ШедЭйр. Путь сердца - Стэлла Соколова

Через десять минут стало ясно, что игры не будет.

Потому как каждый раз, когда я делала пас, мяч "оживал" и летел в другую сторону.

Думается мне, что именно с той поры столько людей стали с опаской на меня коситься.

Под раздачу попали все — от новоявленного "учителя", до несчастной кошки, проходившей мимо.

Так к чему я это все? Да к тому, что камень полетел прямо в Айриса.

А Их Высочество продолжал пялиться наверх, изображая неземную печаль.

Ничего, еще немного и печаль станет самой что ни на есть земной.

Я сдавленно всхлипнула и попрощалась с жизнью, с Эйрином и всеми, кого успела вспомнить.

Айрис, видимо услышав мое кряхтенье, повернулся и, вместо того, чтобы попытаться отбить летящий в него камень, ну или хотя бы увернуться, выставил вперед левую руку, расставив широко пальцы, словно собирался камень ловить.

Я вздохнула с облегчением, может и поймает. Даже скорее всего поймает.

Айрис меня удивил — камень ловить он не собирался с самого начала. Он резко сжал пальцы, словно сдавил что-то невидимое.

Я огорченно хлопнула себя по лбу и опустилась на колени.

Как только Айрис сжал кулак — камень рассыпался в прах.

Я молча уставилась на Их Высочество.

Все это произошло за считанные секунды, но запомнилось настолько отчетливо, словно я выпала из реального времени.

Айрис удивился не меньше меня.

С искренним удивлением он посмотрел на свою ладонь, потом кинул "биту" Алина на землю и принялся разматывать повязки.

Все это время он ходил с забинтованными руками.

Только один раз я видела, что скрывается под ними. Не самое приятное зрелище, поверьте мне на слово.

Когда Айрис размотал повязку, нашим взглядам предстала абсолютно белая кожа, без единого пятнышка.

Их Высочество скинул кафтан и закатал рукав рубашки.

Размотав повязку до самого локтя он слегка присвистнул и опять задумался.

Черные пятна, которые я видела до этого исчезли, кожа на предплечье была абсолютно белая, особенно по сравнению с загоревшими пальцами.

— Айрис, все нормально?

Я вот думаю, он радоваться должен, теперь может спокойно носить купальничек, как у льва Бонифация, никого не стесняясь.

Айрис вместо этого нахмурил брови и сказал:

— Это странно, надо разобраться.

Когда я увидел, что пятна, украшавшие мои руки и свидетельствующие о сильном магическом истощении, исчезли меня это несколько насторожило. По моим скромным подсчетам, на восстановление должно было уйти не менее полугода. Не знаю, сколько времени мы пробыли в Мире Темных Богов, но не полгода точно.

Хана выжидающе смотрела на меня, я опустил рукав рубашки и кивнул ей.

— Пойдешь со мной?

Девушка пожала плечами и мы пошли в поселок.

Так, теперь с кем бы это обсудить? Эйрин вряд ли знает больше моего.

Я откинул полог шатра и вошел внутрь, следом за мной вошла и Хана.

Судя по количеству собравшихся, они уже начали совещание. Очень вовремя.

— Азар, — Темный оторвался от карты и повернулся ко мне.

— Что?

— Ответь мне на один вопрос.

Азар нахмурился и кивнул.

— Какой?

Я вздохнул.

Рассказывать всем и каждому о магическом истощении мне не хотелось, но раз уж силы мои восстановились, ничего страшного.

Я закатал рукав рубашки, открывая предплечье, и сказал:

— Видишь ли, в следствии некоторых действий, предпринятых мной, дабы уберечь жителей столицы от твоего пришествия, я лишился сил. Я имею ввиду магию. По моим подсчетам, на восстановление должно было уйти не менее полугода, а может и больше. Ты знаешь, что сопровождает магическое истощение?

Темный кивнул и внимательно посмотрел на мою руку.

Потом он подвинул к себе стул и уселся поудобнее, сложив руки на груди.

Видок у него при этом был самый что ни на есть довольный.

— Вы же знаете, что Ааш'э'Сэй когда-то пришли в этот мир, вместе с нами?

Я кивну.

Темный задумался, ища подходящие слова и продолжил:

— Трудно сказать, сколько миров всего существует, одно знаю наверняка — их не меньше, чем звезд на небе.

— Как это связано со мной?

Темный улыбнулся, что редко за ним замечалось, и ответил:

— Ты никогда не задумывался над тем, почему Ааш'э'Сэй живут так долго?

Я отрицательно покачал головой.

Редко кто задумывается над привычными вещами. Наше долголетие есть норма.

— А зря, может бы сам нашел ответ.

Я сухо ответил:

— Не восполнишь сей досадный пробел в знаниях?

— Почему нет? Во всех Мирах время течет по разном. Не знаю, чем это обусловлено. К примеру, в нашем Мире, я имею ввиду — родной мир Богов и Ааш'э'Сэй — время течет значительно медленнее, чем в Среднем Мире. Как это ни странно, Ааш'э'Сэй живут по времени своего Мира. С чем и связанно ваше долголетие. Возможно, с временем это измениться, а может и нет.

Я помолчал еще немного и сказал:

— То есть, ты хочешь сказать, что в этом Мире время течет медленнее, чем в Среднем?

Темный иронично изогнул бровь и зааплодировал.

Я поморщился и отвернулся.

Если он говорит правду, получается, что полгода уже прошли, что и объясняет мое восстановление. В силу привычки, мы, так же как и люди руководствуемся их календарем, а не нашим.

Я задумчиво обвел взглядом шатер и встретился глазами с карими глазами Ханы.

Девушка сильно побледнела и смотрела перед собой широко открытыми глазами.

Я потряс ее за плечо и сказал:

— С тобой все в порядке?

Она повернула ко мне лицо и сказала:

— Это что получается? Мне сейчас сколько лет-то?

Я посмотрел на Эйрина, который в свою очередь смотрел на Хану.

Лейтенант кивнул и подошел к нам. Взяв девушку за руку он кивнул мне и сказал:

— Отойду на минут.

Сказав это, Эйрин легко подтолкнул девушку к выходу.

Я некоторое время с легким изумлением смотрел им вслед, потом повернулся к Рейгану и сказал:

— А в чем проблема?

Брат лениво улыбнулся и ответил:

— У всех женщин есть "пунктик" на возраст.

Вот это да…Не ожидала такого…Слова Азара меня озадачили и огорчили.

А вы бы не огорчились, если бы потеряли полгода за несколько дней?

Я нахмурилась и принялась считать.

Так, что там у нас получается? Акадэмию мы покинули весной, в Темный Мир мы прибыли…ммм…по всему получается, что мне уже восемнадцать!

Я расстроилась.

Вообще, есть конечно у этого свои плюсы, сигареты мне к примеру точно продадут, если вдруг курить надумаю и в этом мире они появиться (Не воспринимайте это, как руководство к действию — курить вредно).