Техасская звезда - Элейн Барбьери

Дерек подавил желание возразить Джеку. Он, конечно, тоже был не прочь позабавиться с молодой вдовой, но у Джека, по-видимому, были какие-то особые планы, и Дерек решил не мешать ему.

– Внимательно следи за окрестностями, – продолжал отдавать распоряжения Джек, не замечая, что это раздражает Дерека. – Я не хочу, чтобы кто-нибудь неожиданно появился в усадьбе.

Дерек выдавил улыбку. В конце концов, дни Джека были сочтены. Пусть покуражится.

– Вдова держит под рукой дробовик, – предупредил Дерек, – поэтому будь осторожен.

– Я знаю. Меня этим не испугаешь, – заявил Джек.

Дерек кивнул. Он не хотел, чтобы с Джеком раньше времени что-нибудь случилось. Ему нравился план Селесты, несмотря на то что сначала он возражал против него. Устранив вдову, Кэла Стара и Джека, они заживут в свое удовольствие, как это было прежде. А через несколько месяцев Селеста позаботится о том, чтобы ее муж скоропостижно скончался. Дерек подумывал о том, чтобы отправиться вслед за ней в Новый Орлеан, когда она овдовеет. Вряд ли он сможет найти замену такой пылкой, неистовой в страсти любовнице.

Спрятавшись в зарослях кустарника, Дерек следил за тем, как Джек спустился с пригорка и направил свою лошадь к дому вдовы. Не доезжая до усадьбы, он спешился и проделал оставшийся путь пешком, чтобы не вспугнуть свою жертву.

Остановившись у кухонной полки, Пруденс взглянула на стоявшие в ряд жестяные коробки, в которых хранились съестные припасы. На них виднелись вмятины. Неизвестный налетчик, устроивший погром в ее доме несколько недель назад, повредил их. Тем не менее Пруденс не стала выбрасывать эти емкости и вновь засыпала в них муку, сахарный песок и другие продукты. Пруденс внушала себе, что обрушившиеся в последнее время на ее голову беды только дисциплинировали ее и сделали более собранной. Тем не менее, шаря глазами по жестяным коробкам, она никак не могла вспомнить, зачем подошла к полке и что ей нужно было взять.

Сегодня утром Пруденс была особенно рассеянной. Признавшись себе в этом, она почувствовала, как к ее горлу подкатил комок и глаза наполнились слезами. О Боже, зачем она обманывает себя! Пруденс прекрасно знала, почему у нее плохое настроение и все валится из рук. Она никогда прежде не думала, что так трудно сдержать признания в любви. Слова «Я люблю тебя!» несколько раз чуть не вырвались у нее сегодня ночью, когда она лежала в объятиях Кэла. Ей очень хотелось наконец-то произнести их, но она понимала, что этого не следует делать.

В глазах Кэла тоже светилась любовь, в его голосе слышалась нежность. Судя по его взглядам и прикосновениям, он испытывал к ней глубокие искренние чувства. Да, Кэл хотел ее, но его притягивало к ней нечто большее, нежели физическое влечение. Пруденс не сомневалась в этом. Но Кэл не делал ей признаний в любви, несмотря на то что она ждала, когда он произнесет эти самые важные слова.

Пруденс тяжело вздохнула. Ее давно мучил вопрос: почему Кэл молчит о своих чувствах? И ответ, который она на него давала, был неутешителен. Кэл никогда не обманывал ее. При первой же встрече он сказал, что приехал в Лоуэлл, чтобы примириться со своим прошлым. То, что он сейчас жил и работал на ранчо «Скалистый Запад», было временным явлением. Кэл говорил, что она достойна любви и что он хотел бы быть тем мужчиной, который будет любить ее. Но их отношения были слишком зыбкими, слишком временными. Впереди их ждало неизбежное расставание. Пруденс пыталась смириться с этим, принять предложенные Кэлом условия игры. Потому что у нее не было другого выхода. Она любила Кэла…

Для Пруденс так и осталось загадкой то, каким образом первоначальная вражда между ними вдруг превратилась в любовь. Но охватившее их чувство было взаимным. Пруденс не сомневалась в этом.

Услышав шорох за своей спиной, Пруденс вышла из задумчивости. Она хотела обернуться, но тут чья-то шершавая ладонь грубо зажала ей рот. Пруденс попыталась вырваться, однако проникший в ее дом злоумышленник крепко прижал ее к себе. В ее ноздри ударил сильный запах пота и давно немытого тела.

– Рад видеть вас, госпожа начальница, – услышала она хорошо знакомый ненавистный ей голос, – я пришел взыскать с вас должок.

Это был Джек Грейт! Пруденс оцепенела… Взяв себя в руки, она бросила взгляд на дверь, ведущую в гостиную. Джек ухмыльнулся.

– Вам не следовало оставлять дробовик в другой комнате, – заявил он. – Разве ваш дружок не говорил вам, чтобы вы держали оружие под рукой, когда остаетесь одна?

Пруденс начала вырываться что было сил, но Джек только расхохотался. На мгновение Пруденс освободилась, но он тут же снова схватил ее, продолжая громко смеяться. Он играл с нею, как кошка с мышкой, наслаждаясь ее испугом. Пруденс знала это, но не могла остановиться. Она брыкалась и пыталась укусить негодяя, доставляя ему тем самым удовольствие своей бессильной злобой.

Почувствовав через некоторое время, что Джек ослабил хватку, Пруденс вывернулась и бросилась к входной двери. Однако он поймал ее, схватив за косу, и снова втащил в дом. Закричав от боли и страха, Пруденс обернулась и изо всех сил ударила его кулаком в лицо. Глаза Джека налились кровью от бешенства. Размахнувшись, он нанес ей удар в челюсть, и Пруденс потеряла сознание.

Ее обморок длился не больше минуты. Очнувшись, она почувствовала, что Джек тащит ее по полу в спальню. Пруденс с трудом соображала, что происходит, у нее сильно кружилась голова. Когда они оказались в комнате, Джек, громко сопя, поднял ее с пола и бросил на постель.

Упав на спину, Пруденс собрала в кулак все свои силы и вскочила на ноги с другой стороны кровати. Джек снова пришел в бешенство.

– Прекрати сопротивляться, черт бы тебя побрал! – взревел он. – Я не собираюсь бегать за тобой и терять впустую время!

Не замечая, что по ее щекам ручьем текут слезы, Пруденс бросилась к двери, но Джек поймал ее. Она услышала треск ткани. Джек разорвал ее платье сзади, и по обнаженной спине Пруденс пробежал холодок. Она начала отчаянно сопротивляться, но ему удалось повернуть ее лицом к себе, и он впился в ее губы.

Тошнота подкатила к горлу Пруденс, когда она почувствовала зловонный привкус его слюны. Язык Джека глубоко проник в ее рот. Она снова вырвалась из его рук, но он тут же вцепился в ее плечо. Пруденс хотела отпихнуть его, но Джек неожиданно ударил ее в висок, и она рухнула на пол.

– Упрямая ведьма! Я покажу тебе, кто здесь босс! – заорал он и начал избивать ее ногами.

У Пруденс мутилось Сознание. На мгновение она открыла глаза и сквозь пелену увидела склонившегося над ней Джека. Рванув платье на груди своей жертвы, он обнажил ее грудь.

– Черт побери! – воскликнул Джек, придя в возбуждение от соблазнительного зрелища. – Так вот, значит, что ты прятала под вдовьим нарядом!