Рожденный в забвении - Мария Быстрова

— Отойди от него, Дарэн. Иначе я за себя не отвечаю!

Чернокнижник оценивающе поглядел на девушку.

— Брось железку, Лина, — зло прищурился он. — Мы оба знаем, что ты неспособна причинить мне никакой вред. И успокойся. Я не убью этого самца сегодня… хотя следовало бы…

Юлиана со злостью откинула клинок в сторону.

— Харм стоит десятка таких как ты! — зашипела она. — И он любит меня!

Маг с брезгливостью взглянул на телохранителя, а потом улыбнулся девушке.

— А ты любишь меня и принадлежишь мне. С того самого момента, как я взял тебя.

— Это все твоя поганая демоническая магия! Если бы не она, я бы сейчас могла любить нормального человека, такого как Харм, а не монстра всего Хаммерита, насильника, убийцу и последнюю сволочь! Ты приворожил меня, привязал к себе! И ведь я даже не могу убить тебя! Не могу ненавидеть! Почему я, Дарэн?

Чернокнижник поморщился.

— Прекрати нести чушь, Лин. Никто тебя не привораживал, а та ночь просто закрепила чувства, которые ты ко мне испытывала, которые я испытывал к тебе. Ты знаешь это. Кто тебе виноват, что тебя угораздило воспылать страстью к жрецу?

Юлиана прищурилась, подошла к нему вплотную с жаром произнесла.

— Ты обманул меня! Если бы я только представляла что ты за тварь на самом деле, меня бы наверно вырвало!

Чернокнижник громко рассмеялся, и тон стал ехидным, издевательским.

— Ты думаешь, если бы знала кто я на самом деле, то твои чувства не возникли? Даже не думай об этом. Полагаешь, я недостоин тебя? — он широко улыбнулся. — Дорогая. Посмотри на себя! Чего ты хотела добиться в Урфе? Праведной жизни? Об этом мечтала? Сколько несчастных торгашей ты ограбила и убила за все это время? А?

Юлиана не отвела взгляда, но ничего не ответила. А Дарэн тем временем продолжал.

— Не одного, уж точно… Так что мы с тобой всегда прекрасно подходили друг к другу, — он взял ее лицо за подбородок, приподнял и жестко добавил. — Только ты смериться с этим не могла. Совесть у тебя, видите ли, есть! Позвала бы меня — я бы избавил тебя от этого бесполезного качества. Но ты решила сбежать от меня! А я, идиот, еще рассказывал тебе как пройти линию отверженных! Знала бы ты, как я страдал! От ярости уничтожил весь отряд карателей, которых послал за тобой!

Юлиана не отстранилась, лишь зло хмыкнула.

— Я счастлива, что такая сволочь как ты почувствовала хоть крупицу страдания, которых доставила другим! Что Хозяин не позволил тебе отправить погоню за мной в Урфу, а?

Он немного помолчал, а потом тихо ответил, мне едва удалось расслышать.

— Ты знаешь, если бы пришлось, я уничтожил бы мир ради тебя.

Юлиана отстранилась, чернокнижник не стал ее удерживать.

— Ты прав, мы ничуть не изменились, — глухо произнесла она.

Дарэн наклонил голову и слегка кивнул.

— От себя не убежишь, Юлиана. Я знал, что рано или поздно ты вернешься ко мне. Так или иначе. И вот ты тут передо мной. На моей земле. И мы снова вместе.

Разбойница покачала головой.

— Нет, Дарэн. Мы не будем вместе. Я вернулась. Мне пришлось. Я осознаю, что сбежать второй раз не удастся. Но вместе мы не будем.

Колдун подошел к ней ближе.

— Поэтому я и здесь, моя дорогая супруга. Хозяин предлагает тебе сделку. Помоги уничтожить колдуна, и мы ничего не сделаем твоим спутникам, мы проводим их до границы с Урфой, позаботимся об их безопасности. Колдун угрожал убить твоего воздыхателя, если ты откажешься провести его в Шхарму. Мы предлагаем тебе спасти их.

— Ты пытаешься склонить меня к предательству, ты ведь знаешь, что для меня значат друзья…

— Я и мой Хозяин хотим, чтобы твоя совесть, наконец, порадовалась праведному поступку. Царь Тьмы предлагает тебе совершить благое дело, а ты отказываешься? — темный колдун выглядел удивленным.

