Warhammer 40000: Ересь Хоруса. Омнибус. Том I - Дэн Абнетт

Ангрон прищурился, но кулак его, хотя и был все еще занесен для удара, более не дрожал. Кхарн смежил веки. Сейчас он вспоминал блеск сине-белых доспехов Гончих Войны на закате мира червей, вспоминал непрестанное, выматывающее нервы влажное чавканье грязевых океанов, накатывавших во время приливов на каменистый берег материка.

— С нами тогда были и Железные Воины, и Пертурабо, высадившийся вместе с первыми же штурмовыми отрядами сразу после того, как наши разведчики нашли подходящее место — ровную сухую поверхность. Именно Пертурабо придумал возвести укрепления в этих условиях. Если честно, то там и земли-то толком не было, сплошная липкая грязь, пропитанная токсинами. А под ней — затопленные рвы, где легко мог утонуть любой, кто туда угодит.

— И как же вы победили?! — требовательно воскликнул Ангрон. — Как, если там даже стоять было негде?

— Мы вооружили часовых высокомощными лазерными орудиями и установили приборы, позволявшие заранее предугадывать приближение червей. Кроме того, мы вычисляли, где окопались черви, и сбрасывали туда взрывчатку. Пертурабо нет равных в земляных работах. Он проложил траншеи, возвел дамбы и осушил грязевые моря, принуждая червей отступать. Создал твердь, где смогли жить те несчастные люди. И вот тогда твари вышли из болот, чтобы дать нам отпор, и встретились с гневом Императора и Гончих Войны.

— Как понимаю, ты говоришь о своих братьях? — поинтересовался Ангрон.

— Именно, — кивнул Кхарн. — Гончие Войны. Двенадцатый Легион Астартес. Воины, сотворенные по вашему образу и подобию, примарх. Император видел, как мы сражались в ульях Кефика, и дал нам имя в честь белых гончих, которые используются северными воинами Йешка. Мы гордимся этим названием. Гордимся и надеемся, что и вы примете его.

Ангрон зарычал, но прерывать не стал. Кулак разжался.

— С юга строительную площадку Пертурабо прикрывала каменная гряда — самое близкое подобие гор, какое мог предложить тот мир, и единственное место, способное сдерживать потоки жидкой грязи. Как только черви поняли, что наши инженеры необратимо изменяют облик их мира, они начали сползаться к этой гряде, готовясь нанести нам удар. Тварям удалось укрыться под таким слоем грязи, что никакие приборы уже не могли их обнаружить, и незаметно подобраться к нам. — Кхарн говорил все быстрее, всецело отдавшись на волю воспоминаний о резком, едком запахе отравленной земли и об испуганных криках артиллеристов, под ногами которых вспучился грязевой океан.

Ангрон отступил назад, склонив голову и внимательно вглядываясь в собеседника.

— Впервые черви набросились на нас такой волной, — продолжал Кхарн. — До того они изредка атаковали границы строительной площадки и нападали на бригады рабочих, трудившихся на насосах и землечерпалках. Прошло уже несколько месяцев, а мы все не предпринимали против тварей никаких серьезный действий, но к тому времени Гир и Пертурабо сумели продумать план контратаки, внимательно изучив тактику врага. В тот день заняли позиции на стенах акведука. Он был достроен лишь только наполовину, но уже вздымался к небесам. Затем мы принесли свои клятвы и зарядили болтеры.

— Болтеры?

— Огнестрельное оружие. Очень мощное. Оружие Астартес.

— Ладно, продолжай. Значит, черви подползли к площадке… — Ангрон смотрел куда-то мимо Кхарна, переминаясь с ноги на ногу и подергивая руками. Только теперь Гончий Войны понял, что примарх проигрывает в уме ход того сражения, продумывая идеальное расположение войск и укреплений. — И что, они так и поперли, словно щенки на оленьи рога? Идти в лобовую на оборонительные сооружения — верх глупости. И что же сделали вы?

Кхарн полностью закрыл глаза, чтобы отрешиться от боли в изувеченном теле и выполнить ряд упражнений, помогающих вспомнить события тех дней.

