает множество людей, воображающих себя нездоровыми. И леди Гриль находит удовольствие в жалобах на постоянное недомогание. Моя роль сиделки, вы понимаете… не перечить ее причудам, поступать тактично и… радоваться путешествию.

— Вы рассуждаете, мисс, очень разумно.

— Да… но в последнее время все очень изменилось: сейчас страдания леди Гриль вполне реальны.

— Что вы хотите этим сказать?

— Я начинаю думать, что ее кто-то систематически… травит.

— И давно вы это заметили?

— Примерно три недели назад.

— Вы конкретно кого-нибудь подозреваете?

Мисс Мак-Найтон опустила глаза, и ее голосу, почувствовал детектив, явно не хватало убедительности, когда она ответила:

— Нет. Никого.

— А я, напротив, полагаю, что вы подозреваете сэра Джорджа Гриля.

— Нет, нет! Я не могу подозревать его! Это такой тихий, безобидный человек. Невозможно и представить его в роли хладнокровного отравителя!

— Однако вы ведь заметили, что, когда он отсутствует, его жена чувствует себя лучше и ее страдания возобновляются с его возвращением?

Сиделка ничего не ответила.

— Как по-вашему, мисс, о каком яде идет речь? Мышьяке?

— Наверное. Или сурьме.

— Какие меры предосторожности вы принимаете как человек, ухаживающий за мадам?

— Я стараюсь, насколько это доступно, проверять пищу и питье леди Гриль.

Детектив одобрительно кивнул и спросил:

— Как вы думаете, леди Гриль подозревает что-нибудь?

— О, конечно нет!

— Увы, мисс, вы ошибаетесь: леди Гриль подозревает, что с ней происходит что-то неладное.

Мисс Мак-Найтон была в высшей степени удивлена услышанным, а Паркер Пайн продолжал:

— Она переживает это все в одиночестве, однако никому не открывает своей тайны, потому что уверена — никому нельзя доверять.

— Очень удивлена, сэр…

— Я хочу задать вам последний вопрос, мисс Мак-Найтон: вы нравитесь леди Гриль?

— Я ее никогда не спрашивала об этом.

Их