Нить судьбы - Анна Тарасова

Когда они уезжали с места драки, девушка пристально всматривалась в тот участок оврага, куда понтифик свалил тела адептов, и втайне надеялась, что женщина все-таки окажется жива. Потому что, если нет, то тогда получается, что…

Вдруг в боковое стекло кто-то постучал. Лина испуганно открыла глаза и посмотрела на неожиданного гостя.

У машины стоял полицейский, невысокий, толстенький, но грозно смотрящий на девушку.

Мужчина козырнул ей, еще раз постучал по стеклу и попросил открыть окно.

— У вас проблема?

— Нет, — Лина улыбнулась как можно искренней, — Все хорошо, просто всю ночь ехали, муж устал очень, вот и спит на заднем сидении, а я пока сижу, отдыхаю.

Страж закона пристально посмотрел на разбитую в драке губу девушки, затем на замотанную второпях руку. Лина заметила, куда он смотрит, и попыталась прикрыть окровавленные тряпки.

— А с рукой что?

Девушка про себя выругалась.

— Да я такая неуклюжая, пошла в туалет ночью в лесу, споткнулась и упала, да еще и на ветку сильно напоролась. Но уже все хорошо, не беспокойтесь.

Полицейский недоверчиво покосился на заднее сидение, где спал понтифик, затем перевел взгляд на перевязанное горло девушки, на вторую руку, увидел шрамы клейма.

— А это все тоже от неуклюжести? Если вас бьет муж…

— Нет, нет, что вы, он у меня хороший, — Лина мило улыбнулась полицейскому.

Покопавшись в своей барсетке, тот протянул ей небольшую карточку. Девушка взяла ее в руки и стала разглядывать. Это была визитка центра помощи женщинам, пострадавшим от семейного насилия. Того самого, куда она недавно перечислила все состояние бывшего мужа.

— И все — таки, не выбрасывайте. Может пригодиться.

Лина сжала визитку в руке.

Марк сонно поднялся на заднем сидении.

— Какие-то проблемы, господин полицейский?

Мужчина сердито посмотрел на вампира, отметил его потрепанный вид и процедил:

— Документы на проверку.

Ни «здравствуйте», ни «извините».

Раскланиваться с ублюдками, которые избивают своих женщин, он не намерен. С такими у него разговор короткий — посидит десять суток в обезьяннике, подумает, а там может и за ум возьмется, поймет, что бить жену это не самый лучший способ налаживать семейные отношения. А то сидит, красавец, небось думает, что все девки терпеть будут его выходки, лишь бы он спал с ними! Очевидно же, что между ними произошла ссора и мужчина устроил ей хорошую трепку. Сам-то без всяких синяков и ушибов, целехонек, поганец, только футболка испачкана землей да кровью. Девушка, наверное, пыталась сопротивляться, но куда ей с этим бугаем справиться.

Но без ее официальных обвинений полицейский ничем ей не может помочь.

Марк недоуменно глянул на него, затем на съежившуюся на переднем сидении Лину, и полез в карман джинсов за документами.

Полицейский проверил бумаги, лишний раз открыл и закрыл паспорт.

— Это ваша жена? — грозно спросил он Марка.

Тот удивленно уставился на Лину. У понтифика совершенно вылетело из головы, что среди смертных отношения принято узаконивать документально.

Девушка ответила ему растерянным взглядом. Как еще она должна была представить понтифика смертному служителю закона, Лина не знала и назвала первое, что пришло в голову.

— Да, жена, а что, какие-то проблемы? — Марк протянул руку за документами.

Полицейский подал ему паспорт, но не спешил выпускать его из рук.

— А в паспорте нет упоминаний, что вы женаты.

Лина поспешила вмешаться.

— У нас пока гражданский брак, мы присматриваемся пока только друг к другу, верно, милый? — она с ослепительной улыбкой обратилась к понтифику, показывая бровями, чтобы тот срочно соглашался.

— А, да, действительно, все так, дорогая.

Полицейский еще раз хмуро оглядел странную парочку. Женщина усердно делала вид, что она довольна жизнью, но окровавленное запястье и шрамы на другой руке это отвергали, а мужчина нервно озирался по сторонам и кажется вообще не был в курсе, что у него есть жена.

— Не нравитесь вы мне, уважаемый, — процедил полицейский, — Очень не нравитесь. Пока езжайте, но я вас предупреждаю, номер вашей машины я запомнил и передам данные куда надо. Если вы еще раз поднимите на женщину руку…

Марк оторопело взял у него из рук документы и кивнул в согласии. Страж закона еще раз тому кивнул, козырнул Лине на прощание и медленно с достоинством пошел к своей служебной машине.

Марк несколько секунд смотрел ему вслед, затем повернулся к девушке и спросил:

— Я не понял, это что сейчас такое было?

Они оглядели друг друга с ног до головы и оба прыснули со смеху, выражая в безудержном смехе все напряжение оставленное ночными событиями.

Мила впервые очутилась в такой роскошной квартире.

Два этажа, высокие потолки, на полу дорогой ковер, новейшая бытовая и медиа-техника, на стене в гостиной — большая плазменная панель.

Филипп жил в недавно выстроенном доме на Баррикадной, его квартира находилась на самом последнем этаже и была совмещена с мансардой, что позволило парню сделать лестницу и оборудовать наверху большую спальню. Внизу, на первом этаже квартиры находились кабинет, библиотека, несколько гостевых комнат и небольшая студия.

Единственное, что очень удивило девушку, в его квартире совсем не было кухни. Ни кухни, ни плиты, ни холодильника. И совершенно никаких продуктов питания.

Это было странно. Фил объяснил отсутствие кухни нелюбовью к готовке, но Мила считала, что всегда может возникнуть ситуация, когда нужно приготовить что-то, да даже чай попить.

Разрешив девушке ходить по квартире, где хочет, кроме второго этажа, Филипп отправился спать.

Рассвет был близко.

Он разобрал постель, укрылся одеялом. Сон приближался. Глаза закрывались, дыхание выравнивалось.

Главное теперь, чтобы смертная ничего не натворила, пока он спит. Фил искренне надеялся, что за три часа девушка не устроит мини-апокалипсиса.

Мила же решила по внимательней рассмотреть квартиру, в которую ее привез парень. Можно ведь многое узнать по тому, как он живет, как ведет свой быт.

Что ж, тогда надо начать, наверное, с кабинета.

Конечно, лазить по столам и шкафам, девушка не собиралась, привитое матерью и бабушкой воспитание не позволяло ей без разрешения читать чужие документы, но любопытство, немного поборовшись с воспитанием, разрешило ей поворошить бумаги на столе. К слову сказать, очень странные бумаги. Пара приказов о передаче какому-то палачу трех людей с указанием их вины и предполагаемого наказания. Палач? Наказание? Затем Миле попалась на глаза служебная записка и.о. префекта Центральной директории Лайонелла с просьбой о размещении на доверенной ему территории специального боевого подразделения. Еще какие-то материалы, список со странным названием «менталы», кстати, там фигурировало имя недавно встреченной ею у бабушки соседки Ветровой Алины.