SPAсибо партии. Отдых, путешествия и советская мечта - Дайан Коенкер

индивидуалист Иосиф Бродский поддался очарованию костра и увековечил его в одном из стихотворений. Те, кто пускался в путь без особой охоты, соглашаясь лишь на однодневный поход, были покорены огненным ритуалом и обещали совершать с товарищами по группе длительные путешествия [Вайль, Генис 1998: 128][422]. Одна женщина, ветеран самодеятельного туризма, в 1966 году говорила о том, что ей запомнилось больше всего: «Водно-пеший переход через нехоженые реки Карелии, тяжесть рюкзака, перетаскивание лодок от речушки к речушке, а потом костер и песни, песни, песни…»[423]. Советские туристы, побывавшие в Чехословакии, отмечали, что костер, разведенный ими вместе с местными жителями, стал одним из самых памятных событий групповой поездки[424].

Советский туризм был массовым, но его финансовая база с 1930-х годов обеспечивалась по преимуществу за счет продажи путевок в групповые туры. В отличие от курортов и домов отдыха, которым уделялось первоочередное внимание, туристические поездки и походы редко дотировались из профсоюзных фондов социального страхования, и обычно туристы оплачивали свое путешествие по полной стоимости. Благодаря этим доходам центральные и местные туристические управления (с 1962 года – советы по туризму) платили заработную плату сотрудникам, пропагандировали самодеятельный туризм, расширяли инфраструктуру, которая в 1950-60-е годы существовала в условиях строгого учета издержек. В 1965 году А. X. Абуков, председатель Центрального совета по туризму, сообщал, что 80 % операционного бюджета его ведомства образуется за счет продаж путевок[425]. Разумеется, чем больше вариантов могли предложить советы по туризму, тем больше выручки они получали, и на протяжении 1950-60-х годов центральное и местные управления занимались разработкой новых маршрутов и направлений, а также новых разновидностей туризма, о чем будет сказано ниже.

Помимо хорошо известных туров на Кавказ и в Крым, многие новые маршруты в 1950-х годах появлялись почти случайно: из закрытого монастыря можно было сделать турбазу, куда прокладывали маршруты, не очень заботясь о том, будет ли он интересным или привлекательным для туристов. Постепенно процесс разработки стал более систематизированным: чиновники от туризма отсылали в центральные органы паспорт маршрута, где указывались вид передвижения (пешком, на велосипеде, автомобиле или автобусе), начальный и конечный пункты, длина, категория сложности, достопримечательности вдоль маршрута, места, рекомендованные для ночевки[426]. Ежегодный Справочник «Туристские маршруты по СССР», выпущенный в 1958 году, содержал 122 тура, предлагавшихся ЦТЭУ, продолжительностью от пяти до 20 дней, стоимостью от 280 рублей (10-дневное пребывание в Бородино под Москвой) до 1700 рублей (20-дневный круиз Москва – Астрахань и обратно в каюте класса люкс) [Туристские маршруты по СССР 1958][427]. При этом средняя месячная зарплата в 1954 году составляла около 700 рублей. В 1968 году туристы могли выбирать из 192 всесоюзных маршрутов и 721 местных. Десять дней в Бородино теперь обходились в 28 рублей (после деноминации 1961 года; средняя зарплата теперь равнялась 113 рублям), а такой же, как раньше, круиз по Волге – в 165 [Туристские маршруты на 1968 год][428].

Впечатляющее разнообразие, демонстрируемое справочниками, не отвечало спросу со стороны туристов. Председатель Башкирского областного совета по туризму и экскурсиям Е. К. Шишкин признавался в 1964 году: «Не секрет, что туристские путевки за полную стоимость берут только на Черноморское побережье и в Ленинград, а на местные маршруты, к нашему сожалению, за полную стоимость путевки пока берут неохотно»[429].

Кроме того, хотя многие путешествия могли совершаться круглый год и существовали специальные лыжные маршруты, спрос на туристические путевки (как и на курортные) был сезонным.

Метод распределения путевок – как и в случае с курортами – еще больше усиливал несоответствие предложения спросу. В начале каждого туристического года местные ТЭУ (позднее – советы) заказывали определенный набор путевок по всесоюзным и местным маршрутам. Затем профсоюзы покупали их для перепродажи своим членам или выдачи в качестве поощрения за безупречную работу. Таким образом, отправка человека в турпоходы и турпоездки происходила на рабочем месте. Нельзя было просто написать, к примеру, на сочинскую турбазу и заказать радиальный тур № 32 с 20-дневным пребыванием в Сочи: все такие путевки давно отошли к местным советам по туризму и профсоюзным организациям. Но так как большинство других направлений пользовались малым спросом, многие путевки оказывались невостребованными. В 1965 году Московский городской совет по туризму и экскурсиям сообщал, что профсоюзы выкупили лишь около 60 % путевок, на которые имели право, и что совет, если он хочет свести концы с концами, должен продать оставшиеся напрямую туристам. Непроданные путевки означали убытки для совета[430].

Чиновники, ведавшие туризмом, жаловались на нежелание органов социального страхования дотировать туристические путевки на 70 %, как путевки на курорты и в дома отдыха. Поэтому единственным выходом был маркетинг. В апреле 1957 года ЦТЭУ поместило в газете «Труд» рекламу: «Туристское путешествие по родной стране доступно каждому». Далее перечислялись доступные маршруты и адреса местных ТЭУ, где можно было приобрести путевки. В том же году вышел плакат В. И. Говоркова «Всей семьей на отдых» с изображением поезда (хотя возможности для семейного отдыха предоставлялись крайне редко). Ежегодные справочники по маршрутам, тиражом 50 тысяч экземпляров и больше, также информировали население о потенциальных турпоездках. Поощрялось устройство «туристических вечеров», на которых участники поездок рассказывали о своих впечатлениях и побуждали других следовать своему примеру. Для рекламы служили и туристические клубы, сеть которых расширялась: они организовывали вечера с просмотром слайдов и любительскими фильмами, посвященными туристическому отдыху. Кроме того, маршруты рекламировались по радио, телевидению, в газетах и брошюрах [Лебина, Чистиков 2003: 285][431].

Число туристов в эти годы, несомненно, росло, хотя точные цифры вычислить трудно. В 1964 году было реализовано примерно 610 000 путевок на групповые туры, еще 2,2 миллиона туристов отправились в путешествие самостоятельно: одни пользовались турбазами, другие разбивали палаточные лагеря. Как сообщал Центральный совет по туризму, в 1963 году он отправил за границу 50 000 человек (это меньше других оценок, касающихся зарубежного туризма). В 1974 году границы между категориями туристов оказались размытыми: секретарь ВЦСПС докладывал, что в 1969 году насчитывалось 7,2 миллиона туристов, в 1974 году их оказалось уже 20 миллионов, кроме того, 50 миллионов человек путешествовали по выходным и 300 000 выезжали за границу[432].

Трудности с подсчетом туристов отчасти стала следствием децентрализации туристической деятельности и все более частых проявлений инициативы со стороны местных советов, той самой инициативы, которую должны были поощрять реформы 1962 и 1969 годов. Помимо составления местных маршрутов, областные турагентства дотировали дальние поездки. С почином выступило московское ТЭУ, в 1960 году запустившее специальные туристические поезда