Грета и потерянная армия - Хлоя Джейкобс

Она вскинула голову и взяла его за руку, вставая.

— Точно?

Она заметила ещё нескольких гоблинов и только сейчас осознала, как много тех, кто принял звериную форму, с которой, казалось бы, всю жизнь боролись, при этом все они сохранили разум и сражались осознанно.

— Вы не просто вернули мне свободу и волю, моя королева, — сказал он. — Благодаря вам я теперь контролирую это.

К ним уже приближались ещё три воина-фейри.

— С большой силой приходит большая ответственность, — произнесла она и поморщилась. Это прозвучало слишком шаблонно, типичная супергеройская фраза из фильмов. — Пускай сейчас тебе кажется, что ты всё контролируешь, но будь осторожен и не принимай всё как должное, иначе сам не заметишь, как потеряешь контроль… и, возможно, под угрозой окажется чья-то жизнь.

Под конец речи она вдруг осознала, что точно такую же лекцию ей прочитал Люк, когда она впервые уложила его на лопатки во время их тренировок.

Мальчик с серьёзным видом кивнул, похоже, восприняв её слова как наставления мудреца. Было даже приятно осознавать, что для него она не презренная человечка, что для всех них она не просто приложение к мечу, а нечто большее. Но в то же время это до трясучки пугало её.

Может быть, однажды…

Но сейчас не время фантазировать о далёком будущем.

Битва шла полным ходом, и земля напитывалась кровью. Тем не менее в какой-то момент Грета осознала, что её отряд побеждает. Пускай они были не так опытны, как воины-фейри, но они превосходили противников численностью и готовы были бороться до конца за свою свободу от демона.

Они объединяли разные способности, усиливая друг друга. Гоблины и фейри сражались бок о бок, и когда один проигрывал, другие приходили ему на подмогу. Грета никогда не видела ничего подобного. Разные расы Милены прежде объединяла только ненависть к людям, в остальное же время между ними не было ничего общего… до этой ночи.

Воины-фейри наконец отступили.

Как показалось Грете, осознание того, что всё кончено, что они победили, по завершении боя пришло не сразу.

Покрытые кровью и прочими субстанциями, которые ещё долго придётся оттирать с кожи и одежды, союзники Греты и даже она сама стояли как вкопанные с пустыми лицами. Она понятия не имела, как долго продолжалась эта битва, но начали они ещё затемно, а сейчас солнца потихоньку всё больше выглядывали из-за горизонта.

Магия, придававшая ей сил, вмиг испарилась. Грета сгорбилась от внезапно нахлынувшей усталости, как будто в её организме резко закончилось действие кофеина, и она была не одна такая.

Байрон и Лейла сняли маскировку со своей группы. Грета медленно обошла оставшуюся часть отряда, организуя помощь раненым и сбор всего, что может пригодиться. Как бы усталость ни валила их с ног, сейчас было не время для отдыха. Они должны добраться до Айзека прежде, чем Аграмон отправит подкрепление.

Поэтому в тот же день ещё до заката они уже пересекали Солемов мост. Опасная конструкция из потрёпанных верёвок и прогнивших досок давно уже обвалилась, но трое фейри взялись за руки с Лейлой, — выглядевшей чрезвычайно бледной и истощённой, — и организовали чуть более надёжную переправу через разлом, закрепив её с обоих берегов магией. У Греты промелькнула мысль, что примерно так был создан когда-то и первоначальный Солемов мост.

Она решила первой пройти по новому сооружению, предупредив Байрона, чтобы не пускал никого на мост, пока она не дойдёт до другого берега и не подаст сигнал, что путь безопасен. Шла она медленно. Ей всё казалось, что вот-вот вылетят визжащие гарпии, но те так и не появились.

Ступив на твёрдую землю, Грета приготовилась к встрече с бьером Мидасом, но его тоже не было видно. Она облегчённо выдохнула, потому что у неё больше не было песен, равно как и других идей, как убедить его снова пропустить её, особенно с таким количеством народа на буксире.

Она могла бы ещё подумать, что Мидас ушёл куда-то погулять, а гарпии просто не в настроении нападать, но когда она увидела останки мёртвых ризо у подножия почерневшего дерева и обугленный ствол, треснувший и расколовшийся по всей длине, она осознала, что здесь было… нечто иное. Точнее некто.

Раньше до самого края обрыва простирался лес, но теперь от него почти ничего не осталось. Может, бьер и гарпии бежали от пожаров, сравнявших лес с землёй. Может, они убиты Аграмоном… или перешли на его сторону.

Грета очень надеялась, что никогда этого не узнает.

Она подала знак отряду, чтобы переходили мост.

Лейла присоединилась к ней раньше остальных.

— Им нужен отдых, данем, — шепнула она. Под её глазами залегли тёмные круги, и она выглядела так, будто её может унести лёгким порывом ветерка. То же самое можно было сказать о многих других.

— Мы сильно отстаём от запланированного маршрута, — пробормотала Грета, скорее сама себе, чем кому-либо. Стиснув зубы, она подняла глаза к небу. Прошёл целый день, а их с Айзеком всё ещё разделяют километры.

Драйден остановился рядом с ней и скрестил руки на груди.

— Если бы не атака и не этот мост, по которому по одиночке должно пройти двести миленцев, мы бы уже были далеко, — с ледяным сарказмом, сочащимся из каждого слова, поддакнул он.

Он перенёс Сиону через мост, как рюкзак, на спине, а затем ещё несколько раз вернулся обратно, чтобы таким же образом перенести малышей-фейри и раненых. Ему хватило сил на всё это, но даже он выглядел пожухлым.

— Я понимаю, — ответила Грета, — но нам нельзя здесь останавливаться. Надо найти укрытие подальше от обрыва.

Чисто на случай, если она ошиблась, и Мидас вернётся, когда они лягут спать. Она не хотела преподносить ему на блюдечке такую гору закусок.

Вот только проблема в том, что скрыться им негде. От гоблинского леса ничего не осталось, и только глубокая расщелина не позволила огню распространиться дальше по всей Милене.

Чем дальше они шли, тем больше их ноги утопали в месиве из снега и пепла. От этих уничтоженных земель