Химера, будь человеком! - Ольга Ромашкина

— Могу я узнать, куда Вы держите путь? — вроде бы простой вопрос, но было очевидно, что Фортуне хочется узнать по пути ли нам.

— Мы к Мелию в гости, на побывку, так сказать, а там видно будет.

— Мелий ведь ты не человек? — прямолинейная девушка, ничего не скажешь.

— Фортуна, ты не поверишь. Он не человек — он зоопарк! — не удержалась я.

На меня посмотрели с удивлением все, кроме Териона, ему я объясняла, что представляет собой это заведение.

— Зоо… что? — Мелий ещё не понял обижаться ему или выпятить грудь от гордости.

— Не…фил, не переживай. Фортуна, он наивный как котёнок, хитрый как лис, бешеный как собака, голодный как волк и нудный как старый козёл! И кто скажет после этого, что он человек?! — выдала я.

— Я метаморф Фортуна, — открылся ей хамелеон по каким-то своим тайным соображениям.

— Но ты ведь маг? — недоумевала она.

— И что с того? — улыбнулся Мелий, становясь её точной копией и с синяком тоже.

— Маг-метаморф, но это лишь легенда…

— Угу, как и авариэль, крылатые эльфы. — Парировал хамелеон.

— Про меня лучше не спрашивай. — Сразу упредила я эльфийку, которая перевела взгляд на меня.

— Вы не будете возражать, если я на какое-то время примкну к Вам? — робко спросила Фортуна.

— Ну что же, вместе веселее. — Посмотрев на нас с Мелием, вынес положительный вердикт Терион, но думая явно о чём-то своём.

— Давайте-ка спать! Какая очерёдность дежурства? — зевая спросила я у присутствующих.

— Я могу подежурить всю ночь, мы не спим так долго, как люди. — Предложила Фортуна. Мы переглянулись, мне конечно девушка понравилась, но довериться ей вот так сразу, как-то не хотелось.

— А я составлю ей компанию. — Улыбнулся эльфийке хамелеон, как кот на сметану.

— Давай я твою рану посмотрю. Понимаю конечно, что повышенная регенерация это хорошо, но после того удара, ты вообще не должен был подняться.

— Я и не поднялся… сразу. — Пробубнил Мелий, оголяя руку.

Не знаю как на ощущение, но на вид было ужасно. Кровь не бежала, и рана существенно стянулась, но неровные края выглядели очень многообещающе… для гангрены.

Мы завалились спать на свои одеяла, Фортуна колдовала над рукой Мелия, а я уже засыпая шепнула питомцу.

— Шкет, глаз с неё не спускай и держись поближе к Мелию. — Пушистик тенью метнулся и растворился в темноте ночи.

Глава 19

Граница тьмы и света колыбелью стала,Явив рождение трёхликого дитя.Служить и воевать ему по жизни не пристало,И власть ему над миром не нужна, хотя…Играя и дразня способно извести терпенье,Иль научить, ему персону изводя.С дитём тем сладить надобно терпеньеИз принципов любви и дружбы исходя.Но если вдруг опасность с головой накроет,То лик другой дитя проявит в миг.И хищник тот, врага ждать не заставит.Во гневе пасть раззявит и блеснёт кровавый клык.Дитё то не герой, но справедливость любит,И коль размах врага для хищника велик,Древнее существо свой образ явитИ пламенем опалит, останется лишь пшик.Но древний лик отнюдь не кровожадный,Он мудростью своею славился всегда.Хитрюга знатный и шельмец бывалый,Но друга не придаст он никогда!

— Кияра, вставай. Кияра, вставай! — уже минут пятнадцать жужжал чей-то противно повторяющийся голос. Я старалась сквозь дремоту игнорировать его, но с каждым «Кияра, вставай» голос слышался всё отчётливее вместе с возрастающим желанием ручно изобразить до какой степени я против пробуждения.

— А можно я попробую помочь? — послышался мелодичный и незнакомый голос. Голосу не ответили, но видимо добро на этот акт вандализма дали.

Я почувствовала лёгкую прохладу, но затем опять стало тепло.

— Но… но она ведь должна была замёрзнуть? — услышала я сквозь дремоту полный удивления тот же приятный голосок.

— Угу, Кияра вообще много чего должна была бы… — где-то совсем возле меня вздохнул маг.

— Поберегись. — Я уже почти проснулась и даже разобрала голос приближающегося Мелия, но вставать очень не хотелось.

До меня донёсся аромат мяты, я лениво приоткрыла глаза.

— Смотрите-ка, проснулась! — радостно сообщил Мелий стоя возле меня с парящим котелком.

— Я надеюсь, ты не хотел это на меня вылить, чтобы разбудить? — зевая, спросила я и поглядывая на парящий котелок.

— Кияра, тебя только запах еды может разбудить? — появился в поле зрения Терион с лепёшкой и мясом в одной руке на манер бутерброда, и кружкой в другой.

— Ты представляешь, как с малолетства есть приучили, теперь никак не отделаюсь от этой пагубной привычки. — Ответила я, вставая и отбирая у мага вожделенный бутерброд и чаёк с мятой.

— Ааа! — мы резко обернулись, услышав вопли только что отошедшего хамелеона. — Если я сказал, что мне жарко, это не значит, что меня нужно было заморозить! — совершенно праведно, на мой взгляд, возопил заиндевевший Мелий с котелком в руке.

— Я… я просто хотела проверить, только на Кияру не действует моя магия или она вообще начала ослабевать. — Лепетала Фортуна.

Я совсем забыла про эльфийку.

— Ой, спасибо… — поблагодарил мага разомлевший Мелий, который наслал на него горячий поток воздуха.

— В следующий раз на Шкете проверяй свои подозрения. — Ворчливо отозвался хамелеон в адрес Фортуны. Она мельком глянула на моего питомца и предпочла подойти поближе ко мне, увидев его нескрываемый плотоядный взгляд. Вот Шкет молодец, весь в меня!

— Действительно, ты была права Кияра! Иногда он напоминает старого козла! — демонстративно задрав носик, сказала эльфийка и подсела ко мне.

— А ты чего лепёшку в сухомятку жуёшь? — спросила я, наблюдая, как Фортуна пощипывает хлебобулочное изделие.

— Она мяту не любит. Представляешь, эльф и не любит мяту?! — усмехнулся Мелий, собирающий свой кухонный инвентарь в седельные сумки.

— Да ладно тебе Мелий, и среди вегетарианцев плотоядные встречаются. — Ответила я, припоминая соседку по комнате в общежитии.

Она всегда сидела на диетах. Не дай ты Бог упомянешь что-нибудь на эту тему. Она могла до вечера тебе рассказывать о тех или иных издевательствах над собственным организмом в целях его оздоровления (читай исхудания). Но такая пропаганда здорового образа жизни вовсе не мешала ей по ночам поедать недельный запас докторской колбасы.

Мы поймали её на этом но, к сожалению не с поличным. Она же вовсю обвиняла в чудесном исчезновении колбасы несчастных мышей. Это и навело нас на мысль как избавиться от нравоучительных (читай садистских) лекциях, касаемо нашего неправильного питания, вразумить её саму есть то, что тебе хочется не таясь и, в конце концов — вернуть честь бедным оклеветанным мышам! Мы выкрутили в холодильнике лампочку и обложили колбасу мышеловками. Предварительно я вытащила из них оси с пружинками и расслабила их на один оборот, чтобы при срабатывании сего незатейливого механизма не переломать пальцы худеющей нашей.