Крестные дети - Николас Колридж

Иногда связь с Ником казалась Сэффрон странной. Они познакомились на каком-то музыкальном торжестве, той же ночью он затащил ее в постель, где она и оставалась в течение последних пяти месяцев.

Он был старше Сэффрон на двадцать три года. В свои пятьдесят пять или пятьдесят шесть лет он был очень обидчив и казался полноватым, особенно когда надевал джинсы. Она переехала к Нику, практически не заметив этого. Он предлагал ей: «Почему бы тебе не пожить у меня до понедельника, Сэфф?» А потом: «Оставайся до среды — посмотришь, как я упаду с лошади». А однажды Гаррисон забрал из Лондона ее вещи, и она переехала к Нику окончательно.

Никогда еще «Лодсвот-Ривер-Гарден» не выглядел так поэтично. В этот день «Блэктон-блюз» должны были сражаться за место в полуфинале турнира по поло на приз «Вдовы Клико». По двум сторонам лужайки, спускавшейся к реке, росли аккуратные каштановые деревья, а за ними начинались развалины старинного Каудрейского замка. Трибуны были заполнены зрителями в панамках и симпатичных летних платьях. Отставшие игроки, не успевшие доесть обед из четырех блюд, приготовленный знаменитым шеф-поваром Антоном Морисманом, и теперь подгоняемые своими агентами, спешили к стойлам. Матч должен был начаться через пять минут, и австралийский комментатор настраивал микрофон.

На лужайке царило смятение. Где же Ник? Две девушки в футболках «Блэктон» держали его скакуна наготове. Еще одна принесла его клюшки, шлем, наколенники и обувь. Карлос Инграсиас, старший из двоих невероятно талантливых и заносчивых братьев Инграсиас, посмотрел на часы и заметил:

— Придется играть в любом случае, даже если нас будет только трое.

Но все понимали, что не смогут начать игру без капитана команды. Он не забивал голов, зато оплачивал все счета. Один из игроков отправился на поиски рефери, чтобы предупредить его о возможной задержке.

Зазвонил мобильный телефон, и из него донесся голос Ника, громкий настолько, что его было слышно на сорок ярдов вокруг:

— Мы застряли в пробке на Мидерст-Хай-стрит. Бампер к бамперу. Кто-нибудь вытащит нас отсюда?

— Где именно вы стоите? — спросил один из конюхов.

— Бог его знает. Я вижу перед собой китайскую забегаловку — «Пекинский пес» или что-то в этом роде. Да, и слева здесь школа.

— Понял, я знаю, где это. Буду через несколько минут, — сказал конюх и поскакал по заливному лугу, прихватив с собой свободную лошадь.

Когда спустя пять минут Ник Блэкуотер в сопровождении Карлоса, Грасида и юного профессионала Хьюго Гилборна вышел на поле, их встретил радостный рев толпы, а местный оркестр заиграл заглавную тему из альбома «Самое лучшее».

К тому времени, когда Сэффрон, которой пришлось добираться до поля на «лэндровере», припарковалась на стоянке, первая половина матча успела закончиться. «Блэктон-блюз» выигрывали три ноль. Все три гола забили братья Инграсиас, а Пик вспотел, как свинья, и теперь стоял, вытираясь полотенцем.

Все еще злясь на Ника за то, что он оставил ее одну в пробке, Сэффрон отправилась утаптывать дерн[21]. Все зрители собрались на поле и сосредоточенно притопывали подошвами туфель. Когда она дошла до середины поля, ее окликнул знакомый голос:

— Сэффрон!

К ней направлялся Чарли, рядом с ним была надменного вида блондинка в платье с внушительным разрезом. «Господи, как он растолстел», — подумала Сэффрон. Действительно, в свои тридцать Чарли выглядел лет на десять старше, его залысины поднялись еще на пару дюймов вверх, светлые брюки сильно врезались в талию, а лицо, скрытое в тени панамки, расплылось и налилось вишневым цветом.

— Ты еще не знакома с моей женой Мирандой? — Девушки пожали друг другу руки, и Миранда оглядела Сэффрон с ног до головы, обратив внимание на коротенькое платье от Версаче, подарок Ника.

Миранда слышала о Сэффрон от Чарли и подозревала. что его прежние чувства еще не совсем угасли, поэтому отнеслась к ней с подозрением. Она решила, что Сэффрон ей не соперница, однако выглядела та действительно чудесно, и ее ноги практически не уступали по длине ногам Миранды.

— Что привело тебя на поло, Сэффрон? Я никогда не встречал тебя здесь прежде. Неужели здесь играет твой ковбой, как там его звали? Ред… или Зак? — Чарли сказал это с улыбкой, но определенно намеревался задеть Сэффрон. Криф не мог простить, что она предпочла ему деревенского работягу.

Он ничего не слышал о ней с того времени и думал, что она работает в каком-нибудь обувном или джинсовом магазине. Чарли хотел, чтобы она поняла, что поставила не на ту лошадь, и сразу же решил пригласить ее к себе в новый дом и познакомить с друзьями.

— Как ты собираешься доехать до Лондона сегодня после матча? — спросил он. — Если ты согласишься ехать на откидном сиденье, то мы могли бы отвезти тебя на «астон-мартине». Мы едем в Аппер-Филимор-Гарденс.

— Спасибо за предложение, Чарли, но я еду в Суррей.

— В Суррей? Там живет Мэри Меррет. Для меня это место всегда было слишком экстравагантным.

— Что ж, теперь я тоже живу там.

«Все лучше и лучше, — подумал Чарли, — она даже не может позволить себе жить в Лондоне».

— Большинство наших друзей, — сказал он вслух, — живет или в Глостершире, или в Оксфордшире. Мы с Мирандой провели великолепные выходные, в субботу к нам на ужин приходили Сонни и Розита Мальборо.

— Звучит прекрасно, — сказала Сэффрон. — А мы просто поужинали яичницей и отправились спать.

— Может быть, еще увидимся, — сказал Чарли, очень довольный собой. Он считал, что выиграл первый раунд с явным преимуществом.

Во второй половине встречи удача отвернулась от «Блэктон-блюз». Команда Керри Паркера забила четыре безответных гола и к концу седьмого периода вышла вперед. Возбужденный Ник носился по полю, натыкался на собственных игроков и поносил Грасида Инграсиаса, который тоже был готов выйти из себя. И только благодаря двум блестящим ударам издалека в исполнении Карлоса команде Ника удалось вырвать победу в добавленное время.

Ник был в экстазе. Взяв с собой Сэффрон, он повел команду получать приз из рук виконта Кодрея и жены директора-распорядителя «Вдовы Клико». Ник поднял кубок высоко над головой, а братья Инграсиас принялись поливать толпу шампанским. В этот момент Сэффрон заметила в толпе Чарли и Миранду, которые смотрели на нее, раскрыв рты от удивления. По лицу Чарли было несложно догадаться, что он изо всех сил пытается понять, каким же чудом Сэффрон оказалась рядом с Ником Блэкуотером. «И почему это, — думал он, — рука Ника лежит на талии Сэффрон?»

Глава 32. Сентябрь 1991 года

В 1991 году премия Чарли должна была стать наибольшей за всю