Наследник Звёзд - Илья Гутман

— Что — ты меня? — спросил я. — Убить меня ты не сможешь, потому что мы оба уже умерли. И вообще не сможешь нанести мне физического урона. Разве что будешь постоянно капать мне на мозги…

— Не будет, — пообещал Иллиндил, небрежно взмахнув рукой. Над ней появился светящийся зелёный шарик — и полетел к Барешу. Я, обладая уже седьмым уровнем магии, сумел перехватить заклятие — и оно осело в моём мозгу. Точнее, в моей сущности, поскольку физического мозга у меня больше не было. — Заклятие усыпления действует и на бесплотных противников.

— Как же так?

— С тобой же бывало при жизни, что ты терял не только контроль над телом, но и сознание. Такое было ещё во времена харруков, самых первых существ, созданных богами.

— Ты имеешь в виду Перворождённых?

— Нет. Энергетических существ, которые были ещё до них. Харруки состояли из чистой клатхи — также, как и мы сейчас. Лишь затем появились существа, наделённые плотью — Перворождённые. Среди биологического вида Перворождённых выделялись две расы: Рухтум — бессмертная раса магов, считавшая себя высшей — в общем, это были те же харруки, только наделённые плотью — и Бушрун, раса, не наделённая Первозданной Магией. Соответственно, выделялись и два вида души — Нэфаш, обычная душа, и Нэшам, клатхический дух. Однако в ходе экспериментов Перворождённые полностью превратили себя в расу магов. Люди и прочие расы были созданы без способностей к Первозданной Магии — но Ситтари, рождённые от людей и Перворождённых, являются человеческой расой, обладающей душой класса Нэшам — и наделённые Первозданной Магией. Конечно, в открытых мирах вроде Элама начали самозарождаться люди со способностями ко клатхической магии, но они сильно уступают Истинным Магам.

— Значит, после развоплощения мы превратились в создания, подобные этим самым харрукам?

— Да. Лишь за одним исключениям: мы знаем, как выглядит человек — и представляем себя антропоморфными существами.

— А что ты думаешь об Авузле, отец? У меня появились чувства, что скоро Авузл проснётся.

— У меня тоже. Скоро он проснётся — и попытается разрушить мир. Этим же займутся и культисты Авузла, и родственная ему раса эшхарготов.

— А что может думать Зоран по поводу пробуждения Авузла? Боится ли он его — или считает, что способен справиться с ним?

— Чего Зорану бояться какого-то Авузла? Да я уверен, что Зоран считает его обычной перекормленной креветкой! Авузл некогда был великим богом Равновесия, но после того, как его поглотила Бездна, это — полуразумное чудовище, растерявшее свою личность, все мысли которого направлены на разрушение.

— Что такое Бездна?

— Бездна — один из хаотических миров, но в отличие от Геенны Огненной, это — полностью водный мир, и там обитают демоны воды. Бездна — один из источников Хаоса. После того, как Авузл обратился к ней, Бездна поглотила его душу — и изменила его тело, превратив в гигантское морское чудовище. А Зоран был магом. Он закончил аспирантуру на Ситтарасе — и почти умудрился войти в Совет Двенадцати. Зоран — очень сильная и волевая личность.

— Значит, он не боится Авузла?

— Что за глупые вопросы?! Скорее всего, он попытается подчинить Авузла своей воле. Запрячь непокорное хаотическое создание — и заставить работать в нужном ему, Зорану, русле. Я уверен, что даже моих сил хватило бы на подчинение Авузла. Даже маги смертных рас в принципе могут подчинить себе титана, утратившего личность. Не говоря уже о его приспешниках, Эшхарготов. С подобными тварями я уже сражался в твоём возрасте, и они очень слабы для нас, хотя и жрут мозг.

— Да, в Эрте был маг Азиз Шакир, собиравшийся подчинить погибшего титана Карерона.

— Согласно слухам, за долгие тысячи лет до безумного монаха аль-Хазари, написавшего книгу «Некрофиликон» ещё немало человек услышало Зов Авузла. Некто, возможно даже живший в Эквитании до затопления, написал следующую книгу — «Сила Авузла». В ней по слухам и содержится способ подчинить Авузла своей воле.

Если бы я сейчас был жив, то справился бы с Зораном и его прихвостнями, используя в том числе и окольные пути. Но увы, я пятнадцать лет, как существую в виде клатхического призрака — а взросления твоих детей ждать ещё долго.

— Что происходит! — удивлённо воскликнул я. Я испытал чувство, похожее на боль — и непонятное ощущение, будто бы кто-то потянул меня за астральную нить. Фантомный мир поплыл перед глазами.

— Я ощущаю в тебе колебания клатхи, — услышал я отдаляющийся голос отца, но вскоре его сменил другой голос, кардинала Светозара:

— Разряд! — и я ощутил электрическую вспышку.

— Громобой, давай ещё разряд! — продолжил голос инквизитора. — Во мне уже кончаются силы поддерживать в нём жизнь!

В мою сущность впряглись нити, и я ощутил, что это — астральные нити, сшивающие дух Истинного Мага и его тело воедино. Затем я услышал шипение электрической дуги, и равномерные громкие удары. Вскоре я понял, что это — биение моего собственного сердца. Затем меня сдавила великая сила, назвать которую болью не повернулся бы и язык — ни одна боль ещё не стояла рядом с тем, что ощутил тогда я. Чувствовался ушиб. Ушиб всего тела. Я скорее догадался, чем ощутил, что застонал — и тут же закашлялся.

— Ты жив, святой Апион. — раздался голос инквизитора. — Поздравляю! Рождаясь, человек велением Искупителя выпадает из Небытия — и с крика начинается его жизнь. Так что можно сказать, ты заново родился. Ещё никому не удавалось выжить после ушиба мозга, за которым последовала пятиминутная остановка сердца. Но учитывая то, что рассказывали про твою выносливость, я уже ничему не удивляюсь, святой Апион.

Я попытался встать. Подкатывала тошнота, весь мир дрожал перед глазами. Невероятно! Недооценивал я в своё время отца Светозара. Он смог достать меня даже из фантомного мира! Похоже, пока моя сущность развоплотилась, моё тело пережило явление, называемое в Эрте клинической смертью.

Я оглядел присутствующих Громобой и Светозар стояли утомлёнными, и их уже ничем было нельзя прошибить. Джумаш — и двое инквизиторов тоже стояли слишком потрясёнными, чтобы что либо сказать. Слишком много все пережили за этот день. Нам всем необходим отдых…

Шесть часов прошло с того момента, как я вернулся из Фантомного Мира. Моё состояние можно было оценить, как относительно нормальное, но всё равно я туго соображал. Двое инквизиторов, прибывших со Светозаром, своим ходом направились домой, в Гаурдак. А ставшая уже родной повозка Джумаша колесила на запад. Вместе с нами ехал отец Светозар.

— Я сильно извиняюсь за все трения произошедшие между нами, — кающимся тоном произнёс инквизитор, — за этот суд и травлю…