Золото Карамкена - Юрий Николаевич Мильчинский

все издохнете! Не бойтесь – я всех вас переживу!» – и начинал смеяться, глядя на своих подопечных, которые понимали, что босс прав.

Он хорошо им платил, не жадничал, и те, кто был приближен к Турову, имели всё. Платой за это была собачья преданность и готовность выполнить любой приказ. Эти приближенные «кровные родственники» полностью зависели от Турова. Их благосостояние, положение в обществе, где они позиционировали себя успешными бизнесменами и благотворителями, их собственная жизнь и жизнь их родных людей полностью зависели от Турова. Уже были примеры, когда разъярённый шеф лично убил несколько человек из банды за неточное выполнение приказа, а семьи убитых вышвырнул из квартир и домов, которые были куплены на деньги, «честно» заработанные своим потом и чужой кровью. Каждый из банды понимал, что это может произойти и с ним. Если семьи опальных соратников Туров не трогал, это была большая удача и, конечно, огромное великодушие с его стороны. И никто из его окружения не хотел попасть на их место. Поэтому – дисциплина и контроль друг за другом, страх и полное повиновение.

Неповиновение и неисполнение приказа шефа – смерть. Выход из банды – смерть. Всё просто, надежно и действенно. Механизм, отлажен, надёжен, испытан и проверен временем, как автомат Калашникова. Если добавить ко всему этому коррупционные связи в силовых структурах и различных органах власти, то организация Турова обладала всем, что нужно для ведения своих криминальных дел.

Осталось совсем чуть-чуть для того, чтобы исчезнуть и начать новую жизнь. И какой-то там отставной майор ГРУ, журналист, не сможет остановить его. Орлинский очень разозлил Турова, и он чётко решил для себя, что не уедет из страны, пока не уничтожит журналиста. Причём лично. Это дело принципа: ещё никто не позволял себе так разговаривать с Туровым, не прогибаться и откровенно послать подальше. Плюс ко всему – оставить инвалидами троих его, пожалуй, лучших громил. Туров этого простить не мог. Не в его правилах. Пока ещё Орлинский нужен, пока пусть живёт. Только думая об этом, Турову уже становилось приятно от предвкушения момента расправы над журналистом, и он прищуривался и улыбался тонкими бескровными губами.

Глава 17. Ловля на живца

Мраков сидел за компьютером и редактировал очередную статью – пафосную и оттого неприятную. Даже буквы в предложениях казались ему липкими от лести, но что поделать – работа есть работа. И если надо кого-то хвалить по просьбе власти, то это надо делать – если не от души, то на всю катушку и без оглядки. Но даже в таких панегириках Мраков умудрялся добавлять одно слово – вроде незаметное, неказистое, но это единственное слово было ключом к этой вынужденной писанине. И тут сразу внимательному читателю открывалась общая картина. Между строк, полных обожания, бескорыстной любви и даже подобострастия проскакивал сарказм и тонкая-тонкая, тоньше паутинки, ирония и над самим собой, и над героем статьи – например, чиновником, встретившим свой сорокапятилетний юбилей на рабочем месте.

Это был фирменный стиль Мракова. И после выхода статьи и на сайте издания, и в печатном варианте заказчики статьи или сами восхваляемые звонили и на полном серьёзе, официальным тоном благодарили Олега Валерьевича за проделанную работу и великолепную статью. А также – по правилам, как всегда – обещали всяческое содействие и помощь еженедельнику в решении каких-нибудь проблем, если он возникнут. Хорошее желание и хорошая традиция – обещать. Таких обещаний за свою трудовую судьбу Мраков слышал множество. Наверное, чаще, чем звучат песни группы «Чингисхан» или «Круиза» на ретро-радиостанциях. «Я к этому привык. И не то чтобы я не верю обещаниям этих заказчиков – я просто пропускаю это мимо ушей и дальше продолжаю работать, надеясь только на себя и свой коллектив. Вот и всё» – говорил Мраков. И такая позиция себя оправдывала, потому что была единственно верной.

Мраков устроил себе небольшой перерыв на кофе, когда у него зазвонил телефон. Приятный женский голос поинтересовался у Олега Валерьевича, удобно ли ему говорить. Тут же незнакомка представилась.

– Олег Валерьевич, меня зовут Агния Беспалова, я представляю интересы компании по производству детских игрушек. Мы бы хотели переговорить с вами насчет вашего проекта «Золото Карамкена». Готовы вложиться в качестве спонсора, если ещё не поздно. Вам вчера звонили из нашей компании по встрече на сегодня.

– Здравствуйте, Агния! Да-да, вчера звонили, помню, конечно. – Мы можем сегодня увидеться с вами? – очень осторожно и прямо-таки нежно спросила Агния.

– Да, конечно! Приезжайте в офис на Тверскую, когда вам удобно. Адрес я вам напишу.

– Олег Валерьевич, я как раз тут рядом, в Камергерском, смогу быть у вас минут через тридцать, адрес знаю.

– Замечательно, жду вас. До встречи!

Мраков, дал отбой и сразу набрал Орлинского.

– Юра, привет! Удели пару минут, есть дело.

– Привет, друг! Говори, чего там?

– Только что звонила барышня по имени Агния с очень приятным голосом. Она представляет интересы фабрики детских игрушек, через полчаса будет у меня. Они хотят поучаствовать в качестве спонсора в нашем проекте. О нём узнали из СМИ, точнее, из нашего же еженедельника. Как думаешь, стоит с ними сотрудничать?

– Олег, отлично! Думаю, там деньги небольшие, наверное, попросят показать их игрушки в кадре. Знаешь, тема хорошая. Переговори и узнай, что они хотят взамен от нас? Если что, звони мне.

– Всё понял! Перезвоню после встречи!

Мраков окинул взглядом свой кабинет, поправил бумаги на столе для переговоров, сдвинул кресла. Вроде всё аккуратно и чисто. Присутствует, конечно, некий творческий беспорядок, но допустимый. Олег Валерьевич любил принимать гостей в своем кабинете и старался, чтобы гости ощущали себя комфортно. И это хорошо получалось. Плюс ко всему – всегда хороший кофе, ароматный чай, печенье и конфеты. А летом яблоки и груши, которые приносила секретарь со своей дачи.

Мраков стоял у окна, когда в кабинет заглянула секретарь Наталья сказала, что к нему посетительница, и при этом загадочно улыбнулась. В кабинет вошла стройная девушка в чёрном деловом костюме, со стрижкой каре и с улыбкой на пухлых губах. Мраков увидел, что её зеленые глаза очень быстро осмотрели кабинет и остановились на его хозяине.

– Здравствуйте, Олег Валерьевич! Приятно познакомиться! – и девушка протянула руку ладонью вниз. Мраков аккуратно пожал руку.

Здравствуйте, Агния! – он отодвинул кресло для гостьи. – Чай? Кофе?

– С удовольствием выпью кофе. Чёрный, – ответила Агния. Когда кофе был готов, Мраков, стараясь быть как можно элегантнее, поставил чашку перед Агнией на яркую салфетку с новогодними игрушками. Смотрелось хорошо. Также он подвинул две хрустальные