Академия водного пламени (СИ) - Юлия Зимина

54. Я этого не позволю

54. Я этого не позволю

Кенар

После завершения лекции я открыл портал, по протянувшейся между мной и Кэрин ниточке, отслеживая ее. И каково же было мое удивление, когда я вышел не возле аудитории, а совершенно в другом месте, чуть поодаль кабинета ректора Лейрота. Капелька шла неспешно, о чем-то усиленно думая. Внешне она была спокойна, но меня сильно беспокоили ее эмоции, которые были похожи на качели. Столько всего и сразу. Они скакали и менялись, превращаясь в калейдоскоп, что на миг даже стало не по себе. Водница о чем-то переживала и, судя по всему, находилась на распутье.

– Кэрин! – окликнул ее я, взволнованно осматривая девушку. – Ты где была?

– Да я разговаривала, – ответила она, пряча взгляд

– Та-а-ак…

Мне не нравилось выражение ее лица, словно Кэр собиралась с духом, чтобы о чем-то мне рассказать.

– И с кем же? – спросил я, слушая внутреннее чутье, шепчущее, что от сказанного я приду в бешенство.

– С твоей мамой… – тихо ответила девушка.

Буквально за секунду я ощутил, как кровь в венах закипела, превращаясь в бурлящую лаву. В голове пульсировала одна и та же мысль – родительница не могла прийти просто так. Зная ее и все то, на что она способна, ничего хорошего ждать не стоило.

– И что же она тебе сказала, позволь узнать? – сложил я руки на груди, сдерживая рвущуюся наружу ярость.

Я злился. Сильно злился. Ведь понимал, что мама специально пришла именно в такое время, когда меня рядом не было, чтобы я не мог помешать ее гнусным планам.

«Не так быстро, маменька! Привыкли вы вести нечестные игры! Я столько лет наблюдал за вами… меня не провести!»

– Она приходила извиниться… – выдохнула Кэрин, явно чувствуя себя неловко, вот только от чего именно до меня никак не доходило.

– Капелька, – вздохнул я, пытаясь подобрать правильные слова, – мама очень опасная женщина. Святой Улур, прости меня, – вознес я ладони к потолку, – нельзя так говорить о той, кто подарила мне жизнь, но я обязан защитить тебя. Кэрин, она профессиональная интриганка, превосходная манипуляторша и отменная актриса. Я прошу тебя, не говори с ней, не слушай ее и не верь тому, что все же услышишь, – дотронулся до плеч любимой, притягивая ее к себе.

– Она так плакала, Кенар, – шепнула Кэрин, смотря мне в глаза. – Просила прощения… За тебя сильно переживает… Я даже и не знаю, что думать.

– Я могу поверить из всего сказанного лишь в одно, что она переживает обо мне. Да только наши с ней взгляды на жизнь совершенно разные. То, что в ее понимании хорошо, в моем просто недопустимо. Мама уважает силу, власть и тех, чьи карманы набиты до отказа золотыми. Не верь ей, – прижал к себе девушку, боясь за нее. – Она показала свое истинное лицо на том ужине, не могло всё так быстро поменяться.

А про себя еще добавил, далеко не факт, что вообще поменяется.

Я уже смог сделать нужные выводы, что Кэрин выросла в понимании, окутанная заботой, любовью и доверием. Интриги и манипуляции ей не свойственны. Она сторонник всего этого. Моя капелька прямолинейна, не любит ходить вокруг да около. Вот как считает, так и говорит, и я люблю эту часть ее, как и все остальные. Только есть одно но, она легкая добыча для моей матери. Я более чем уверен, что вот таких лживых слез, а они были именно лживыми, водница еще не видела. Не росла она в той черной жиже притворства и лицемерия, в которой вырос я. У меня иммунитет ко всему этому, а вот у Кэрин… У нее его нет… Моя девочка беззащитна перед такими акулами, как моя мать.

– Пообещай мне, что ничего не будешь делать сама, – просил я, обнимая девушку и вдыхая ее такой родной запах. – Не будешь действовать опрометчиво. Я чую, что над нашими головами сгущаются тучи, но вместе мы все вынесем. Просто будь рядом, моя капелька…

Чуть позже, когда удалось оторвать Нерину от Тахира, чтобы оставить свою девушку под присмотром родной сестры и единственного друга, я направился в отчий дом. Не мог пустить все на самотек. Мама должна знать, что меня стоит опасаться, что я не отступлю, и если она попытается причинить вред половине моей души, то пусть попрощается со своим родным сыном. Я не прощу ее… Никогда…

– … поэтому никто ничего не потеряет…

Обрывок фразы коснулся моего слуха, когда я вышел из портала посреди комнаты, где находилась матушка и миссис Меритта Дюбуа.

– Милый! – взволнованно вскочила родительница с софы, нервно расправляя низ платья. – Я так рада тебя видеть…

– Опустим приветствия, – махнул я рукой, кивая только гостье матушки.

Мама недовольно поджала губы, но ничего не сказала, боясь усугубить свое и без того нелегкое положение.

– Как скажешь, – обиженно произнесла родительница.

– Миссис Дюбуа, – улыбнулся я лучезарно женщине, которая глупо захлопала ресницами, – не могли бы вы нас оставить?

– Конечно, дорогой, – она приподняла свои пышные юбки и пошуршала на выход.

– Кенар… – открыла рот матушка.

– Давай без твоих спектаклей, – грубо прервал ее я, чего никогда ранее не случалось. – Я пришел сказать, что если ты не прекратишь, то произойдет непоправимое. Хочу, чтобы ты знала – я люблю Кэрин. Она смысл моей жизни, половина моей души…

– Так я не против… – выпучила глаза матушка.

– Не надо, – скривился я. – Это другим ты можешь внушить все, что пожелаешь. Я знаю тебя как свои пять пальцев. Вижу, что ты не приняла ее. Говори все что хочешь. Я НЕ ВЕРЮ ТЕБЕ! – последнее специально выделил, чтобы кое до кого дошло.

– Сынок… –