Побег - Вадим Денисов

В настоящей тайге зверье жмется к рекам, только в них спасение. И люди в такой среде не живут, они селятся рядом с ней, пользуясь таежными благами сезонно. Там, где есть либо водоемы, либо пересеченная местность.

Пожар, способный, казалось бы, выжечь участки земли, занятые корабельной сосной или кедром и освободить их на время для солнца и роста других растений, только усугубляет положение. В матерой равнинной тайге почти все пожары — верховые, пламя со скоростью быстро несущегося поезда пожирает верхушки деревьев, оставляя за собой частоколы мертвых стволов.

В тайге не надо выживать, из нее надо бежать бодрым зайцем. К реке.

И вообще, скажу в заключение: самая лучшая подготовка к такому попаданию — опыт проживания в подобной среде. Приезжайте в отдаленный, а лучше в откровенно затерянный таежный поселок, найдите работу, поживите, перенимая обыденный, но очень интересный опыт жизнеобеспечения аборигенов, походите в тайгу. Познакомьтесь с этой потрясающей реальностью. Нужные навыки появятся сами собой, и походы в подмосковные чащи покажутся вам прогулкой по сочинскому дендрарию.

А вообще-то — забейте.

Вам никогда не оказаться в настоящей тайге, не мечтайте.

Это очень трудно сделать. И дорого.

В Италию съездить проще.

Лесная дорожка миновала однообразную пойму, то и дело пересекая крупногалечные русла блуждающих рукавов Арканзаса. Начали попадаться высокоствольные пихты. Все гуще и глуше… Где-то там, впереди, начиналась альпика, за которой следовал мир ледников, озер и вершин. Я то и дело сверялся с ориентирами, полученными от Маркеса, верного нукера Рыжего Саида, с которым мы вели переговоры о встрече. Похоже, среднеазиатов в его окружении нет, значит, басмач прорвался сюда в одиночку. Или же в пути следования малой группы случались трагические происшествия.

Наконец-то «Апач» поехал прямо! Фу, наслаждение, эти повороты уже всю душу вымотали. В конце просеки явно была большая поляна.

— Винни, останавливайся.

Я повернулся и махнул рукой Лешке. Парень, с готовностью ухватив автомат, легко перепрыгнул через борт, молча улыбнулся нам и сразу же скрылся за стеной деревьев.

— Поехали.

Большое подворье прямоугольной формы было окружено примерно полутораметровой высоты изгородью из горизонтально уложенных хлыстов. Внутри находились три строения. Фермер, построивший здесь свое хозяйство, вскоре понял, что замахнулся слишком широко, а Додж-Сити далековато. Вот и продал его Рыжему Саиду. Скорее всего, выгодно.

Строений было три. Большой амбар с характерной высокой крышей и два почти одинаковых домика. Сложены примитивно, даже не пятистенки. В дальнем конце подворья — что-то вроде ледника в земле. Здесь нет выходов вечной мерзлоты, а вот погреб такой сделать можно. Въездные ворота стянуты цепью, «Апач» внутрь не загонишь. Однако калитка сбоку распахнута настежь: заходите, гости дорогие?

Двустворчатые ворота амбара заперты извне перекладиной. Один из домиков тоже закрыт, на двери виднелся большой амбарный замок. Дверь второго домика чуть приоткрыта.

И ни одной живой души вокруг.

— Здесь вообще кто-нибудь живет? — тихо спросил я, медленно выбираясь из машины с «Томми» в руках.

Винни ничего не ответил. Он тоже вышел с оружием, сразу сделал пару шагов в сторону от пикапа, присел и начал слушать. Я тоже попытался, но мне мешали щелчки остывающего под капотом двигателя и щебетание птиц.

Вьетнамец же, чуть прикрыв глаза, превратился в Будду. У моего друга относительный слух, то есть он умеет по своему желанию фильтровать излишние звуки, игнорировать их, отслеживая только нужное. Великое умение. Поэтому я, чтобы не мешать следопыту, просто помалкивал и посматривал. Так мы просидели минут пять.

— Никого не слышу, — наконец объявил он.

— Что все это значит? Криминальный труп внутри, местные разборки? Черт… Шерифа звать придется.

Вьетнамец только пожал плечами.

— Тогда прикрывай, что ли, первым пойду, — решил я.

Охотник поднял к плечу винтовку.

Ба-бах!

Очередной выстрел разорвал воздух, и картечь опять влетела в окно. Чтобы нам мало не показалось, отличную работу гладкого ствола дополнили весьма убедительные выстрелы из винчестера.

Гребаный Каларгон! Влипли-таки!

После первого же выстрела мы с Винни упали и вжались в скрипящий дощатый пол, собранный из распущенной вручную доски. Пусть голливудские герои прячутся от выстрелов за стенами таких домиков, здесь дураков нет. Хорошая пуля и не такие лесины прошивает. Лимон, зараза, дались тебе эти терки с соотечественником! Давай теперь, побеседуй с ними о выпускном вечере в своем Бишкеке, вспомни знакомых девчат, вечера в компашке на Иссык-Куле…

— Хитрые, падлы, — прошипел я в сторону вьетнамца.

— Умные, — поправил он.

Где, интересно, они прятались? Из леса прибежали или в дворовом погребе укрылись… Похоже, тяжелая басмаческая жизнь научила Саида отлично маскироваться, если даже Винни их не засек.

Ба-бах! На подавление работают, не дают ответить, на психику давят. Судя по местам, откуда раздавались выстрелы, противников у нас как минимум трое. С трех сторон и работали.

Долго это продолжаться не может. Не та дислокация.

— Лимон где? Чего он ждет? — я спросил сам себя, откуда Винни знать?

Ба-бах!

В ответ следопыт быстро положил хаудах на подоконник и выпалил два раза наугад, для острастки.

Пять секунд тишины… Перегруппировываются?

— Эй, Саид! Что за дела?! — заорал я, предварительно перекатившись к стене. — Так ты встречаешь гостей?!

Ба-бах! Картечины в очередной раз сочно вошли в настоящую стенку, сложенную из картонных коробок с надписью «Мальборо». Не факт, что это Саид и его люди. Контрабанда тут красуется на виду, так что могли и турки объявиться.

Тем временем Винни вытащил тонкий гибкий хлыст с резьбой и прикрутил к нему хромированный и полированный до зеркального состояния диск. Лежа, осторожно приподнял конструкцию к окну, глянул и тут же опустил. Его винтовка лежала рядом, сейчас от такого оружия толку мало.

— Ну? — нетерпеливо спросил я.

— Прячутся.

Двое по фронту с углов, держа дверь и два окна. Гладкий ствол и винчестер. Еще одна винтовка иногда бьет со спины. И не жалко им дорогие сигареты… Дефицит-то какой, адские деньги, настоящее сокровище, как временный еврей говорю!

— Ну что, русаки, все поняли, говорить готовы?! — зычно гаркнул мужской голос.

Наконец-то.

— Так мы и приехали побеседовать, Саид! — быстро ответил я, ползком меняя позицию. Хороший у меня костюм, занозы не лезут.