Полет тапка над Зулкибаром - Марина Владимировна Добрынина

времени подхихикиваю. И когда это красавица наша успела мага к кровати привязать? И чем она, интересно, его пытала? Возьми меня, Терин, не то так и буду голая перед тобой танцевать? Интересно, не после этого ли эпизода он ко мне плакать прибегал и руку повредил? Вот так, чернокнижник, взрослые игры — они до добра не доводят. Один раз позволил себя привязать, и все, прощай, корона.

Дульсинея косится на меня с подозрением. Я старательно отвожу взгляд.

Терин покровительственно усмехается и идет к плененному нами члену Совета.

— Гамос, — вкрадчиво произносит наш чернокнижник, — не бойтесь нас. Мы вынуждены были связать Вас в основном потому, что сами опасаемся. Мы просто хотим поговорить. Кивните нам, если Вы согласны.

Гамос отрицательно качает головой. Терин злится. Дуся хихикает. Я вздыхаю.

— Отстань, — говорю, — от человека. Дай я сам с ним пообщаюсь.

Терин переводит взгляд на Дусю. Та недоуменно хлопает ресницами, после чего чернокнижник молча отходит в сторону.

— Вот что, друг, — заявляю, присаживаясь на стул рядом с кроватью. — По большому счету мне все равно, согласишься ты с нами общаться или нет. Моя неприязнь к магам известна широко. То, что я сейчас имею дело с этим Эрраде — мера вынужденная. Мы ведь с тобой ровесники. Так?

Маг неуверенно кивает.

— Тогда ты должен меня понять. Мне эти все ваши фокусы, в результате которых ограничивается моя свобода, давно уже надоели. И, если честно, я даже в действенность контракта не верю. Как показала практика, правильно делаю, что не верю, его условия легко можно обойти. Ты в курсе ведь, как это произошло с чернокнижником? Да?

Снова кивает.

— Так вот, Гамос, ты словесник, ты умный, опытный маг, и прекрасно понимаешь, почему мы тебя связали. Так ведь?

Гамос вздыхает и ненадолго прикрывает глаза.

Слышу за плечами сопение.

— А поскольку ситуация у нас сложная, мы никак не можем тебя отпустить. Верно ведь? Ну, прости, что я тебя не освободил, не могу, но я очень хотел бы видеть твою реакцию. Ведь ты понимаешь, почему мы не можем тебя отпустить? Кивни мне.

Волшебник вздыхает. Глаза у него делаются грустные-грустные. Он снова делает вздох и кивает.

— Ты понимаешь. Это славно. Гамос, ты еще не знаешь о том, что на данный момент исчезли уже пять членов Совета. Пять не самых слабых мага, Гамос. Понимаешь, о чем я?

Грустное хлюпанье носом.

— Да, это сделали мы. Дукуса убил я. Я просто снес ему голову мечом. И его голова долго катилась по полу. Такой, знаешь, звук: тук-тук, тук-тук.

Квадратные глаза.

— Мадлону Терин превратил в крысу с совершенно невероятными условиями освобождения. Он послал ее к Мерлину, запретив при этом разговаривать, ты можешь себе это представить?

У парня на глаза наворачиваются слезы.

Где-то за спиной я слышу насмешливое фырканье, но старательно его игнорирую. С этими фыркающими я потом разберусь.

— Так вот, — продолжаю, — а Таурисара Дуся отправила через портал. Ты же знаешь, что она умеет открывать порталы? Что, не знаешь? Ну, она же дочь советника Абрама, посмотри на ее глаза, и артефакт у нее есть. Повелитель порталов. Слышал про такой? Так вот, Таурисара она отправила через портал в какой-то ужасный мир. Она сама боится об этом вспоминать.

Фырканье становится отчетливее. Убью, заразу. Но позже. Вернее, обоих зараз я убью, потому что они по очереди фыркают.

— Я не буду рассказывать тебе подробности того, что стало с еще двумя членами вашей милой компании. Скажу только, что мы вынуждены были это сделать, они на нас напали. Некоторые члены Совета, Гамос, я думаю, ты об этом не знал, решили захватить власть в моем королевстве, да, пожалуй, и во всем мире тоже. Они, все же, пришли к выводу о том, что маги могут править, и хотели в корне поменять мироустройство. Не отдельно взятый маг, вроде нашего Терина, а маги все, вообще. Дуся, что там за шум, иди, проверь! Так вот, Гамос, Тоури пытался меня убить. Меня, наследного принца Зулкибара. Ты думаешь, это правильно?

Взгляд у мага становится каким-то туповатым. Он, по-моему, уже не в состоянии отслеживать, куда это я веду.

— Но, Гамос! — патетически восклицаю я, — разве Совет был создан для этого? Он ведь призван был следить за соблюдением баланса. И он же это правило нарушает.

Глаза волшебника становятся совсем уж непонимающими.

— Гамос, дорогой, — произношу я, старательно придавая голосу всю мягкость, на которую я способен, — проблема в том, что у нас сейчас есть лишь два пути: убить тебя или придумать что-нибудь гораздо худшее, чем смерть. Эти два человека на это способны. Вот, Дульсинея, например, специализируется на пытках магов, привязанных к кровати. Ее в родном мире этому по специальной программе обучали. А про Терина я вообще промолчу, ты и сам знаешь, на что этот зверь способен.

За спиной слышу возмущенное сопение и приглушенное рычание. Сами напросились, вот и получайте, гады, камень, который я держал за пазухой Нечего отвлекать меня посторонними звуками.

— Поэтому и у тебя выбор такой: либо ты помогаешь нам сохранить равновесие, либо мы тебя убиваем. Впрочем, могу предложить и третий вариант — эти два крайне жестоких волшебника, поверь мне Гамос, это так, сами придумывают, что с тобой делать, а это может быть, что угодно. Моей фантазии не хватает. Наша миссия, Гамос, не может обойтись без жертв. Ну что, я снимаю с тебя повязку?

Гамос ошарашено кивает.

Медленно вытаскиваю кляп у него изо рта.

— Я… — говорит Гамос, отплевавшись, — все понял. Не хочу к Мерлину и деву эту в свою кровать не хочу. Что я должен делать?

— Колдовать не будешь? — с угрозой в голосе спрашивает Дуся и демонстративно взмахивает тапком.

— Н-нет, — отвечает пленный маг, косясь на нее с испугом.

Перевожу взгляд на Терина. Тот стоит, уткнувшись лбом в стену, и мелко вздрагивает. Смеется, гад. Ну ладно, я не гордый. Отомщу и забуду.

— Тук-тук! — произносит Дуся, глядя на меня с этаким заговорщицким выражением на лице. — Тук-тук.

Пленник нервно вздрагивает, а чернокнижник издает болезненный стон.

— Терин, — строго говорю я, — объясни Гамосу, что он должен сделать.

Пойти, что ли, еще что-нибудь перекусить?

Дуся

Пока Терин разъяснял этому запуганному мальчику, что от него требуется, я нежненько так взяла Вальдора за локоток, отвела в сторонку и мстительно шлепнула его по уху. На этот раз он не успел уклониться или поймать мою руку. Шлепок был смачный. Вряд ли ему было очень больно, но вот обидно, это уж точно.

— Дуська, ты что