Почта Приграничья (СИ) - Емельянов Антон Дмитриевич

- Не торопись, - кивнул ему Олег, - раз уж мы вернулись, я как раз хотел вам рассказать о том, что заметил в той ловушке у болота.

И почтарь в двух словах поведал о своих открытиях – о том, что использовались его ингредиенты и что с похищением почти наверняка связан сотник.

- Не поверят, - яростно тряхнул головой Твердята, даже отложив в сторону ставшую плоской и какой-то немного жалкой лодку. – Даже с твоей репутацией одного рассказа будет мало, чтобы тебе позволили ударить в колокол. А без этого сотник даже отвечать ничего не будет на твои обвинения.

- Почему же, ответит. Попытавшись убить меня, - усмехнулся в ответ Олег, а потом резко уставился прямо в глаза Твердяте. – А ты? Ты веришь мне без доказательств? Готов встать справа от меня?

- Готов, - удивив даже самого себя, резко выпалил чернобородый почтарь. Правда, уже через мгновение он смутился, задумавшись, к чему могут привести такие обещания, но Олег уже услышал то, что хотел.

- Я все понимаю, - он еле слышно усмехнулся, - но все равно рад, что хотя бы в глубине души ты веришь в то, что правда за нами.

- Может быть, толстого Яна поспрашиваем? – Твердята попробовал перевести тему разговора. – Если он передавал все князю, то наверняка найдутся бумаги…

- Которые те, кто не хочет верить, все равно проигнорирует, - покачал головой Олег. – А вот Юрий, наоборот, будет рад нашему появлению и тому, что можно будет избавиться от возможной головной боли. Ну или будет рад, когда колдун переберётся снова на этот берег и доложит, кто похитил его приманку. В общем, наш единственный верный шанс вывести его на чистую воду – это добраться до водяного.

- Тогда вперед? – Настя тряхнула своей длинной косой. Несмотря на бессонную ночь, спать девочке совсем не хотелось.

- Да, только одно дело еще осталось, - Олег придержал маленькую ведунью и повернулся к Твердяте. – Брат-почтарь, хотел сказать, что если бы не твоялодка, то, возможно, сегодня утром ни один из нас не вернулся бы с того берега. Так что в знак благодарности я откажусь от своей доли награды, что посулит нам водяной – мне хватит лишь его ответов на мои вопросы – и Настя от своей тоже откажется. Так что начинай думать, что попросишь от болотного владыки за спасение сына.

Девочка тут же посмотрела на Твердяту и успела заметить, как тот нервно выдохнул, видимо, осознав, что награда за целого водяненыша будет выше, чем за треть. С одной стороны, Малова оценила поступок своего спутника – Твердята на самом деле им всем помог… Олег, впрочем, тоже, но он сам решил, что ему не нужна дополнительная награда. А она сама? Да, какое-то время от нее не было никакой пользы – но кто выходил того же мелкого в лодке, когда он чуть не помер с голоду? Разве это справедливо? Почему ее опять не спросили?

Настя уже невольно начала надувать губы, как Олег наклонился к ней и быстро прошептал на ухо:

- Ты тоже молодец, так что за пролитую ради общего дела кровь прощаю тебе тот золотой, что ты мне была должна.

- Но… - немного растерялась Настя, даже не придумав, что можно возразить в такой ситуации.

- И, кстати, теперь можешь всем говорить, что за твою кровь готовы платить золотом. Будет чистая правда, - почтарь хохотнул, а девочка поняла, что тоже невольно расплывается в глупой улыбке.

Глава 34. Трое и ведьма

Первая задача любой нечисти – заставить тебя поверить в то, чего нет. Пусть в мелочь, но и ее слуги Нави смогут использовать, чтобы завести жертву в ловушку.

Книга почтарей

Небо на востоке озарилось легким розовым светом – наступало утро, оставляя позади ночные страхи и опасные приключения на навьем берегу. Тихо плескалась вода, звенели рассветные комары, а березовая листва еле слышно шелестела на легком ветру. Звуки природы убаюкивали, но Настя отчаянно сопротивлялась желанию лечь прямо тут, в эту манящую мягкую траву... И плевать на рубашку, она все равно уже испачкалась, когда они втроем скакали по навьим лесам и болотам. Но приключение еще не закончилось, впереди путь к водяному и интересный разговор...

