Инквизиция: Омнибус - Дэн Абнетт

— Во имя Трона, остановитесь! — Заорал Хорст, поднимая болт-пистолет.

Парочка обернулась, один сразу же укрылся за тележкой, в то время как второй из под плаща достал шоковую булаву и побежал к ним.

— Он мой, — заявила Кейра, шагая по мосту и перенося меч в защитную позицию.

Мужчина за секунду замедлился, затем снова побежал, верно решивший, что его силовое оружие не чета мечу, особенно когда он в руках стройной девушки.

Выстрел пистолета большого калибра эхом отозвался по залу, и почти мгновенно взвизгнул рикошет и посыпались искры с моста, где стояли Хорст и Дрейк. Кажется, все-таки у одного из них было оружие.

Дрейк и Хорст присели и открыли ответный огонь. Пули Дрейка выбивали искры из металлического настила моста. Стрелок спрятался за прочную поклажу на тележке и снова выстрелил, точность не поражала воображение. Он явно не привык к тем, кто может стрелять в ответ, и явно до сих пор полагался на свое оружие скорее, как на фактор устрашения.

— Не могу прицелиться, — проворчал Дрейк, облокотив руку с пистолетом на предплечье другой руки.

— А мне и не нужно, — ответил Хорст, поднимая болт-пистолет и нажимая на спусковой крючок.

Оппонент Кейры несся на нее без всякого изящества, размахивая при этом шоковой булавой, явно намереваясь отбить меч и сразить ее обратным ударом. Она легко уклонилась от взмаха и пнула его в живот. Она могла распотрошить его на месте, но такая грубая атака была не в ее стиле. Отослать еретика на суд было для нее причастием, а его следовало выполнять по возможности чисто и элегантно, к тому же хватало времени, чтобы разделаться с этим в более эстетически приятной манере.

Он должно быть был опытным бойцом, вместо того чтобы согнуться пополам, как ожидала она, он в последнюю секунду отскочил назад, практически избежав удара, и тут же провел подсечку, метя ей в колени. Удивленная Кейра в самую последнюю секунду блокировала удар, срезала навершие шоковой булавы и даже через изолирующие перчатки синтикостюма ощутила разряд конденсаторов. Она споткнулась, мономолекулярное лезвие ее меча оставило уродливую царапину на мосту у ее ног, прежде чем она обрела равновесие. Ее противник падал, его мускулы свело спазмом, приняв на себя весь разряд собственного же оружия. Возможно он умер еще до того, как упал на решетку, но она все равно взмахнула мечом снизу-вверх, и аккуратно отделила его голову от тела. Хорошее, честное убийство во славу Императора.

Пуля из болт-пистолета Хорста ударилась в тележку и взорвалась, превращая начиненную проволоку в поражающие элементы. Стрелок заорал и опрокинулся на спину, и тут же вывалился из-за тележки, где одним выстрелом в голову его обезвредил Дрейк. Практически в этом же мгновение Хорст сделал второй выстрел, болт детонировал о решетку моста, не попав в тело, как как оно дернулось от попадания Дрейка.

Кейра ощутила, как, издав зловещий скрежет, под ногами задрожал ослабленный мост, она развернулась и прыгнула обратно в проход. Как только она оттолкнулась, весь мост обрушился, и на какое-то чудовищное мгновение, ей показалось, что она не долетит, затем рука Хорста сомкнулась на ее руке.

— Стоять, держу тебя, — произнес он, балансируя на самом краю пропасти, пока ее ноги пытались найти опору на металлическом склоне. В следующую секунду Хорст подтянул ее наверх.

Его руки обняли ее, и она инстинктивно прижалась к нему, пока не обрела устойчивость, их сердца бились в унисон.

— Спасибо, — медленно выдохнула она, неохотно вырываясь от случайного объятия. Затем скрежещущий, рвущий звук, словно корабль прочищает горло, вернул ее внимание в настоящее.

Она развернулась и наблюдала с восторженным ужасом как весь мост погружался в пропасть, забирая с собой тележку, ее содержимое и тела воров. Из глубин колоколами зазвучало накладывающееся друг на друга эхо, когда падающее железо отскакивало и рикошетило от неисчислимых препятствий, оно столь эффективно умудрилось заглушить звон финального удара, что она даже не смогла оценить глубину.

После того как лязг достаточно утих, Дрейк заговорил первым.

— Твою ж, — в сердцах произнес он.

— Ага, я тоже так думаю, — ответил Хорст вкладывая болт-пистолет в кобуру, после чего не глядя развернулся.

— Маячок больше не отзывается, — в комм-бусине снова появился Векс, — вы вернули манускрипты?

— Нет, — безжизненно ответила Кейра, — мы потеряли их. Вместе со всем остальным.

Дрейк угрюмо смотрел в пропасть, словно она насмехалась над ними.

— Ну вот что я вам говорил? — с кислой миной произнес он. — Этот корабль проклят.

— Да мне плевать, пусть хоть демоны управляют им, — решительно ответил Хорст, когда повел группу обратно, — нам просто нужно будет вернуть документы.

— Ага, — согласилась Кейра, воодушевленная его решимостью, — и что будем делать?

Хорст пожал плечами:

— Не имею ни малейшего понятия, — признался он.

Глава четвёртая

— Демоны.

Инквизитор Гриннер хмурился все сильнее, погружаясь в отчеты, который достал для него помощник. так что он не заметил, как произнес вслух мысль, и вспышку раздражения, которую обычно чувствовал при проявлении недостатка ментальной дисциплины, считая это невольным выражением своих реакций. Разум Джорджа Гриннера был самым великолепным оружием в арсенале его нескончаемой войны против врагов Императора, и он втихую гордился его остротой. Очень редко он ощущал удивление, а "замешательство" считал чем-то, что могут испытывать только другие люди.

— Милостивый Трон, на что они там наткнулись?

Вежливый стук прервал его размышления, и Гриннер ощутил, что рад этому вторжению. Возможно обсуждение вопросов со своим самым многообещающим учеником поможет ему собраться с мыслями. Он повысил свой голос, чтобы его слова дошли до гостя.

— Питер, входи.

— Инквизитор.

Молодой следователь зашел в личный кабинет инквизитора, явно при этом пытаясь оценить настроение наставника. Он взял на себя труд собрать донесения, которые читал Гриннер, продемонстрировав инициативу, что могло как позитивно, так и негативно повлиять на его будущую карьеру, зависело от конечного результата.

— Надеюсь файлы помогли?

— В какой-то степени, — ответил Гриннер, жестом приглашая своего протеже на один из оббитых стульев, стоящих в комнате.

Однако по своей привычке он остался за столом.

— Я так понимаю, ты читал их сам?

— Так, пробежался, — невозмутимо признался Питер Квиллем, несмотря на такое нарушение протокола, что он просматривал материалы, предназначенные наставнику.

Хотя, судя по тому как идут дела, считал Гриннер, это было достаточно малым прегрешением, и возможно положительно скажется на его повышение до статуса полноценного инквизитора, вот тогда слишком много внимания к тонкостям будет скорее помехой, нежели подмогой. Еретики не играют по правилам, и негоже играть по ним тем, кто выкорчевывает недуг.

— Только чтобы удостовериться, стоили ли они вашего драгоценного времени, прежде чем я доберусь до них.

— Как всегда похвальная рациональность, — прокомментировал Гриннер, замечая при этом мельчайшие изменения в языке тела Квиллема, которые выдавали тщательно скрываемое облегчение.

— Даже если это так, то это поднимает еще больше вопросов, чем дает ответов.

— Я тоже несколько озадачен, — ответил Квилем, принимая ремарку как обычную часть маски оторванности от жизни, которую его патрон носил, общаясь с миром. — Если тут есть хоть что, что расскажет нам о инквизиторе Финурби, то я не нашел.

В его голосе проявились нотки нетерпения, как будто он опасался, что это будет расценено как критика начальства.

— Честно говоря, если бы ты не сказал, что он ваш друг, я бы вообще не поверил ни в один доклад. Слишком многое словно преувеличено, так что я не очень уверен, насколько можно доверять его оперативникам.

— Больше, чем вы можете подумать, Питер, — ответил Гриннер, позволив в своем тоне некоторый упрек. — У Карлоса есть тенденция связываться с любым, кто, по его мнению, может быть полезен, или скорее импульсивно, типа этих Имперских Гвардейцев — Кирлока и Дрейка, но его суждения неизменно оправданы. Доказательством служат их действия в этих отчетах.

— Если верить этим отчетам, — напомнил ему Квиллем.

Он слишком давно был протеже Гриннера, чтобы знать, когда его учитель нуждается в инакомыслии, чтобы проверить прочность своих выводов.

— У нас есть только их собственные слова о том, что там произошло, — он пожал плечами, — и вы сами признали, что во всю эту чушь о демонах достаточно сложно поверить.