Ложе из роз - Кэтрин Стоун

– Вместо этого вы заморили себя и его голодом.

– Я делала все, чтобы этой опухоли не было заметно даже в облегающем платье. Никогда я не выглядела лучше. Даже Виктор сделал мне комплимент, и это было как раз в тот сочельник, когда он сообщил мне, что хочет пойти к Джейн, чтобы добиться ее прощения и просить стать его женой.

– Выходит, она сыграла вам на руку, отказавшись впустить его?

– Ну уж нет. Она как всегда все разрушила. Мне и в голову не приходило, что она откажется впустить Виктора. Я представляла, как они вместе празднуют свое радостное воссоединение, когда звонила в имение, чтобы сообщить о мертвом сыне Виктора, гниющем среди мусора и отбросов. Конечно, я не сказала гран-перу, кто принес ему эту новость, – Виктор сам должен был понять, что звонила я и ребенок, этот дистрофичный мертвый младенец, – наш сын; я хотела, чтобы он почувствовал себя виноватым за то, что пренебрег мною…

Таковы были мои планы. Но Виктор вообразил, что ребенок родился от Джейн. Он защищал Джейн и сразу же полюбил «ее» ребенка – моего ребенка. Я часто приходила в больницу. Виктор хотел, чтобы я была рядом и слушала его разглагольствования о том, какой я хороший друг и как сильно он виноват, столь жестоко обидев Джейн. Что скрывать, я никогда не чувствовала себя ближе к нему, чем в тот момент; какое-то время я даже хотела, чтобы ребенок выжил. Мы с Виктором поженились бы, и он никогда не узнал бы правды. Но когда стало ясно, что ребенок выживет, знаете, что сделал Виктор? Он попытался найти Джейн. И тут ему понадобилась моя помощь. Я умела читать, а он нет. Он хотел, чтобы я выяснила, куда уехали Периши. Полагаю, что в резервацию, откуда они когда-то сбежали. Он, видите ли, хотел найти адрес Джейн, ее номер телефона и сказать ей, что причина ее поступка вызвана его жестокостью, что это он заставил ее выбросить ребенка на помойку. А потом – и это было самое пикантное во всей истории – он хотел попросить ее выйти за него замуж…

– Вы, конечно, не могли вынести даже мысли об этом.

– Верно, Чейз. Не могла.

– Неужели вы снова выбросили своего ребенка на помойку?

Сибил Куртленд Рейли улыбнулась, и на этот раз улыбка ее была одновременно мертвенно-жуткой и злорадно-высокомерной – она снова стала недосягаемой для простых смертных.

– А почему бы и нет? У меня было полное право выбросить его – ведь я была его матерью.

Глава 31

Контора окружного прокурора, Сан-Франциско Рождество

– Вы прочли мое заявление по делу об убийстве Эла Гаррета? – спросил Джон Мадрид.

– Можете в этом не сомневаться. Так в чем дело, Джон? – Окружной прокурор Мерил Этвуд с явным сочувствием смотрела на несчастного отца, своего старого приятеля, которого безмерно уважала.

– Я хочу добавить к нему кое-что еще, то, что мне следовало бы сказать тринадцать лет назад и что долг обязывает меня сказать сейчас.

– Ну давай, Джон, выкладывай, а то я лопну от нетерпения. – Все поведение Ларри Биллингса и его самодовольный тон свидетельствовали о том, что Мадрид сейчас вобьет последний гвоздь в гроб этого безродного нищего Николаса Доу.

Однако Джон Мадрид ответил своему напарнику взглядом торжественным и печальным. Потом он с мрачной решимостью посмотрел на Хоуп:

– Я обещал Айрис, что, если Николаса Доу поймают, я отдам это полиции. – Он взял со стола запечатанный конверт.

– Неужели ее признание? – прошептала Хоуп.

– Да, так оно и есть. Она написала его незадолго до смерти.

– Вы знаете, что в нем?

– Она мне сказала. Эл был уже мертв к тому времени, когда Доу вошел в комнату. Она описала все досконально. Если в письменном признании будут какие-нибудь неясности, я смогу сообщить суду необходимые подробности.

Наверное, мне все это снится…

Неужели самый лучший подарок ей на Рождество сделал человек, сына которого она посадила в тюрьму?

– Вы не обязаны так поступать, – спокойно сказала Хоуп.

Вы могли бы унести эту тайну с собой в могилу.

– Нет, я обязан. Ради Айрис… и ради Николаса. Видите ли, я знал его. Эл был моим напарником и другом. Мы общались семьями. У нас бывали такие застолья. – Тяжкий вздох Джона Мадрида стал красноречивым свидетельством его сожаления по поводу всего происшедшего тогда. – Ник был очень маленьким для своего возраста, и он был очень красив – такой тихий и серьезный… короче говоря, хорошая приманка для типов, подобных Элу… или моему сыну.

– Постой, Джон, – взмолился детектив Биллингс. – Что ты такое несешь?

– Я говорю правду, Ларри. – Джон Мадрид снова вздохнул. – Правду. Ник не обращал внимания на насмешки Крейга; он всегда отмалчивался или уходил на улицу.

Однажды в ужасно жаркий летний день, когда мы все были на пляже, откуда-то появилась собака, бегавшая взад и вперед вдоль моря у самой кромки воды. Мой сын решил, что было бы забавно забросать ее камнями, эту оставленную кем-то собаку. Но прежде чем он успел бросить первый камень, Ник, маленький хрупкий мальчик, схватил Крейга за руку и повис на ней всей своей тяжестью.

– Такая отвага, – пробормотала Мерил Этвуд, – и такое сострадание к живой твари вызывают уважение.

– Думаю, поэтому, еще до того как Айрис все мне рассказала, я решил, что Ник не убивал Эла.

– Ну и дела! – пробормотал Ларри Биллингс.

– Ты очень изменился с тех пор, как начал работать с Крейгом, – неожиданно обратился Джон к своему напарнику и другу. – Тебе стоит над этим задуматься, Лар. Так-то.

Видимо, этим двоим мужчинам предстояло выяснить многое, и слова Мадрида являлись лишь началом их беседы… но сейчас главным было то, что невинный человек томился в одиночной камере и готовился к смерти.

– Ладно, не будем терять время. – Мерил Этвуд решительно поднялась со своего места. – Мы с Ларри сейчас же едем к Николасу Доу, а ты, Хоуп, отправляйся домой – тебе надо отдохнуть и прийти в себя.

– Да, конечно. Но…

Мерил улыбнулась:

– Не беспокойся, я сделаю все как нужно – что-что, а уж это-то я умею.

Итак, предсказание Элинор по поводу рождественских чудес, удивительное предсказание миссис Санта-Клаус, обещавшее счастливое и веселое Рождество, оправдалось.

Телефон звонил не переставая, и очень скоро Хоуп уже была в курсе всех последних новостей. Она искренне радовалась за Виктора и Джейн, которые решили остаться вместе навсегда. Кассандра сообщила ей, что Сибил Куртленд Рейли, сыгравшая такую мрачную роль в жизни многих людей, взяла билет на юг Франции в один конец.

Но самым главным, самым счастливым событием для Хоуп, конечно же, являлось то, что очень скоро Николас Тесье должен был выйти из дверей тюрьмы свободным. Свободным! Теперь он сможет жить без страха и опасений и любить кого захочет.