Дорога на двоих - Константин Калбазов

Наконец рванула граната. Никакой реакции. Ни испуганных криков, ни стонов раненых. Ничего, только легкий звон в ушах. Ага, а вот и пара револьверных выстрелов, прозвучавших несколько приглушено. Одно из двух: либо это Высек, либо стреляют в него. Но дальше тянуть нельзя.

Сергей рывком посылает себя в оконный проем и тут же откатывается к стене, у двери. Никого. Варакин быстро перебегает на другую сторону, стараясь осмотреть смежную комнату. В доме темно, но вроде никого не видно. Да к черту все. Он спрятал один из револьверов, взяв в левую руку фонарь. Резкий голубоватый луч прорезает темноту.

Пристроив руку с револьвером поверх руки с фонариком, Сергей быстро, со смещением вправо, входит в следующую комнату. Световое пятно обшаривает комнату. Вот у окна лежит тело, и больше никого. Тело? Нет, раненый, вон, едва шевелится. Но ты это бабушке расскажешь. Выстрел, голова бандита мотнулась в сторону. Во, теперь порядок.

Два раскатистых выстрела один за другим, дробь сыпанула по потолку и верху противоположной от окна стены. Комнату тут же заволокло едким дымом. Нет в доме никого. Как пить дать нету.

— Высек, не стреляй! Это я, Сергей!

— Ага. А где эти?!

— Похоже, получилось. Лезь в окно.

Держась вместе и страхуя друг друга, они двинулись по комнатам, стараясь сориентироваться и найти ту, глухую, из которой есть ход в подвал и дальше, в подземный ход. Нашли они ее по раскату взрыва, донесшемуся, словно из-под земли, даже пол вздрогнул под ногами.

— Что это было? — всполошился Высек.

— Все, ушел Штырь и дверцей хлопнул.

— Как это?

— Они сами подорвали за собой ход, чтобы за ними не смогли пройти. Ну и ладно, нам меньше забот. Уходим. Михал, как у тебя? — выскочив на пару с Высеком на крыльцо, выкрикнул Сергей.

— Порядок. Хотели было сунуться к лошадям, да я одного подстрелил.

— Все, мы свое дело сделали. Уходим.

— Ага. Понял, — произнес появившийся в широком проеме ворот конюшни шахтер.

Земля под ногами опять легонько вздрогнула, и донесся приглушенный звук взрыва. Ну теперь-то точно все. Даже если не всех накрыло волной или завалило, то оставшимся в живых вряд ли удастся выбраться наружу. Ну да никто им не виноват, нечего трогать Верную Руку и его людей. В особенности последнее.

Глава 8

НИЧЕГО ЛИЧНОГО

— Итак, господин Варакин, вы утверждаете, что не имеете никакого отношения к перестрелке в поселке близ лимана этой ночью?

Дежавю. Все это уже было. Очень давно, в прошлой жизни, и все же как будто только вчера. Тогда Сергей вот так же сидел напротив дознавателя, только руки его не были скованными за спиной, а в остальном… Даже допрашивает его тот же человек — Марик Каберле. Разве только теперь он старший дознаватель при департаменте внутренних дел Новой Рустинии. Растет, однако.

Случилось это на рассвете. Сергей как раз собирался заняться вопросом пропавших четырех девиц. Найти их, скорее всего, будет не слишком сложно. Луйко Забар ему кое-чем обязан, поэтому не должен отказать в малой любезности и поделиться информацией.

Варакин не собирался так просто оставлять подопечных. Он своих не бросает. А все указывало на то, что женщин удерживают силой. Разумеется, если они еще в столице. Уж лучше бы это было именно так, потому как терять время на поиски, разъезжая по городам и весям, очень не хотелось. Но если женщин увезли, то однозначно придется.

Однако его планы были нарушены самым радикальным образом, когда в барак ввалилась дюжина полицейских. Его взяли под белы рученьки и препроводили в ближайший участок, оккупированный выездной следственной бригадой от департамента внутренних дел. Ну этого и следовало ожидать, уж больно шумно все получилось.

Они ведь не ушли просто так от логова Штыря, а заложили оставшуюся взрывчатку в доме. Не тащить же с собой такой опасный груз, а бросишь — найдут какие мальцы, и беды не избежать. А так, рванули домик, любо-дорого, чуть не в щепки разнесло, а что устояло, сгорело ярким пламенем. Вернулись в барак, самым тщательным образом отмылись, вычистили оружие и легли спать, уже зная, что полиция буквально наводнила припортовый район и повсюду идут облавы.

Кстати, их также посетили, наскоро поинтересовались на предмет того, что видели или слышали. Получив отрицательный ответ, тут же ретировались. Сергей не сомневался, что, как только все немного успокоится, к ним опять вернутся, чтобы отработать более тщательно. Ведь по горячим следам ничего не найдут. Ошибся, так как уже через четыре часа пришли за ним. Причем пришли целенаправленно, разыскивая именно Сергея Варакина по прозвищу Верная Рука. Вот такие пироги с котятами.

Против ожиданий, сразу его допрашивать не бросились. Продержали в клетке околотка несколько часов и только теперь притащили на допрос. Вот тут-то он и удивился, увидев до боли знакомое лицо. Но, как ни странно, ненависти к Каберле Варакин не испытывал. Так, какой-то негатив, но никакой озлобленности. У Сергея было достаточно времени, чтобы разложить все случившееся в прошлом по полочкам. По большому счету, вины дознавателя в произошедшем не было. Тот хотел выслужиться, а потому стремился как можно лучше сделать свое дело, разумеется, перегнул чуток, но ведь это Сергей кинулся в драку, хотя и знал, что вины его нет. Ну да чего теперь-то.

А вот господин Каберле, похоже, к Сергею неравнодушен. Вон как глазки блестят, словно не один год гонялся за преступником и наконец взял его на горячем. Вообще-то сомнительно, чтобы у него что-то было. Наверняка опять берет на арапа, но Варакин за прошедшее время сильно изменился, поэтому глупости от него не дождутся. Правда, теперь он замазан по самое не балуй, но разговоров о других задержанных пока нет, он внимательно вслушивался в то, о чем говорили в околотке. А это значит, что и против него ничего конкретного нет.

— Господин старший дознаватель, я уже говорил, что понятия не имею, о чем речь. Нет, я конечно же слышал отдаленную перестрелку и взрывы, но отношения к этому не имею никакого. Вы можете допросить людей из моего барака, их там три сотни, хоть взрослых спросите, хоть детей. Я все время находился с ними.

— Господин Варакин, а правда, что эти люди прибыли из Рустинии с вами в надежде обрести лучшую долю?

— А кто же в Новую Рустинию едет без надежды на лучшее? Если только как вы, по служебной надобности. Остальные хотят устроиться лучше, чем это было в Старом Свете. Иначе и смысла нет все начинать.

— Вы прямо откровение мне поведали. А то я, грешным делом, и не знал, зачем сюда едут. Но вот те, что обосновались в том бараке, приехали именно с вами? Вы являетесь их нанимателем и выступаете гарантом их будущего благосостояния?