Братство Розы - Дэвид Моррелл

Но Эрика покачала головой и нахмурилась сильнее.

— Не только ожоги.

— Тогда что?..

— Твои глаза. Не знаю даже, как объяснить. Они…

— Ну, давай. Выкладывай.

— Постарели.

Сол вздрогнул, как от удара током. Ему неожиданно захотелось поменять тему разговора.

— Пойдем, — притворно равнодушным голосом сказал он. — Я тебе тут все покажу.

Солнце нещадно палило. Они шли по белой каменной тропинке рядом с фонтаном. Со всех сторон их окружали горы.

У Сола разболелась голова, но он не мог забыть ее слов.

— Я плохо спал.

Она внезапно бросила на него тревожный взгляд.

— Твои щеки. Они…

— Что с моими щеками?

— Они ввалились. Посмотри на себя. Ты похудел, побледнел. Тебе нездоровится?

— Я…

— Что?

— …почти победил его, почти добился своего. — Глаза Сола сверкнули, но оставались по-прежнему безжизненными. Эрика со страхом смотрела на него.

— Завтра слушание, — сообщил он. — Будут решать, выгонять нас или оставить. Как только он выйдет за ворота…

— Месть не стоит той цены, которую ты за нее платишь, — горячо возразила Эрика. — Ты изменился. Бога ради, уезжай отсюда! У меня машина. Мы могли бы…

— Нет, все почти закончилось.

— Это никогда не закончится. Послушай меня. Знаю, я сама говорила, что ты должен отомстить, но я ошибалась.

— Ты бы не говорила так, если бы знала, как это приятно.

— Но ты проиграешь.

— Нет, если я останусь в живых.

— Ты проиграешь в любом случае. Сол, ты ведешь себя непрофессионально. Сейчас все это превратилось в личное дело. Ты эмоционально не готов к тому, чтобы убить собственного отца, и будешь страдать до самой смерти.

— За то, что отомщу за своего брата?

— За убийство своего отца. Он оказал на тебя огромное влияние.

— Именно на это он и надеется, но я пересилю это в себе. — В его голосе зазвучали стальные нотки ненависти.

Эрика неожиданно поняла, что должна уехать отсюда. Все здесь дышало смертью, безумием. Впервые в жизни ее охватило столь сильное отвращение.

Единственное, на что она надеялась, это уговорить Сола уехать с ней. Сначала она собиралась переночевать в “Приюте отшельника”, но сейчас увидела, что не сможет провести здесь ночь.

Они обменялись последними новостями, потом вернулись в дом, поднялись в комнату Сола и медленно раздели друг друга. Эрике не очень хотелось заниматься любовью. Ей просто хотелось спасти любовью душу Сола.

Но даже в ее объятиях Сол тревожно вздрагивал. Он понимал, что это лишь его воображение выделывает фокусы, но ему казалось, что рядом лежит Крис и с укором смотрит на него мертвыми глазами.

Нахлынуло чувство вины. Я не должен быть здесь. Я должен охотиться за Элиотом.

Но чувство одиночества было сильнее. Сейчас ему казалось, что на кровати они лежат не вдвоем, а втроем.

С Крисом.

— Люблю тебя! — воскликнул он. — О, Господи!

— И Эрика поняла, что произошло что-то ужасное и она навеки потеряла его.

22

— Ты даже не останешься поужинать?

— Я должна ехать, — Она с отвращением смотрела на дом.

— Я надеялся на…

— Мою помощь? Нет, ты ошибался. Это место… Поехали со мной.

— Я еще не закончил, — покачал головой Сол.

— Ну какая разница, убьешь ты его или нет! Неужели ты не понимаешь? Он уже победил. Он уничтожил тебя. — По щекам, Эрики текли слезы. Она поцеловала его. — Я потеряла тебя десять лет назад. Сейчас я теряю тебя во второй раз. — Она печаль но покачала головой. — Мне будет не хватать тебя.

— Через неделю я закончу и приеду к тебе.

— Нет.

— Ты не разрешаешь мне приехать?

— Я хочу, чтобы ты приехал, но ты не приедешь.

— Не понимаю…

— Я знаю. — Эрика снова поцеловала его. — В этом вся беда. — Она села в машину и вытерла опухшие от слез глаза. — Если я ошибаюсь, в посольстве скажут, где меня найти.

— В Греции есть сказочное местечко, — сказал Сол. — Море такое синее…

— Не сомневаюсь, — хрипло согласилась она. — И волны катятся к берегу, и купание… Если бы ты знал, как мне хочется поехать туда! Знаешь, что? — Эрика подняла дрожащий подбородок. — Я решила уйти в отставку. До встречи, любимый. Будь осторожнее. — Она завела мотор, и машина покатилась по дороге.

23

Сол в нерешительности смотрел вслед, пока машина не скрылась между деревьями. Он чувствовал пустоту. В голове метались лихорадочные мысли, словно в великолепно организованную систему вторглось чужеродное тело. Что со мной происходит?