— Первая волна тварей вырвалась из грязи, орудуя зубами и плюясь нитями, — заговорил десантник. — Они мчались к нам, скрываясь за стеной силовых разрядов. Их тела легко скользили сквозь жижу, а воздвигнутое ими энергетическое поле крошило камни. К нам неслась волна измельченных обломков. Мы делали все, чтобы остановить их, — обстреливали из пулеметов, обрушивали на них снаряды и даже забрасывали гранатами. И вот их ряды дрогнули, а нам показалось, что мы сумели разбить их атаку, но выяснилось, что твари только отвлекали нас, стягивая основные силы туда, где наша оборона была не столь прочна. Отступив в одном месте, они перешли в нападение там, где мы были уязвимы. Ксеносы клиньями врезались в наши ряды. Чтобы справиться с ними, нам пришлось выйти на грязь, где мы едва могли передвигаться, благо хоть в этих местах было не слишком глубоко. А черви уже бросили в бой вторую и третью волны, увлекавшие наших бойцов под землю, испепелявших их прямо в доспехах. Мы должны были выманить тварей на твердую почву, где десантники смогли бы маневрировать. К счастью, Пертурабо обустроил множество ловушек в своей земляной крепости. Фальшивые стены, прикрывающие друг друга огневые позиции, простреливаемые берега дренажных каналов.

Ангрон одобрительно кивнул. Его взгляд блуждал во мраке, словно примарх видел перед собой высокие глиняные стены, озаряемые оранжевыми всполохами болтерных выстрелов и синевато-белым заревом от энергетических разрядов, испускаемых червями.

— Чтобы одержать верх, мы должны были пропустить тварей в самое сердце наших укреплений и зажать их. Отражая атаки и в то же время отступая на запасные позиции, войска выманивали червей туда, где их уже ждали мы, готовясь пустить в ход свои топоры. О, как много там было червей, мой примарх! — Кхарн улыбнулся. В свежих ранах запульсировала кровь, когда пробудившаяся память активировала имплантированные в его тело дополнительные железы. — Наши топоры не высыхали целый месяц.

При этих словах Ангрон снова зарычал и его рука описала в воздухе стремительный полукруг, словно он рубил мечом кого-то, кто был много ниже его ростом. Кхарну не пришлось даже задумываться — воинское чутье услужливо отметило положение ног примарха, его баланс, движения рук и плеч, подсказало точку на теле, куда должен был прийтись удар. Не выходя из боевой стойки, Ангрон пронзил собеседника взглядом:

— А Император? Вот ты рассказываешь о войне там, в этой грязи, но ни словом не обмолвился про Императора. Небось очередная высокородная скотина? — Примарх повысил голос, в его словах звучали издевательские, грубые интонации. — Он все это время смеялся над вами? Заставлял проливать кровь за себя? Признайся же, Кхарн!

Одним стремительным, едва заметным движением Ангрон скользнул вперед и рубящим ударом ладони заставил десантника припасть на одно колено.

— Император… — Кхарн не смог сдержать улыбки при этом воспоминании, — Император был подобен золотому урагану, обрушившемуся на Нова Шендак. Черви уже обступили нас со всех сторон, когда он спустился с небес. Казалось, он несет с собой сияние солнца, прежде скрытого от наших глаз завесой мутного тумана. Подобно маяку, озарил он своим светом все наши боевые позиции. Его Кустодес казались живыми знаменами, и солдаты сплотились вокруг них. — Кхарн снова прикрыл глаза, пытаясь подобрать верные слова. — Скажите, повелитель, в вашем мире применялись гранаты? Взрывающийся предмет, достаточно маленький, чтобы умещаться в ладони и чтобы его метать.

— Оружие высоких наездников! — прорычал Ангрон. — Использовать его — недостойно воина горячих песков.

— А теперь, примарх, представьте себе… — Кхарн постарался припомнить ругательство, использованное Ангроном, — …глупого чистокожего, сжавшего взведенную гранату в кулаке и ждущего, пока она не взорвется. Только вообразите, как она оторвет ему запястье, превратит в кровавые ошметки руку, изуродует тело! Так вот, везде, где бы колонны червей ни сталкивались с Императором, именно это с ними и происходило. Он не отбросил их от стен крепости, нет. Не разгромил. Он их попросту уничтожил. Наносил удар за ударом, и даже Пертурабо, явившийся туда перед самым финалом…

— Ты уже не в первый раз упоминаешь это имя. — Ангрон неожиданно оказался за спиной десантника. — Кто он?

— Простите меня, повелитель, это другой примарх. Один из первых, кого удалось найти. Я как раз только-только стал Гончим Войны, когда известие о его обнаружении догнало флот, и я еще плохо понимал, что это значит. До меня дошло только тогда, когда я увидел реакцию Железных Воинов. Даже сама атмосфера на их кораблях изменилась. Мы путешествовали вместе: Гончие Войны, Ультрамарины и Железные Воины. Все завидовали им. Ведь они обрели своего прародителя, своего вождя. И вот теперь мы нашли своего.

— Еще один. Еще один.

Кхарн рискнул поднять взгляд. Ангрон стоял спокойно, прижимая ладони к лицу и скрежеща зубами в попытках сосредоточиться: