Ангелы острова Терраглорис - Искандер Севкара

Честно говоря, я был готов к чему угодно, но только не к этому. В моей душе внезапно все всколыхнулось и я почувствовал очень сильную и какую-то, просто физическую, боль где-то в области сердца. Нет, это не было следствием какой-то обиды или ощущением предательства, просто мне было больно от того, что пять моих сестер, пять самых близких мне чистых и светлых душ, навсегда покинут меня. А еще мне было больно от того, что я так никогда не узнаю их ближе и уже никогда не смогу подолгу беседовать с ними, наслаждаться разговором с такими умными и образованными собеседницами.

Мне пришлось проявить все свое мужество и собрать все силы в кулак, чтобы подавить горестный вздох, который едва не вырвался из моей груди, да и вообще не разрыдаться. Аппетит у меня пропал мгновенно. Сбросив золотой поднос с остатками ужина прямо на пол, я не все же не выдержал и с негромким стоном уткнулся лицом в грудь Антонии и крепко обхватил её руками, не желая отпускать от себя эту девушку, которая пока еще была моей возлюбленной.

Антония, понимая что она ранила меня этими словами, молчала. Не говоря никаких слов утешения, она ласково гладила меня по голове, но я слышал как громко бьется сердце в её груди и понимал, что и ей тоже будет не легко пережить минуту расставания. Подняв голову и посмотрев в глаза Антонии, полные слез, я ласково сказал:

— Знаешь, я уже как-то смирился, что после вот таких долгих ночей, мне приходится мучится, теряя возлюбленную, но меня всегда утешало то, что я после этого обретаю сестру. Теперь же я должен навсегда потерять сразу пять возлюбленных, а после этого еще и лишиться пятерых сестер. Ты не находишь, что вы приняли очень жестокое решение, Антония?

— Да, Ольгерд, это так, но мы не можем поступить иначе и предать своего учителя, мастера Вельзевула. - Тихо ответила мне Антония и я понял что не смогу её переубедить.

Что же, на войне как на войне, я знал во что ввязываюсь и это было мое первое, но очень болезненное поражение. Понимая, что уже ничего невозможно изменить, я сказал ей:

— Ну, что же, раз так, то пусть утешением для меня станут хотя бы оставшиеся часы, любовь моя. Или ты собираешься лить слезы до самого восхода солнца?

Вот как раз это в планы Антонии вовсе не входило. Слезы на её глазах моментально высохли и она принялась целовать меня с такой страстью и нетерпением, словно она только что увидела меня, безумно влюбилась и теперь мечтала познать как любовника. К тому же Антония применила какую-то неизвестную мне любовную магию и превратила оставшиеся часы в совершенно незабываемые и прекрасные. Надеюсь, что и остальным моим братьям довелось испытать нечто подобное.

Наутро, поспав всего лишь пару часов, я взялся за многотрудные магические дела с удвоенной силой. Мои непутевые и беспечные братья попытались было склонить меня к тому, чтобы устроить для наших новообретенных сестер пикник в окрестных горах, но я устроил им такую суровую вздрючку, что они мигом прониклись чувством ответственности. Уриэль и Жорж, которых в магии, похоже, интересовали только те её аспекты, которые позволяли им всегда поддерживать себя в постоянном тонусе, да еще некоторые возможности по части магической трансформации, и те, узнав, что пятеро наших сестер намерены отправиться с Вельзевулом невесть куда, решили присутствовать в моей мастерской в качестве консультантов.

Все вместе мы вошли в кабину магического лифта и спустились на самый нижний уровень острова Избавления, к самому его днищу, которое было облицовано стальной броней пятиметровой толщины. Там, в огромном круглом зале я устроил себе просторную мастерскую, в центре которой имелся большой люк. Поскольку остров теперь никуда не летел, я пробил в каменной тверди глубокий колодец, из которого мог без особого труда черпать Первичную Материю. Вот только этот колодец приходилось держать закрытым постоянно, да еще и следить за тем, чтобы Первичная Материя не выбралась наружу и не сбежала, подобно кипящему молоку, уж больно много её скопилось в недрах Парадиз Ланда.

В этой мастерской я мог бы запросто сотворить не то что кита или диплодока, а даже десяток, другой драконов или целый взвод циклопов, таковы были её размеры. Да и оснащена она была соответствующим образом и когда мы с Асмодеем клепали Кольца Творения, то никто не услышал взрывов, которыми сопровождался синтез Камней Творения. Вместе с тем в мастерской имелось достаточное количество магических инструментов и механизмов, которые помогали мне в работе с Первичной Материей. Право же было бы глупо напрягаться самому, творя каких-нибудь магических существ по стандартному образцу, а не воспользоваться для этого магической пресс-формой, когда только и следует делать, что помещать в нее нужное количество Первичной Материи да отдавать приказы самого общего характера.

Как только мои сестренки заняли свои места за партами, первое, что я сделал, так это оснастил их Кольца Творения новенькими компакт-дисками. На них была записана не только информация, которая имелась на моем Кольце Творения, но и всю база данных с Кольца Мудрости и с моего ноутбука, давно уже ставшего самым полным справочником по всем наукам Зазеркалья. После этого я ввел своих сестер в святая святых, - синие недра Кольца Творения и строго проследил за тем, чтобы они досконально и тщательно проштудировали все магические файлы. Теперь, когда я мог ускорять ход времени во внутреннем, виртуальном пространстве Кольца Творения, моим братьям уже не пришлось ждать несколько часов, глядя на то, как мы застыли словно статуи.

Как для самой Антонии, так и для её сестер и коллег по магическому ремеслу знакомство с магическими формулами такого уровня оказалось настоящим откровением, но я вовсе не собирался останавливаться только на одном этом. К моим услугам была практически вся информация, которая создавалась в Зазеркалье в течение тысяч лет, хранилась в земных библиотеках и когда-либо была записана на каком-либо клочке бумаге или даже просто высказана однажды вслух. Содержание подавляющего большинства всех этих файлов сохраненных на хард-диске, моего ноутбука, емкость которого была теперь практически безграничной, было для меня полной загадкой, но я полагал, что мои сестры непременно должны иметь её у себя под рукой. В какой-то мере это могло гарантировать мне то, что Вельзевул непременно захочет иметь при себе таких помощниц, а потому ему придется возродить их к жизни первыми, освободив из плена своего Кольца Творения, в котором они будут перенесены в новую Вселенную.

Наконец-то, кто-то из моих братцев, первым сообразил, что наши новые сестры на какое-то время будут помещены мной в Кольцо Творения мастера Вельзевула и поделился своим открытием с остальными. Они стали наперебой предлагать мне различные варианты того, как заставить нового Создателя отнестись к нашим сестрам со всей чуткостью и вниманием. О своих собственных планах я пока что помалкивал и лишь сосредоточился на том, что заставил Антонию и её сестер снова погрузиться в синие недра, а потом показать своим братьям, как они освоили все технические достижения Зазеркалья.