Он машинально повернулся, чтобы подняться на крыльцо, внезапно понял, что она пыталась сказать ему. Я остался и, пока не отомщу старику, не приеду к ней.

Но тогда может быть слишком поздно. Она предложила мне себя, а я вместо нее выбрал своего отца.

Как она может принять меня после этого?

Вспомнив тревожную атмосферу дома отдыха, Сол неожиданно испугался, что навлек на себя проклятие. Он уже собрало спрыгнуть с крыльца, чтобы бежать за ней и…

Что? Догнать ее? Сказать, что еду с ней?

Но тут же Сол вспомнил об Элиоте и остановился как вкопанный. Он растерянно посмотрел на дорогу между деревьями. Сердце ныло от досады. Он не знал, что делать. Кого выбрать? Ему вновь показалось, что перед ним стоит Крис и с укором смотрит на него.

Внезапно оцепенение прошло, и вернулась решимость. Сол знал, что делать.

24

Дон сердито показал в окно на плавательный бассейн. Несмотря на жаркий день в бассейне никого не было.

— Из-за всех ваших фокусов гости так перепугались, что боятся высунуть носа. В ресторане пусто. Сад, спортивные площадки… Черт побери, да я бы мог привезти голых танцовщиц, и никто бы их даже не заметил. Слухи о ваших, скажем так, разногласиях, просочились. Авторитетные люди уже советуют отдыхать в Гонконге или Швейцарии. Все только и говорят о наших неприятностях. Вот что вы нам принесли!

Неприятности, о которых он говорил, заключались в Элиоте, Касторе, Поллуксе и Соле. Они сидели отдельно под внимательным наблюдением сотрудников службы безопасности дома отдыха.

— Такова ситуация, — продолжил Дон. — Правила требуют от администрации дома отдыха давать убежище оперативнику, который попросит приюта и заплатит деньги. Но правила не заставляют управляющего мириться с буйными гостями. Я связался со своим начальством и объяснил проблему. Потом поговорил с советом директоров. Я потребовал провести слушание и получил вердикт. Правило гласит: если у управляющего есть достаточные основания, — а Господь Бог знает, что они у меня есть, — он может попросить гостя собрать вещи. — Дон показал на дверь. — И уехать.

— Чтобы этот человек попытался убить меня в ту самую секунду, как я выйду за ворота? — Элиот гневно выпрямился.

— Разве я сказал, что позволю ему попытаться убить вас? Мы не животные. Совет директоров готов пойти на компромисс. Вы заплатили за услуги, которые не получили. Поэтому вот чек на оставшуюся сумму. Это справедливо. Вы посвятили всю жизнь профессии и заслуживаете шанс. Поэтому мы дадим вам двадцать четыре часа форы. Это много времени для человека вашего опыта, учитывая ваши контакты, вы можете исчезнуть навсегда. У вас Целая ночь впереди, чтобы все обдумать. Расслабьтесь. Завтра утром, в восемь часов, вы должны уехать, а ровно через сутки уедет Грисман. Может, после вашего отъезда в “Приюте отшельника” вновь воцарится покой, и остальные гости смогут наслаждаться отдыхом.

Повернувшись на стуле, Элиот злобно посмотрел на Сола. Тот равнодушно усмехнулся и пожал плечами.

25

Солнце медленно спускалось в горы, освещая красноватым светом комнату Элиота.

— Это не имеет значения, — хрипло говорил Элиот в телефонную трубку. — Мне плевать, сколько людей понадобится или сколько это будет стоить. Я хочу, чтобы завтра все выходы из этой долины были перекрыты. Я требую, чтобы его убили, как только он выйдет за ворота. Нет, вы не слушаете. Люди должны бы другие, те, которые сторожили его здесь несколько дней назад, что с вами такое? Меня тошнит от лопухов. Я сказал, мне нужны лучшие. — Его пальцы, сжимавшие трубку, побелели, и он нахмурился. — Вы хотите сказать, что Грисман самый лучший? Я лучше него. Делайте то, что вам сказали.

Элиот швырнул трубку и повернулся к Кастору. Поллукс находился в коридоре вместе с людьми Дона, которые содержали Элиота и его телохранителей под домашним арестом.

— Забронировал билет?

— “Эйр Канада” из Ванкувера в Австралию. В семь часов завтра вечером, — ответил Кастор.

— У нас будет много времени.

— Может, и нет, — Кастор поднял плечи. — Ромул понимает, что никогда не найдет вас, если у вас будет фора в двадцать четыре часа. Скорее всего, он попытается уйти отсюда раньше.

— Естественно, попытается. Я рассчитываю на это. Он захочет броситься за мной в погоню, как можно скорее. И это тоже мне на руку.

— Не понимаю, как это может помочь нам. — Кастор нахмурился.