Она тревожно посмотрела на спящего Харма, потом перевела взгляд на ожидающего ее ответа чернокнижника.

— Я не верю Ему.

Черный маг помолчал, а потом медленно взял ее за плечи и притянул к себе.

— А мне? Мне веришь?

Юлиана молчала.

— Ты ведь даже не представляешь что делаешь, — тихо зашептал он. — Ты не знаешь что он такое! Монстр! Да. Не смотри на меня так. По сравнению с ним я святой праведник. Он может уничтожить все и всех. И ты именно ты ведешь его к этой цели. В Шхарму. И он отблагодарит тебя, уничтожив твоих людей на прощание. Помни мое слово. Люди для него пустое место!

У девушки заблестели глаза, и она вдруг прижалась к магу.

— Если это правда, то я никогда не прощу себе…

Дарэн гладил ее по спине, по волосам.

— Ущелье Метелей, проведи его туда, а дальше мы все сделаем сами. Просто сверни не у той скалы. Ты же знаешь там каждый закоулок. И твои друзья останутся живы, даже этот похотливый самец, посмевший касаться твоего тела. Обещаю.

Она прижалась к нему еще сильнее.

— Я знаю, ты можешь снова обмануть меня, ты можешь вертеть мной как хочешь, слишком хорошо ты меня знаешь.

— Выбор за тобой, — произнес он, поглаживая ее черные шелковистые волосы. — Но знай, я все равно люблю тебя. Всегда любил и буду любить, наверно, даже если мир рухнет.

А потом они долго целовались и просто стояли обнявшись. Я же пораженный до глубины души не мог даже пошевелиться, опасаясь выдать себя. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем маг тихо прошептал.

— Спи, любимая. Спи. Скоро рассвет и непростой день.

И Юлиана уснула мгновенно, прям в его объятьях. Дарэн взял ее на руки и понес к шкурам, аккуратно уложил ее на них и оттащил подальше от Харма и поближе к огню. Затем заботливо укрыл ее пледом и плащом, пару минут полюбовался спящей разбойницей, а потом резко исчез в дыму, превращаясь в огромного черного грифона. Птица захлопала крыльями и мгновенно взмыла к окну, легко проскользнула на улицу, растворяясь в дождливом мареве. И вот теперь наступила тишина.

Еще пару минут я сидел под трилитом, пытаясь осознать услышанное. Вот это да. Ну и ну. Вот вам и адракская разбойница. Вот вам и жрец Повелителя Тьмы… О таких любовных историях баллады складывать следует. Фригу надо идейку подкинуть. Но что там конкретное сказано? Демон желает уничтожить Кзара и не позволить ему войти в Шхарму. Чернокнижник говорил, что мы даже не подозреваем какой монстр Кзар и на что он способен. Я вспомнил прогноз Оракула о конце света, свои выводы, которые сделал, подслушивая беседы мага с его призраком-слугой. И пришел к выводу, что Кзар лишь с виду обычный человек… Я подумал о конце света и почувствовал боль, вновь вспомнились слова предсказателя. Судьба Адель в моих руках. Судьба всего мира в моих руках… И стало страшно, невыносимо страшно, а потом навалилась усталость, сонливость и бессилия. Алтарь вновь сожрал мои силы, а я уже успел забыть о нем. Поднявшись на ноги, я вновь поглядел на дольмен, почувствовал его голод, ощутил на себе пристальные взгляды пяти каменных трилитов. Я был опустошен, едва держался на ногах, все еще сжимая кинжал. И тут вновь пришло видение, короткое, всего пара мгновений, и я увидел на алтаре Адель… Что-то внутри меня надломилось, и я ощутил пылающий огонь ярости. Со всей силы я вонзил свой кинжал в каменный дольмен. Видение исчезло. Удивительно, но лезвие не сломалось, а вошло в камень. Полностью! Монолитная плита на глазах покрывался тонкой сеткой трещин. Спустя несколько секунд алтарь с грохотом развалился на куски, а те в свою очередь распались на более мелкие кусочки. Огонь потух. Передо мной находилась куча каменных обломков, а сверху лежал мой кинжал. А потом я упал на пол обессиленный. Не помню, как мне удалось добраться до постели.