Тупиковая ветвь (СИ) - Тишуков Сергей

— Командир, в капсуле Лика Самонова. Та самая, — шепнул Обморок, нервно водя стволом автомата из стороны в сторону.

— Я табличку на панели уже прочитал, — отмахнулся сержант, наблюдая за парнем с пультом.

Лежащую под прозрачным куполом девушку узнать было трудно. Налысо остриженная голова, небрежно прикрытая салфеткой, из-под которой выходили четыре провода, кислородная маска и капельница, вставленная непосредственно в сонную артерию. А вот парня Шрам признал сразу. Как ни как, три дня ехали в одном обозе.

— Что-то мне подсказывает, тебя зовут Михаил, — спросил сержант, не торопясь делать выводы.

— Да. Я её брат.

— Неожиданно. Думал от тебя избавились, как от нежелательного свидетеля.

— Вы ничего не понимаете! — срываясь на фальцет, заявил парень.

Для заочно похороненного, он выглядел слишком живым и импульсивным.

— Хочешь сказать, что твоя сестра добровольно согласилась на этот эксперимент с искусственным оплодотворением?

— Это наилучший выход из создавшейся ситуации! Дочь Лики будет совершенством эволюции и даст старт новому человеческому виду!

— Я уже слышал эту песню. Повторяю вопрос: она добровольно согласилась на эксперимент?

— Родители были против, но Кондратий Егорович их убедил. Они сейчас живут неподалёку, в коммуне «Последнего завета». Ждут рождения внучки. Недавно с ними виделся.

— Кондратий Егорович, говоришь, — задумчиво протянул Шрам, — Значит я оказался прав. Мирский только погоняло чернокнижника. А ты в курсе, что чёрный маг Епифанцев, которого ты восторженно называешь Кондратием Егоровичем, убил твоих… ваших родителей, стерев им память и все шесть органов чувств? Те, с кем ты встречался, только оболочка, зачарованная колдовством. В просторечии это называют зомбированием. Мне жаль разрушать твою иллюзию, но они никогда не увидят внучки.

— Но они живы! — завизжал парень, отбросив пульт и стараясь зажать ладонями уши, — Живы!

— Их дух порабощён заклятием подчинения. Полагаю, это произошло сразу же, как только ты согласился подставить сестру. Епифанцев превратил, лишённые разума тела, в марионеток, послушно выполняющих его волю. А теперь, после гибели самого колдуна, они лишатся и этой способности.

— Это ты их убил! — прорычал Михаил, сбавляя тембр голоса и переходя от истерики к угрозам, — Зачем ты приехал? Зачем вмешиваешься в чужие дела? Хочешь получить свои пять минут славы? Тупым солдафонам не остановить научный прогресс!

— Фанатик, — констатировал Обморок.

— Согласен, — подтвердил сержант, — Это область психиатрии и лучше обратиться к Аркадию Борисовичу.

— Может лучше пристрелить?

— Я, смотрю, тебе понравился этот процесс, — укоризненно покачал головой Шрам, — Хочешь в киллера переквалифицироваться? Тем более, что две вакансии уже освободились. То без меня. Это не наш метод и пока я командир, никого убивать из личной неприязни не будем.

— Он же сестру убил! — напомнил Обморок, — Сами говорили, что Лика умрёт при рождении монстра!

— Тем не менее, — сержант перевёл флажок предохранителя в крайне верхнее положение, — Наша миссия окончена. Остальные грехи пусть берут на себя другие. Четвёртый! Свяжись с Беней… с Вениамином Дмитриевичем и обрадуй, что задание выполнено. Пусть готовит всю сумму наличными.

— Вы просто наёмники, — презрительно бросил Михаил и скривил такую брезгливую гримасу, будто пробовался на роль великого блюстителя нравственности.

— А ты, малолетний дебил, — равнодушно ответил Шрам, направляясь к выходу из лаборатории, — Обморок, свяжи этого форшмачника. Амба, встречай. Сейчас открою дверь изнутри.

— Первый! — раздался встревоженный голос Ангела, — Наблюдаю неопознанный летающий объект. Движется с юго-востока. Дрон, охраняющий периметр, передаёт картинку, но она нечёткая.

Шрам, успевший выйти на частично развороченное взрывом крыльцо, достал бинокль и посмотрел в указанном направлении. Небо, затянутое серой туманной хмарью, радовало только одним обстоятельством: при такой видимости враг наверняка предпочёл бы скрыть своё присутствие в облаках и лететь по приборам. Если не таится, то можно рассчитывать на благоприятный исход.

