'Фантастика 2024-146'. Компиляция. Книги 1-24 - Антон Дмитриевич Емельянов

— И напомню, — серьезно ответил я.

В воздухе повисла тишина, а потом все разом расхохотались. Война — это тяжело, это боль, грязь и смерть, но в то же время именно на ней больше всего начинаешь ценить моменты, когда все хорошо. Когда ты жив, когда живы друзья, когда, самое главное, жива надежда, что вы победите.

И сегодня все было именно так. Сначала у нас на позициях, потом на собрании у Волохова, когда чуть ли не каждый считал своим долгом подойти и расспросить о ловушке и нашей вылазке. Я рассказывал, умалчивая разве что о летающих пушках и реактивном планировании без шара. В итоге устал так, как, наверно, не устал днем во время самой вылазки, и решил пораньше уйти домой.

Однако иногда наши планы зависят не только от нас.

— Ваше благородие! — я отошел от дома Волохова всего на пару кварталов, когда меня догнал запыхавшийся слуга. Кстати, мой Ефим что-то никогда так ради меня не бегал.

— Что случилось?

— Ваше благородие… — слуга тяжело дышал и пытался собраться с силами. — Прибыл гонец из Керчи! Два дня назад там останавливалась «Императрица Мария»! Новосильский передал письмо с описанием своей экспедиции!

Я больше ничего не слушал. Мгновенно сорвавшись с места, я развернулся и бросился назад к дому Волохова. Мой рейд, который случился именно благодаря моему вмешательству. Мои пилоты, которые должны были спасти его от кораблей противника. Они были живы, и я должен был узнать, как же у них идут дела.

И плевать на то, как выглядят со стороны бегущие штабс-капитаны!

* * *

Лорд Раглан проводил совещание с главой французского экспедиционного корпуса, генералом Франсуа Канробером. После неожиданной смерти Сент-Арно настроение уже старого лорда испортилось, и за две недели ни разу не было ни одной новости, что смогла бы это исправить. Еще и обрубок руки, потерянной на полях Ватерлоо, начал ныть, словно все в этом богом забытом уголке мира было против англичан.

— Что скажете о летающем шаре новой конструкции, который смог добыть ваш агент? — лорд Раглан не признал бы это вслух, но шпионские игры немного поднимали ему настроение.

— Русские их используют, я постоянно вижу их над городом в последние дни, но есть ли от того польза? — Франсуа сомневался и, как обычно в таких ситуациях, почесал свою огромную белую бороду.

— Их пушки на удивление точны. Наши турецкие союзники говорят, что раньше такого не было. Да вы и сами слышали, что на других фронтах никто не сталкивался с подобной проблемой. Возможно ли, что мы случайно встретились с какой-то новой частью, где царь Николай только тестирует оружие нового поколения?

— Мне все же кажется, что вы придаете русским успехам мистический характер. Все всегда можно объяснить естественным образом, я это твердо усвоил. Например, чем отличается армия в Севастополе от всех остальных русских армий? А тем, что она состоит из корабельных команд!

— Думаете, это моряки оказались такими точными стрелками, стоило им только избавиться от морской качки?

— А еще морские пушки крупного калибра… Такое объяснение звучит гораздо проще и логичнее, чем попытка приписать летающим шарам необычной формы странные неведомые возможности.

Лорд Раглан решил не спорить дальше. Если Франсуа, несмотря на письмо своего же агента, не хочет верить в русское изобретение, так даже проще. Чем крепче будут связаны руки французской разведки, тем проще будет ему самому получить информацию и не делиться с союзниками. А то что-то они уж больно резво активизировались в последние дни.

— Как, кстати, дела с поставками? — Канробер поднял еще одну проблемную тему.

Уже три корабля с провиантом, которые должны были прийти из Стамбула, пропали без следа. Отправленные на проверку торговых путей пароходы никого не нашли, словно враг знал о них и заранее ушел в сторону. После второго случая лорду Раглану пришлось отдать приказ, чтобы далее все корабли ходили только группами и с прикрытием. Увы, нашлись умники, которые решили разгрузиться побыстрее и пораньше вернуться в метрополию. Ушли в море одни и не вернулись, опять порождая самые невероятные слухи.

— На корабли с прикрытием никто не нападает, — это было все, что мог сказать вслух лорд Раглан.

— Среди моих людей начала ходить легенда о русском Летучем Голландце. Они говорят, что это корабль «Орел», построенный еще отцом Петра Великого и который затонул в свой первый выход в море. Он не получил свою долю славы тогда и теперь вернулся, чтобы помочь потомкам отразить наше вторжение.

— Какая чушь!

— Я просто рассказываю, что говорят люди, — пожал плечами француз. — Они в целом считают, что это место проклято и все тут против нас. Иначе как эти варвары, чье оружие отстает от нашего на десятки лет, могут так хорошо нам сопротивляться?

— Вы же знаете, что не стоит верить всему, что пишут в газетах. Особенно тех, что принадлежат лорду Пальмерстону. Отставание русской армии совсем не так велико, как это преподносят. Если оно вообще есть, о чем я порой думаю в последние дни.

— И тем не менее, — старик Канробер нахмурил свои огромные брови. — Я не верю слухам, но я собрал информацию о том ночном рейде неделю назад, когда целый полк русских ворвался на наши позиции для спасения одного своего человека.

— И что узнали? — лорду Раглану стало интересно, что накопали французы.

— Их было не больше роты, — Канробер принялся загибать пальцы. — Если у них и были потери, то они всех забрали с собой. Собственно, на этом факты заканчиваются, дальше начинаются слухи. Самый неприятный — это о нашем отделе статистики, агенты которого попытались захватить дочь самого начальника третьего отделения русского царя. К счастью, сами русские не дают особого хода этому делу, но, мне кажется, они просто берегут такой козырь для лучших времен. Ну и солдаты… Они восхищены тем, как русские провернули целую операцию, чтобы спасти одного своего. Причем уже дважды!

Лорд Раглан поморщился. У него самого в окружении были подобные идеалисты, на мнение которых приходилось оглядываться. Взять того же лорда Кардигана. С одной стороны, идеальный подчиненный, который за свой счет вооружает собственных всадников чем только можно и нельзя. С другой стороны, он постоянно задает вопросы, на которые совершенно не хочется отвечать.

Канробер вдохнул воздух, собравшись еще что-то сказать, но в итоге передумал. Кажется,