Возвращение эпохи драконов - Юлия Диденко-Абраменко

— Быстро за оружие! — скомандовал Рунокий.

Бегающие до этого солдаты моментально образовали шеренгу и, зарядив луки, дали залп по приближающемуся чудовищу. Дракон не отреагировал на тучу стрел, летящих на него. Все они прошли сквозь тело существа, не причинив вреда, как будто дракон был неуязвим и состоял не из костей и плоти, а из дыма и облаков.

— Не может быть! — проговорил Сурналл, пораженный увиденным.

Ивар, недолго думая, подозвал своего дракона и взмыл в небо, кружа над врагом.

— Остановите его! — крикнул Луриан, обращаясь к Рунокию. — Этого дракона нельзя просто так убить.

— Что за колдовство? — спросил Белолис, отдавая стрелкам команду к готовности.

— Не стоит, — остановил Рунокия Сурналл. — Зря потратите стрелы. Луриан прав, этого дракона не убить оружием.

Рунокий удивленно посмотрел на эльфов, но отменил приказ, наблюдая, как Ивар в небе пытается увести дракона в сторону и атаковать. Охотник петлял, хитрил, но не мог отвлечь дракона. Враг знал, что делает, и не обращал на Индхегга внимания. Подлетев близко к облачному дракону, Индхегг изверг пламя практически на голову врагу, на что дракон покрутил головой и стал увеличиваться в размерах. Вторая попытка тоже не дала результатов. Дракон встретил пламя ледяной водой, которую выпустил из пасти, и потушил огонь, чуть не сбив Ивара с шеи Индхегга.

— Рунокий, это не дракон, — произнес Луриан. — Я читал о таком в древних свитках библиотеки, но никогда не видел. Поэтому не сразу понял, с чем имеем дело. Это шаманство Хан-фу-та, способное оживить все, что существует в этом мире. Его использовали Альтмани многие тысячелетия назад, когда жили на этой территории. Потом, по легенде, они ушли в Северные горы, и больше их никто не видел, — рассказывал Луриан, пригибаясь, когда в очередной раз дракон пролетал низко. — Одного не понимаю, как удалось воссоздать такую силу? Для этого одного волшебника первого ранга будет мало.

Дракон пролетел совсем низко и задел хвостом палатки, оставляя на них пушистое облако тумана. Широко открыв пасть, он окатил стрелков ледяной водой и взмыл в небо.

— И что теперь делать? — спросил Рунокий, сжимая в руке висящий на груди медальон.

— Против волшебства нужно волшебство, — сказал Луриан, отряхивая подол накидки от капель воды.

— Верни брата, — обратился Белолис к сыну и увидел, что враг перешел в наступление. С окраин Дивного леса скакала конница. — Солдаты, приготовились к атаке…

Эльфы отошли к своему отряду, разделяя его на два маленьких и отправляя одну часть в помощь солдатам Белолиса. С возвышенности, на которой они находились, был хороший обзор на равнину и прилегающие к ней леса.

Кивий догнал брата и сказал, что его зовет отец. Они вернулись. Ивар промок до нитки, а прохлада погода заставляла охотника стучать зубами. Рунокий, посматривая в сторону врага, сказал:

— Давайте свои части медальона.

— Отец, — протянул Ивар.

— Я знаю, что это рискованно, но дракона нужно уничтожить. — Рунокий забрал кусочки медальона у сыновей и соединил их на ладони. Засияв ярким светом, все части соединились, образуя большой круглый медальон с изображением дракона с тремя головами. Белолис упал на колени, бледнея от слабости и теряя силы. — Быстрее, уничтожьте этого дракона, а Заммире скажите, что как только конница ворвется в лагерь, нужна будет ее помощь.

Забрав у отца медальон, Ивар вскочил на большого трехглавого дракона и взмыл в небо. Отец провел древний обряд, соединив всех драконов мужского пола в одного. Это мог делать глава семейства, имея при себе все части медальона дракона. Он раскалывался по количеству мужчин рода и хранился у каждого до смерти. Если кто-то умирал, медальон складывали, а затем он опять сам раскалывался на нужные части. Этот древний медальон драконов подарил первому Белолису один из волшебников, связав людей, драконов и медальон в единое целое.

Соединив подарок волшебника, Рунокий отдал свою силу дракону. Теперь в Индхегге находилось еще два дракона и две дополнительные головы для обзора, он стал намного сильнее. Поднявшись в небо, Индхегг, голова которого была посередине, разогнался, направляясь к облачному противнику, который обливал лучников с тыла, мешая стрелять. Белый дракон повернулся и полетел на север, снижая скорость. Индхегг нагнал врага и выпустил струю огненного потока с пеплом. Дракон уклонился и атаковал водой, но огнень был настолько сильным, что белый дракон отступил, улетая в сторону Шандорса.

Индхегг последовал за драконом, который снизил высоту до минимума и касался длинным хвостом земли, вдогонку извергая на врага огонь и пепел. Трехголовый резко поднялся, приближаясь к лучникам противника, которые уже хотели открыть огонь по дракону, и прекратил преследование. Белый дракон сделал круг над своим лагерем и полетел обратно. В это время Индхегг залетел с другой стороны и начал поджигать склады противника. В бок со всего размаха в него ударил облачный дракон. Индхегг потерял равновесие и, выдернувшись, чуть не ударился правой головой о землю. Но, развернувшись, нанес в ответ удар огнем. И поднялся над облаками.

Ивар дрожал от холодного пронизывающего ветра. Он не мог говорить и отдавал приказы трехголовому другу мысленно, куда лететь и когда атаковать, отворачиваясь, чтобы клубы пепла не попали в глаза. Пепел был повсюду, он летал в воздухе и так же, как первый снег, неловко и мягко ложился на землю, окрашивая ее в белый цвет.

Армия Жазама перешла в наступление, получив яростное сопротивление в виде эльфов-лучников. Конница Апинсола приближалась, скоро она окажется на территории обстрела. Вдруг охотник заметил, что в лесу что-то движется. Мелькнула мысль о шандорских солдатах, но, немного спустившись, Ивар увидел стаю херен, направляющихся к лагерю Рунокия. Охотник спустился еще и попытался закричать, но от холода охрип и мог лишь размахивать руками.

Все были заняты приближением врагов, и на Ивара никто не смотрел. Он приказал дракону низко пролететь над лагерем в надежде, что его заметят. Индхегг стал приближаться к земле, но сбоку увидел облачного дракона и резко повернул, поворачиваясь к врагу тремя головами.

Это низкое пикирование заметил Кивий, стоящий у палатки Заммиры. Он внимательно посмотрел на брата, который указывал в лес. Но его отвлекла девушка, которая в это время вышла из палатки и сказала, что готова сражаться.

— Что? — спросила Заммира, увидев удивленное лицо Кивия. Белолис показал в небо, потом повернул голову в сторону, куда указывал брат, и достал меч. Из леса выбегали херены. Толкнув девушку, он прокричал. — Беги, быстро!