Крылья - Даниэла Стил

Кэсси решилась. Конечно, контракт еще не подписан, но она уже приняла решение и собиралась сказать об этом Десмонду, как только вернется в Лос-Анджелес.

— Я получила интересное предложение от компании «Самолеты Уильямса».

— Да, я знаю. Продлить контракт еще на год. Ты мне говорила.

— Нет, я имею в виду другое. Мне предлагают совершить кругосветный перелет. Через год. Я все время думала об этом и поговорила с папой, как раз перед твоим приездом. Хотела сначала принять решение, а потом уже сказать тебе.

— Кругосветный.., перелет?! — Ник в ярости вскочил на ноги.

— Да, Ник.

Кэсси не стала говорить об обещанной оплате. Это прозвучало бы просто вульгарно, и потом, она ведь соглашается на это не ради денег.

— Я ведь говорил тебе! Сукин сын! Он с самого начала имел в виду именно это. Черт побери, Кэсс, ты что, меня не слышала? Вот для чего все эти киножурналы и бесконечная рекламная шумиха. Он хотел сначала создать тебе имя, а потом использовать тебя на полную катушку! Он рискует твоей жизнью. Кругом идет война. Как, черт побери, ты собираешься это сделать? Даже если вы и попытаетесь разработать какой-нибудь безумный маршрут.., какого дьявола… Кэсс, я запрещаю тебе это, слышишь?!

— Решать буду я сама, Ник. Тебя это не касается.

Ты ведь не стал слушать меня, когда вздумал записаться добровольцем. И ты, и я принимаем решения самостоятельно.

— Прекрасно! И что это в таком случае с твоей стороны?

Месть? За то, что я пошел на войну или, может быть, за то, что не писал тебе? Кэсс, неужели ты не понимаешь, что он делает, этот человек? Он же тебя использует! Очнись, ради Бога, пока ты еще жива! Пока он тебя не убил!

В ярости Ник, похоже, сам не понимал, что говорит.

— Что ты мелешь? Никто не собирается меня убивать.

— Ты что, совсем рассудок потеряла? Не понимаешь, как это опасно, даже когда нет войны? Это просто самоубийство, Кэсс! У тебя нет для этого ни достаточного опыта, ни достаточной выносливости.

— Теперь уже есть.

— Чушь! Ты выполняешь только испытательные полеты.

Это же совсем другое. Когда ты в последний раз летала на дальние расстояния?

— Неделю назад, когда прилетела сюда. Я постоянно это делаю. Ник.

— Ты разобьешься, идиотка! — Он в ярости повернулся к Пэту; — А ты что молчишь?

Пэт смотрел на друга печальными глазами. Он только что потерял сына… Однако за последние годы он многому научился, и кое-чему — от Кэсси.

— Меня это тоже не радует. Но она достаточно взрослый человек, чтобы решать за себя. Ник, плохо ли, хорошо ли. Я не имею права ей запрещать.

— Да что это с тобой стало!

— Я постарел. И кажется, поумнел. Думаю, тебе стоит прислушаться к моим словам. То ты говоришь ей, что она должна жить независимо от тебя, что ты не можешь на ней жениться, потому что слишком стар или еще не знаю почему, то начинаешь указывать, что ей делать. Даже если вы и поженитесь в конце концов, она ведь может не позволить тебе решать за нее. Это совсем новое поколение женщин. Даже я это понял наконец. Какое счастье, что я в свое время женился именно на Уне, а не на одной из таких… С ними нелегко, с этими современными девицами.

— Я тебе не верю. Не может быть, чтобы ты на самом деле так думал. Она тебя уговорила. Она тебя подкупила.

— Нет. Она еще даже не сказала мне, какое приняла решение. В любом случае это будет ее решение, Ник. Не твое и не мое. Я не собираюсь ни удерживать, ни останавливать ее. И тебе не советую.

— А если она погибнет?

— Я никогда себе не прощу. И все-таки я должен позволить ей поступить так, как она захочет. — На глазах его выступили слезы. Кэсси подошла к отцу и поцеловала его. Ник не отрываясь смотрел на нее.

— И что же ты решила? Полетишь?

Оба затаили дыхание. Кэсси кивнула. Ник, казалось, был готов разрыдаться.

— Да. Но я еще не сказала Десмонду.

— Тогда понятно, почему он вчера звонил! — Ник даже застонал от бессильной ярости. Неужели она действительно собирается это сделать?! Он сам учил ее летать. Он знал, что она способна на многое. Но не на такое. Не сейчас.., а может быть, и никогда.

— Десмонд просто поинтересовался, как я себя чувствую… как папа.

— Ах как трогательно с его стороны! — Внезапно ему пришла в голову новая мысль:

— Значит, это пойдет у него следующим номером, так?

— Что именно?

И Кэсси, и Пэт вопросительно смотрели на него. Ник больше не мог сдерживаться:

— Новая шумиха. Новая реклама. В прошлом году он ведь не случайно повел тебя в ресторан и пригласил танцевать: хотел, чтобы вас сфотографировали вместе. Это подогрело интерес публики. Теперь ему надо идти дальше, намного дальше, чтобы этот интерес не угасал. Спорим, он предложит тебе выйти за него замуж.

Ник себя не помнил от гнева. Кэсси смотрела на него с негодованием, а ее отец — с изумлением. Он никогда еще не видел старого друга в таком состоянии.

Приступ бешеной ревности, вот что это такое, догадался Пэт. Его это немало позабавило.

— Что за чушь! — выговорила наконец Кэсси.

Пэт попытался образумить друга:

— Если ты заявляешь, что ни за что не женишься на ней, потом уезжаешь и не пишешь ей ни строчки, чего ты ждешь от девушки? Может, ей уйти в монастырь и остаться девственницей на всю жизнь? Она имеет право распоряжаться своей жизнью. Ник. Если не с тобой, значит, с кем-нибудь другим. А этот Десмонд Уильямс, на мой взгляд, вполне приличный человек, какими бы мотивами он ни руководствовался, затевая кругосветный перелет. Ну и что из того, что он делает себе рекламу? Он же торгует самолетами. Ему приходится любыми способами привлекать к ним внимание публики. И если хорошенькая девушка, которая к тому же оказалась отличным пилотом, этому способствует, что ж, тем лучше И если ты не намерен на ней жениться, а он захочет, что я могу сказать? И что ты можешь сказать?

Кэсси с трудом сдержала улыбку. Никогда в жизни она не слышала, чтобы отец говорил подобные вещи. И он прав! Ник, однако, не мог заставить себя признать это.

— Он ее не любит, Пэт… А я ее люблю.

— Так женись на ней.

Пэт встал и вышел из кабинета, оставив их наедине. Он знал, что им это очень нужно. Однако час спустя они все еще спорили, так и не придя к согласию. Ник обвинял Кэсси то в наивности, то в том, что она намеренно завлекает Десмонда.

Девушка, в свою очередь, упрекала его в инфантильности. К концу дня оба изнемогли от бесконечных споров и взаимных упреков. На следующее утро Нику предстояло лететь в Нью-Йорк. Они проговорили почти всю ночь, но так ни до чего и не договорились. Ник продолжал напоминать ей о своем возрасте, снова и снова повторяя, что ни за что не женится на такой молоденькой девушке, что не хочет портить ей жизнь.