Олег с едва заметной улыбкой посмотрел на маленькую ведунью, как она с силой таращит слипающиеся глаза и неуверенно переступает с ноги на ногу, а потом повернулся к Твердяте:

- А не сообразить ли нам, брат-почтарь, чаю на дорожку? Думаю, пару минут на небольшой перерыв мы можем себе позволить.

Чернобородый кивнул с довольной улыбкой и полез в свой рюкзак. Заметив, как осоловевшая девочка с интересом наблюдает за ним, он подмигнул ей, а потом достал какой-то вытянутый сосуд с кожаной лямкой. Ловко скрутил пробку, перевернул ее, превратив в чашку, и плеснул туда темноватой жидкости. Поднялся пар, и по берегу поплыл легкий травяной запах.

- Держите, Анастасия, - Твердята на этот раз без какой-либо иронии назвал девочку по имени и протянул ей чашку с дымящимся варевом. - Это чай с мелиссой и лимонником. Мой особый рецепт. Бодрит почище утренних петухов.

Ведунья благодарно кивнула чернобородому и аккуратно, чтобы не обжечься, приняла из его рук напиток. Еще сильнее запахло травами, и Настя даже прикрыла глаза, вдыхая этот аромат. А ведь не обманул Твердята – чай уже начал бодрить, хотя девочка его даже еще не отхлебнула. Сделав маленький глоток, Настя почувствовала прилив сил. Спать по-прежнему хотелось, но голова при этом прояснилась, в глазах перестали мельтешить какие-то точки и исчезла противная заторможенность. Допивая чай от чернобородого, девочка вспомнила, где она раньше видела подобные сосуды с крышками-чашками. Среди бояр подобные не были в ходу, а вот дружинники частенько носили их с собой в походы. Особая конструкция и хитрые наборы северных рун позволяли сохранять напитки горячими вплоть до недели и больше (в зависимости от того, у кого руны и их комбинация оказались удачнее), а назывались такие штуки на греческий манер «термосами».

- Спасибо, - произнесла Настя нарочито бодрым голосом, чтобы почтари не подумали, будто эффект чая не сработал, и протянула пустую чашку Твердяте.

Чернобородый довольно крякнул, налил себе, выпил одним мощным глотком, а потом уступил очередь Олегу. Девочка наблюдала за ними с интересом и одновременно с легкой брезгливостью – ни один, ни второй не протерли чашку, даже не сполоснули после нее и после себя. Разве так можно? Видимо, эти размышления очень четко прочитывались на ее лице, потому что Олег повернулся к ней и сказал:

- В опасных походах почтари делятся друг с другом, это один из принципов взаимоуважения. Недаром же мы говорим «брат-почтарь», это не пустые слова.

Настя кивнула, а потом, поежившись на утреннем холодке, глубоко вдохнула речной воздух, наполняя легкие свежестью. Теперь она была полностью готова к новому путешествию.

- Судя по рассказам тех, кто блуждал по лесу, нам нужно идти к Оковицам, а затем повернуть на запад, - деловито предложила девочка, спеша закрыть такую неудобную тему взаимоисключающих друг друга, как оказалось, уважения и гигиены. - Болото ведь там, правильно?

- Так-то оно так, - пожал плечами почтарь. - Заблудившиеся действительно бродили по одной и той же топи, вот только водяного мы там не найдем.

- Почему? - искренне удивилась Настя. - Он же не зря выводил всех этих пострадавших потеряшек туда! И еще леший... Помнишь, о чем лысый грибник Тишило рассказывал? Его в том же месте крутило, хоть он и видел все ловушки нечисти.

До этого Насте казалось, что все просто – водяной заставлял деревенских плутать в окрестностях своего болота, и теперь им нужно пойти туда с мерно посапывающим детенышем, встретиться с хозяином топей и поговорить с ним. А зеленый хвостатик будет их пропуском. Или она что-то пропустила?

- Болот в окрестностях Оковиц много, - сказал Твердята. - Есть огромные, конца и края не видно, есть совсем маленькие, что особо и не заметны. И водяной может жить в каждом из них. А в каком конкретно – мы не знаем. То, что на кого-то нападали в конкретном месте, значит только что где-то рядом подводный владыка отстроил казармы. Ну, и что его личного дома там точно нет. И больше ничего.