— Подробности, четвёртый! — запросил командир, прикидывая принадлежность летательного аппарата, — Вертолёт? Штурмовик? На что похоже?

— Я же говорю: картинка размытая! Направлять дрон навстречу не вижу смысла. «Птичка» не имеет вооружения, а через пять минут объект сам приблизится. Разрешите, поднять БПЛА!?

— Как ты его запустишь? Вручную? Тубус на «Урале» пуст.

— Могу активировать систему на земле, а Дыркун даст волшебного пендаля. Говорит, что знает это заклинание.

— Отставить! — приказал командир, — Самоподрыва нам не хватает для полного счастья. Ждём!

Следующие минуты показались сержанту невыносимо долгими. Он перегруппировал бойцов. Заставил отогнать броневик к подножию холма, отправил Бирюка и Мачо к входу в туннель. Если приближающийся объект оснащён ракетами или пулемётными системами, то огонь откроется непосредственно по зданию. Никто не станет выискивать одиночную цель на периферии ранчо.

Сам спустился к сторожке, где, привалившись к стене, ждал обещанную карету «скорой помощи» Рохля. Зомби оказался не просто жив, но и, увидев командира, сумел выдавить некое подобие улыбки. Шраму такое проявление чувств показалось совершенно неестественным, но довольно обнадёживающим знаком.

— Объект можно идентифицировать? — не выдержав ожидания, спросил сержант.

— Секунду!

Анжелика замолчала. Через мгновение послышалось краткое, но ёмкое ругательство.

— Ничего подобного не видела. Пепелац какой-то.

— Не неси пургу, Ангел! — разъярился Шрам, — Крылья есть? Каков размах? Или несущий винт? На чём основан аппарат?

— Ущипните меня кто-нибудь!

— Четвёртый! Возьми себя в руки! До тебя шестьсот метров! Как я тебя ущипну?

— Командир! Это ступа…

— Первый! Это второй! В экзо добегу за двадцать секунд!

— Отставить, второй! Четвёртый! В ступе Баба Яга?

— Командир! Я не сошла с ума! Разобрать пока сложно, но кто-то женского пола точно. В косынке. И это… помелой… помелом… как правильно… Метлой машет.

— Отбой тревоги! Это свои. Зинаида Матвеевна пожаловала.

ЭПИЛОГ

— Я нашёл его, — неожиданно сказал Григорий Лукьянович, с сожалением отодвигая миску с недоеденным рагу и поглаживая, отчётливо выпирающее под рубашкой, брюшко.

— Кого нашёл? — равнодушно спросил Денис, поддевая на вилку солёный груздь, шляпка которого напоминала сомбреро попавшего под дождь мексиканского мариачи.

— Данилу Выживальщика, лучшего проводника к западу от Москвы, — продолжая блаженно щурится, изрёк Малюта, подражая пафосной дикции телеведущих.

— И что?

— И всё! Не люблю оставлять дела незавершёнными.

— Ну, поздравляю! Значит, вернул Василию Ивановичу пропавшее дитятко, — отрешённо отреагировал Денис, разливая по рюмкам остатки смородиновой наливки.

Внешне казалось, что именно праздничный ужин, организованный по поводу встречи друзей супругой Малюты, занимает его больше всего.

— Говоря точно, Данила, скорее крестник Лешего. Это, если ты намекаешь на очерёдность престолонаследия в роду.

— Ни на что я не намекаю, — фыркнул сержант, поднимая рюмку, — Давай ещё раз за встречу! Пока дамы пудрят носики.

Безопасник охотно согласился, но потом продолжил, словно зациклившись на Выживальщике.

— Оказывается у него есть дочь. Прикинь. Два с половиной годика, а смышлёная, будто готовится выступать в программе «Умники и умницы». Помнишь, ту девчонку-контейнер, что пропала в Марьинке? Жанну.

— Жанну мы выкопали для экспертизы из могилы. А пропавшую звали Дана.

— А-а-а! Вот ты и попался! — радостно закричал Малюта, хлопая себя по животу, — Нечего мне тут делать вид, что их судьба тебя никогда не волновала!

— У меня просто память хорошая, — улыбнувшись, признался Денис, — Думаешь, что девчушка плод того эксперимента? Доказательства есть?