Заклиная Печати. Тлеющие миры - Алекс Меркурий

Точно молния во плоти! Но порою он останавливался со странной медлительностью и закрывал глаза в попытке… прийти в себя?

— Перси! Ты что, опять накурился? — возмущённо крикнул другу мастер СреброЗнаков, не переставая подпитывать соратников.

— Закари, отвали. Должен же я как-то расслабляться. — на лайте отмахнулся Перси и деловито улыбнулся, порубив на кусочки ноги несущейся на него блеяды. Один взмах руки и ножи послушно заметались вокруг Твари.

Чёрная куча застывшей лавовой породы рядом со мной вдруг зашлась паром. Раскалилась и треснула. Чёрный камень опал осколками. Из кокона с безумным счастливым смехом вырвался Рэн Грэйер.

— Я ждал этого столько лет! Гуляем!

И со странным спокойствием воззрился на полыхание разлома — тёмно-красное, почти багровое сияние било в небо, оттуда вырывалось всё больше Тварей всех мастей.

— Что смешного? — я стоял рядом с ним, готовый разорвать на куски. За Кармен Мериме. За отнятый лучик света в этой одинокой жизни.

Совсем рядом, недалеко от закрытого разлома снова что-то бабахнуло. Сверкнул гриб огня.

— Смотри внимательно, Янг. Когда ты ещё сможешь насладиться таким прекрасным зрелищем? — серьёзно заявил Рэн, деловито улыбнувшись. Ему и в правду нравилась вся эта разруха и агония битвы. Он вдохновлялся ею. Я видел это по его восторженным, чего-то ждущим, жаждущим глазам.

— Ты просто безумец. — потрясённо выдохнул я.

Но Рэн смотрел словно сквозь меня, за мою спину.

— А вот и он. — довольно изрёк Рэн, во все глаза наблюдая за раскалённым до бела огненныи силуэтом, вырвавшимся из залежей разлома.

— Это ещё что за букашка? Эй, не трогай меня! — услышал я возмущение своего двойника в тени зданий.

Затем обиженное писклявое рычание «эээ!» и что-то мелкое вылетело с огоньком из здания. Зелёная малютка пролетела пару десятков метров и возмущённо забегала по полю битвы, не обращая внимание ни на молнии, ни на разгорячённую землю. Ей всё было ни по чём. Я заметил наше спасение, которое сейчас пиршествовало на останках побеждённой Перси блеяды.

— Киви-и!! Сожри эту груду камней! — заорал своей помощнице я.

Киви замерла на месте, услышав мой голос. Безошибочно обернулась на своего хозяина, язвительно крикнула «бе!» и смертоносно ринулась к голему, вырастая с каждым сантиметром пока не перегнала Тварь на голову. Земля удвоила дрожь. Яростный рык вырвался из пасти богомола. И два титана сцепились в битве.

— Вот это зрелище! — прокричал Рэн, вознеся руки к небу. Он двинулся навстречу огненному силуэту.

— Куда пошёл? Я тебя ещё не отпускал. Ты должен закрыть разлом либо умрёшь. Выбирай. — пригрозил я, ухватив Рэна за плечо.

Тот обернулся, картинно-обидчиво поджав губы.

— Ну, Джейк, фанатам нельзя грубить. Ведь если они сами станут Величием, ты для них и гроша ломанного стоить не будешь.

— Да что ты несёшь? — сказал я и Рэн закричал от боли. Моя ладонь жгла нещадно, но другим огнём. Священным. Солнцем. — Ты поможешь мне закрыть разлом и это не обсуждается.

— Что ж, настало время раскрыть карты. Иначе зачем я всё это время берёг силы? — вздохнул Рэн и наклонился ко мне, подняв запястье с пентаграммой Арканы: — Ты ведь не думал, что о тебе забыли? Все твои тайны скоро станут нашими. Они придут за тобой, Джейк, даже не сомневайся в этом. Потому я здесь, чтобы помочь тебе выжить.

Его слова показались мне сущим бредом. Но я изменил своё мнение, когда Рэн, сказав это, вдруг резко схватился рукой за мою ладонь и резкая тёмно-красная вспышка пентаграммы тайного общества Арканы на его запястье за миг погрузила меня в паралич. Я больше не мог шевелиться, не сказать ничего, не даже моргнуть. Так и завис, как статуя. А Рэн, ни капли не стесняясь моего гнева, проткнул моё запястье какой-то тонкой металлической иглой, расписанной тёмной иновязью. Я бы заорал от боли, но не мог даже сглотнуть. Не думайте, что я такой слабак, реву от иголочки. Но выдержать пламя, которое прожигает тебя изнутри, очень сложно.

— Ну вот и всё. Работа выполнена просто блестяще. — похлопал ладонями друг об друга Рэн, довольно глядя на результат: застывшего посланника. И потерял ко мне вский интерес, глянув на приближающийся силуэт огня. — Теперь пришла пора и мне стать Великим.

Он достал из-за пазухи оранжевый кристалл с белыми прожилками. Большой кусок размером с ладонь, выточенный на манер сосульки.

— Гор, не подходи к нему, у него Исток! — вдруг истошно завопила Судзуми.

Уже очнулась? А я думал, её забрали на Небеса подлечить.

— Ты что здесь делаешь, дура? Зачем вернулась? — недовольно рявкнул Закари и обратился к своим: — К Перси не подходите сегодня!

— Почему? — удивлённо поинтересовалась запыхавшаяся Ювана.

— Господи, сколько можно повторять-то! Когда он под кайфом, то вообще не в себе. Он не контролирует свою силу. — Закари кинул осуждающий взгляд на своего друга Левисту.

— Так заворушка ведь. Можно и повеселиться немного. — с расслабленной улыбкой ответил Левиста с отдышкой. И я его прекрасно понимал. Он наматывал круги за кругами, пока на поле боя не осталась лишь пара Тлеющих. Хотя Перси не выглядел уставшим. Скорее мечтательным.

— Оу, нет. Узнаю я это дыхание. — с нехорошим предчувствием сказал Закари, во все глаза наблюдая за зависящим на одном месте, раслабленным Левистой.

Мне бы кто подышать дал! Так я и завис безвольным истуканном, заледеневший во времени статуей, наблюдая, как все плети и Твари вокруг в метре от меня сгорают грязным алым пламенем.

Глава 27. Величие

Ночное небо омрачилось густыми чёрными тучами, огромной грядой вьющимися прямо на нас. Они были близко и несли с собой тонны воды. Сплошной слой дождевой стены виднелся в километре от нас. Ох уж этот вечно сырой Делф.

«Фанаты все такие доставучие?» — только и думал я, застывшим изваянием наблюдая за сражением.

Меня жгло изнутри. Чувства обострились. Но только потому, что запас энергии катастрофически таял на моих застывших глазах. Я уже не чувствовал ног и мог поклясться, что скоро не буду чувствовать вообще ничего. Эта проклятая иголка высосывает из меня все соки! Какой же в ней сильный концентрат отрицательной энергии раз алого огня ещё хватает сжигать всех и вся вокруг меня! Рэн не обманул — тёмная иновязь иглы действительно стала мне щитом. И не только! Но ещё и погибелью… И