Я проотив тебя (СИ) - Ксения Латышева

   - Прости меня, Лиля, - Федор прекратил меня целовать и обнял. - Прости, если сможешь. Я не собираюсь оправдывать свой поступок, но он - прошлое. На тот момент, когда я совершил его - я не знал тебя. Но сейчас - знаю. И не собираюсь никому отдавать то, что принадлежит нам двоим. Не поверишь, но я все равно докажу тебе свою искренность.

   Я закрыла глаза, сглотнула и выпуталась из его объятий. Мне страшно было ему поверить, ибо в душе уже было достаточно чужого говна извне. Внутри меня все переворачивалось, раскачивалось, прыгало и бренчало. В голове раздавались тысячи голосов, нашептывающих абсолютно безумные вещи. "Останься, он искренен!!", "Уходи, он предатель!!", "Развернись и вмажь ему!", "Расцарапай лицо!". Я заткнула уши руками, замотала головой и выскочила из кабинета. Я непременно сделала что-нибудь из возникших в голове идей, но снизу, с самых глубин мозга и сердца пробивалась мысль "Не опускайся!". Не помню, как я сбежала из университета, как добралась до дома. Лишь движения моих дрожащих рук, задергивающих штор, запечатлелись в моей памяти, а затем наступила темнота.

   Последующие несколько дней я провели, сидя в своей комнате, перекладывая листочки с текстом дипломного проекта и не реагируя ни на какие внешние раздражители, будь то мама с чаем, или папа с конфетами и новым кино. "У меня скоро защита" - отвечала я механическим голосом и закрывала за ними дверь. Шторы оставались задернутыми, в комнате царила постоянная темень, и лишь настольная лампа освещала обстановку и меня.

   Телефон молчал, что не удивительно, ибо я выключила его сразу, как только выбежала из университета. Видеть и слышать никого не хотелось, поэтому я решила провести оставшееся время до защиты дипломного проекта в спокойной домашней тишине. Правда, меня измором и боем пыталась взять Юлька и Никитос, они почему-то вбили себе в голову, что я вскрою себе вены или совью из пеньки крепкую веревку. Но я лишь хмыкала в трубку домашнего телефона, который из-за родителей отключить не удалось и саркастично угукала.

   - Коралова, ты просто невыносима!! - в очередной раз проорала в трубку Юля, пытаясь вытащить меня из сумрачного царства моей комнаты. - Ты намерена вот так все лето там просидеть?

   - Ага, - я разглядывала себя в зеркало. Когда-то девушка напротив меня сверкала задорными огоньками в глазах и ерошила забавные светлые кудряшки на голове. Сейчас там была все та же девушка, но огоньки угасли, кудряшки потускнели, нос заострился, а под глазами появились синяки. "Что с тобой, Коралова? Почему ты так тоскуешь?" - спрашивала я сама себя, глядя в зеркало и пропуская мимо ушей какие-то вопли подруги. "Неужели ты так любишь Федьку, что угасаешь без тепла его рук и дыхания?".

   - Ты вообще меня слышишь?

   - Прости, нет. - Я устало вздохнула и села на скамеечку в коридоре. Телефон был старый, проводной, поскольку предыдущая трубка приказала долго жить из-за полетевших контактов. - Я задумалась.

   - Над чем? - Юлька даже и не подумала обижаться на то, что я пропустила ее пятиминутную тираду.

   - Что сидеть взаперти мне абсолютно не полезно. Но выходить из дома так не хочется. За последние три дня я так привыкла к тишине и покою. Оказывается, я по ним соскучилась.

   - Коралова, стопе, мне не нравится твой тон, - насторожилась на том конце провода подруга.

   - По-моему, это нормально. Когда человек хочет отдохнуть от суеты внешнего мира. А еще сегодня Федька выступает на соревнованиях. Они так долго к ним готовились. Господи, о чем это я? - я уткнулась лбом в колени и тихо прошептала в трубку. - Юль, почему он так со мной? Зачем? За что? Неужели, я такая стерва и дрянь, что заслужила такое? Почему со мной??

   - Федька дурак, а тот, кто его подбил на это - полный мудак. Знала бы кто это - впереди Никитоса побежала бы морду бить - вздохнула Юля. - Кста, от Никитоса тебе привет.

   - Ему тоже пламенный передай. Что делать, подруга? У меня на текущий момент только огромное желание послать все к чертям собачьим.

   - Мы уже говорили с тобой на эту тему. Ты не дашь победить себя, защитишь блестяще диплом, и пусть все утрут свои сопли.

   - Думаешь, эти спорщики хотели мне такой же участи, как и Федьке пару лет назад?

   - Не знаю, но судя по голосу и тону говорившего - он страшно бесился от того, что ты гуляешь с Балдуриным. По ходу, давно за тобой хотел приударить, а как собрался с мыслями и почками - тут у тебя родилась внезапная идея, и на пути нечаянно попался ботникус.

   - Жизнь какая-то странная штука. Боюсь представить, что будет дальше

   - Ты, главное, не дури, - тихо, но проникновенно проговорила подруга. - И помни, что у тебя есть я и Никитос.

   - Ага, - я посопела в трубку еще пару секунд. - Ладно, пойду я. Послезавтра защита, надо убрать этот вселенский кошмар с рожи. А то люди в группе просто умрут от счастья там же на месте.

   Однако, спокойно отдохнуть не удалось. Буквально на следующий же день дверь в нашу квартиру была протаранена взволнованной Бестеревой. Когда она прибежала ко мне, я пыталась унять некий страх перед защитой, что начал проникать в каждую мою клеточку. А еще меня добивало молчание Федора. Честно говоря, я ожидала, что он будет стоять под дверьми, петь серенады и таскать мне веники с цветами. Но "ботаникус" предпочел слиться в неизвестном направлении и даже не скинул мне не единого смс. За что хотелось расцарапать ему морду лица. "Ну что за глупости" - вещал мне мозг, пытаясь навести порядок в мельтешащих обиженных мыслях. - "Ты же так хотела, чтобы он от тебя отстал, не приходил, не появлялся. А сейчас сама себе противоречишь".

   - Ты должна это посмотреть! - Юлька тыкала мне в лицо пульт и одновременно пыталась включить телевизор.

   - Бестерва, прекрати прыгать вокруг меня, - я вяло отмахивалась от подруги и пыталась укутаться в плед. Знобило невероятно, хотелось спать при наглухо зашторенных окнах, а на улице как назло вовсю светило солнышко, приглашая радоваться жизни и идти гулять. Мне же хотелось плакать и зарываться лицом в подушку.

   - Дура, блин, - зло прикрикнула на меня Юлька, и наконец-то смогла включить телевизор. - Смотри, сейчас повтор показывают.

   Я нехотя перевела взгляд на экран зомбоящика и застыла. Камера крупным планом снимала Балдурина и какого-то молодого человека, который тыкал в Федьку микрофоном и что-то спрашивал.

   - Скажите, как давно Вы и ваша команда начала заниматься брейк-дансом?

   - Уже года три? - Федька вопросительно перевел взгляд на четверых подтянутых парней, что стояли позади него. Они утвердительно закивали.

   - Поразительно! Вы добились таких результатов за столь малый срок! - казалось, журналист готов захлопать в ладоши.