Баллада о проклятой любви - Стефани Гарбер

По ее щеке скатилась слеза, когда она представила Джекса в облике Лучника, который пытается сопротивляться желанию убить любимую девушку, но снова и снова терпит неудачу. Неудивительно, что он был таким черствым и жестоким. Неудивительно, что он в совершенстве овладел искусством безразличия.

– Прости, что разрушаю твою любимую сказку, Лисичка, но баллады никогда не имеют счастливого конца, как и наша с тобой история.

Его руки безвольно повисли, и он направился к двери.

– Но я не та Лисица! – выкрикнула Эванджелина.

– Ты так ничего и не поняла. – Джекс бросил на нее мрачный взгляд через плечо. – Каждая девушка – это очередная лиса. Хочешь знать, как на самом деле оканчивается баллада? Хочешь узнать ту часть, которую все забывают?

Эванджелине приказала себе покачать головой. Она почти всю свою жизнь мечтала узнать конец любимой сказки, но сейчас ей хотелось все забыть. Ей хотелось, чтобы Джекс снова стал Принцем Сердец – богом Судьбы с разбитым сердцем, который просто пытался найти свою единственную истинную любовь, а не павшим героем сказки, который нашел любовь всей своей жизни и убил ее.

– Ты ведь уже сказал, чем закончилась история, – тихо произнесла она.

– Я сказал, что убил ее, но не рассказал как. – В голоса Джекса прозвучали опасные нотки. – Я не рассказал тебе, что сбежал, что пытался уйти от нее как можно дальше, только бы не причинить ей вреда. Я не знал, любил ли ее по-настоящему или все мои чувства были вызваны проклятием, из-за которого я постоянно думал о ней. Но она верила в меня больше, чем я сам. Она погналась за мной. Она была уверена, что я правда люблю ее, что смогу побороть проклятие. И мне удалось. Я и пальцем ее не тронул. Я преодолел проклятие Лучника. Вот только это не имело значения, потому что, стоило мне поцеловать ее, как она умерла. – Губы Джекса скривились в горькой усмешке. – С тех пор все девушки, которых я целовал, умирали. За исключением одной. И ты не та девушка.

44

Эванджелина боялась, что время подпитывается эмоциями, а страх заставляет его двигаться еще быстрее. В комнате Джекса на каминной полке стояли фигурные часы из черного стекла, которые она заметила только после того, как Джекс покинул ее. Теперь она не могла оторвать от них взгляд. Ее ладони вспотели, пока она наблюдала за вращением секундной стрелки, которая с каждым оборотом вращалась все быстрее и быстрее.

Скоро наступит ночь. Скоро она забудет его. Забудет эту версию своей жизни. Возможно, у нее даже будет совершенно другая судьба, и она никогда и не вспомнит, что когда-то проживала все эти моменты.

Она по-прежнему будет знать, что он существует, вот только он будет для нее не Джексом, а просто мифическим существом – Принцем Сердец. Она забудет, что он был Джексом из Лощины, Лучником и, пусть всего на одну ночь, ее.

Как он мог отнять у нее воспоминания? Эванджелина немного ненавидела его, и чувство это приносило облегчение. Но все происходящее казалось ей до ужаса неправильным. Эванджелина всегда верила, что у любой сказки есть бесконечное множество финалов, а их история не должна была закончиться так. Она встретила Джекса не для того, чтобы забыть его.

Она должна переубедить его, прежде чем он воспользуется камнями.

Дверь в покои со скрипом открылась. Оторвав взгляд от часов, Эванджелина повернула голову и увидела в дверном проеме Хаоса.

Он был одет скорее как принц, нежели воин: бархатный камзол глубокого винного оттенка и элегантная кремовая рубашка под ним, перчатки из коричневой кожи и черные брюки. У него на боку были пристегнуты ножны с золотым мечом. Оружие больше дополняло образ, чем выполняло присущие для него функции, как будто сегодняшний вечер должен был стать особенным. Эванджелина полагала, что для него все так и было.

В руках он держал небольшой железный ларец, в котором, должно быть, хранились камень удачи, камень юности и камень правды. Камень счастья до сих пор был спрятан в чугунном горшочке, и на какое-то мгновение Эванджелина страстно пожелала, чтобы он пропал.

– Готова, принцесса?

– Нет, – пролепетала Эванджелина. Она никогда не будет готова к тому, что ее жизнь сотрут и заменят. – Разве нам не нужно дождаться Джекса?

Эванджелина украдкой, как она надеялась, оглядела коридор в поисках заблудшего Принца Сердец.

– Он к нам не присоединится, – ответил Хаос. – Я отдам ему камни после того, как ты откроешь арку.

– Он даже не собирается прощаться?

Эванджелина чувствовала, как все ее надежды рассыпаются, словно бумажные крылья, которые совершили глупую ошибку, решив, что могут летать.

– Он сказал, что ты все равно ничего не вспомнишь, – мягко добавил Хаос, как будто знал, что эти слова не утешат ее.

– Ты одобряешь его затею?

Вампир потер нижнюю часть своего шлема.

– Думаю, нам пора идти.

– Приму твои слова за «нет».

Хаос вздохнул, отчасти с нетерпением, отчасти с сожалением.

– Мне всегда казалось, что вмешательство в ход времени – не очень хорошая идея. Я прожил на свете достаточно долго и знаю, что прошлое не терпит изменений. Джекс верит, что его план сработает, потому что хочет изменить лишь одно событие. Вот только когда он очень сильно чего-то желает, то не может здраво мыслить. Я же считаю, что путешествия во времени работают лишь в том случае, если прошлое не успело укорениться. Чем дальше в прошлое, тем сильнее Время борется с изменениями. А учитывая мстительную природу Времени, даже если Джексу удастся изменить прошлое, Время почти наверняка отберет взамен у него что-то значимое. Так что ты права, я думаю, что он совершает ошибку.

– Тогда помоги мне переубедить его!

Хаос горестно покачал головой:

– Остаться с тобой – тоже плохая идея, принцесса. Пусть лучше Джекс совершит эту ошибку, чем пострадаешь ты. Если он останется, то рано или поздно убьет тебя, а твоя смерть уничтожит и его самого. Поверь мне, Эванджелина. Если Джекс дорог тебе, лучшее, что ты можешь сделать, – просто отпустить его.

– Не думаю, что это правильный выбор, – пробормотала Эванджелина. Но какая-то часть ее души подсказывала, что Хаос, возможно, прав. Несколько месяцев назад она думала, что Люк – тот самый человек, с которым ей суждено провести всю жизнь. Оказалось, что она ошибалась на его счет. И если она ошибется с Джексом, то последствия будут гораздо, гораздо более серьезными.

– Готова? – спросил Хаос.

Эванджелина неохотно кивнула.

Когда они с Хаосом шли по коридору, она все надеялась