Ученик убийцы - C. Во

Арона бросило в жар. Выходит, он скулил в присутствии наставника — словно какой-нибудь слюнявый младенец. Однако даже сейчас Арон не мог остановить слез. Мальчику казалось, что ему в сердце воткнули нож и медленно поворачивали его из стороны в сторону.

Ох, уж лучше бы сразу убили!

Все это время Стормбрейкер сохранял молчание. Он не смеялся над слезами Арона и не ударил его, как сделали бы братья, но продолжал прижимать ладонь ко лбу мальчика.

— Не верь тем, кто говорит, что время лечит, — тихо сказал Старший Мастер. — Ты никогда не забудешь то, что у тебя отняли, и боль потери с годами не станет меньше…

Продолжая всхлипывать, Арон судорожно вдохнул воздух. Что ж, Стормбрейкер хотя бы не скрывает суровой правды! Только как выносить эту муку — час за часом, ночь за ночью? Как жить, когда ушли все, кого ты знал и любил? Как спать в мягкой постели рядом с жарким камином, зная, что кости родных разбросаны на поляне в лесу?

— Я уверен, что ты найдешь в жизни новый смысл и научишься справляться с болью. — Утешающий голос Старшего Мастера бальзамом проливался в израненную душу Арона. — Боль станет частью тебя, как шрам на коже, и через некоторое время этот шрам уже не будет кровоточить от каждого прикосновения.

Наконец мальчик успокоился настолько, что смог посмотреть в глаза сидящему на краю постели наставнику. Стормбрейкер убрал руку со лба Арона и положил ее на колени, и в этот момент в уголках его глаз что-то сверкнуло. Спиралевидные бенедеты на щеках мужчины тоже загадочно блеснули в неярком свете развешанных на стенах свечей.

Неужели Стормбрейкер плакал?

Мужчина посмотрел на Арона в упор, словно отвечая на его немой вопрос.

— Если бы я мог спасти их, я бы так и сделал…

В первый момент Арону показалось, что Стормбрейкер говорит о его родных. Мальчик хорошо помнил, как в день Жатвы Старший Мастер спорил с Виндблоуном, как разговаривал с отцом и как потом отец бросился в дом — чтобы поскорее увести семейство с фермы.

Арон сглотнул, откашлялся и с усилием произнес:

— Вы пытались, я знаю…

— К сожалению, попытки ничего не значат, когда потеря настолько велика, — горько усмехнулся Стормбрейкер и отвел глаза.

Арон хотел сказать еще что-нибудь утешающее, но вовремя прикусил язык. Что, если Старший Мастер имеет в виду какую-то другую трагедию?

У него, как выяснилось, есть сестра… Но Камень не мог забрать двоих детей из одной семьи! Как же тогда они попали в Триун?

Мальчику очень хотелось получить ответ на свои вопросы — ведь это помогло бы ему лучше понять Стормбрейкера! — но он боялся рассердить наставника своим любопытством.

Арон прикусил губу и тоже отвернулся к камину.

Интересно, уменьшится ли боль, если смотреть на огонь долго-долго?

Скоро мальчик и правда перестал всхлипывать и дрожать.

— А на будущее запомни — я тебе не родная мать! — сказал вдруг Стормбрейкер, не отрывая взгляда от огня. — В следующий раз, когда соберешься терять сознание, предупреди заранее — вместо того чтобы мешком валиться на землю и разбивать свою глупую голову.

Резкие слова заставили Арона вздрогнуть; однако, кроме злости, в голосе Старшего Мастера явственно прозвучало беспокойство. Точно с такой же интонацией отчитывали мальчика отец и повзрослевший за время военной службы Сет.

— Брат Камня, который не может контролировать реакции собственного тела — опасность для всей Гильдии. У нас тут нет нянек, и вытирать тебе сопли никто не собирается!

— Да, Старший Мастер. Впредь я буду осторожнее, — смущенно проговорил мальчик.

— Я уже говорил, что самое главное в жизни — сделать правильный выбор. В конце концов, каждый из нас — лишь сумма выборов и решений. — Стормбрейкер продолжал в упор смотреть на пламя, и сейчас его голос звучал гораздо спокойнее. — Скажи, Арон… Что с тобой случилось у реки? Произошло что-то необычное, правда? Ты словно внезапно лишился остатков энергии…

Арон задумался. Он и сам не мог понять, что с ним стряслось. Неужели на него так сильно повлияло зрелище окруженной мрачными тенями Обители Терпения? А те странные существа у Часовни… Не могли же они быть настоящими?

Нет, нет. Все дело в усталости — именно она заставила его вообразить всякие кошмары.

Усталость, голод, жажда.

И страх.

Мальчик резко сел на постели и опустил голову.

— Меня всего лишь напугала Обитель Терпения. И Часовня Матери… Мне вдруг показалось, что там, за каменными стенами, была богиня — или бог. А может быть, оба сразу…

— Вот позавидовали бы тебе те, кто поклоняется Матери! — фыркнул Стормбрейкер, и саркастические нотки в его голосе напомнили мальчику лорда Болдрика. — В том, чтобы видеть богов, нет ничего позорного. Это хороший знак.

Арон сомневался в том, что его видение можно считать хорошим знаком, однако возражать не стал. Ему было так стыдно за собственную слабость и непредусмотрительность! Выбравшись из-под одеяла, мальчик скользнул мимо Стормбрейкера и встал у единственного в комнате окна. Арон знал, что на нем нет никакой одежды, но это его вовсе не беспокоило — ведь в комнате было очень тепло.

В лунном свете Арон хорошо видел каменную стену «крепости-внутри-крепости», а позади нее — часть фруктового сада. Однако как мальчик ни напрягал глаза, он не мог рассмотреть за деревьями ни Часовни, ни окруженной тенями Обители Терпения.

— Мы сейчас в западной башне Дома Старших Мастеров, — сказал Стормбрейкер, подходя к окну и на ходу поправляя свой длинный серый плащ. — Часовня находится на востоке. Дари может видеть ее из своей комнаты в восточной башне. Кстати, ее дверь напротив твоей — нужно только пройти через коридор.

Арон попытался представить расположение разных зданий в Триуне и с удивлением понял, что объяснения Стормбрейкера прочно засели в голове. Как ни странно, он запомнил большинство мест, мимо которых они проходили.

Дом Осужденных, главные ворота и Сторожевая башня должны быть к югу от нас. Кузница, Обитель Терпения и Часовня — к юго-востоку. А на севере… На севере находится задняя стена Триуна! Она смотрит прямо на Кан-Роуэн, отделенный от крепости многими, многими лигами.

— Теперь, когда Виндблоун стал Седьмым Старшим Мастером, Зед тоже переберется сюда и займет вместе с тобой эту комнату, — сказал Стормбрейкер, положив руку на подоконник. — Вы с ним оба новенькие и будете помогать друг другу. Легкой жизни не жди — ведь придется много тренироваться, чтобы догнать остальных! — Старший Мастер помолчал немного и озабоченно проговорил: — Надеюсь, причиной твоих видений и обморока не является какая-нибудь неизвестная заразная болезнь.