Ночной дурман - Мишель Роуэн

Я покачала головой:

— Я не останусь.

Его взгляд опустился на мои руки.

— А они знают, что ты хочешь увезти ребенка?

— Деклан, просто отпусти меня. Прошу. Девочка в опасности. Я обещала Маттиасу, что защищу ее. Не пытайся меня остановить.

Несколько секунд он просто изучал меня, сохраняя на лице это пустое выражение, которое я просто ненавидела.

— Я не пытаюсь тебя остановить.

— Правда?

— Да.

— Тогда что ты здесь делаешь?

— Разве непонятно? — спросил он. — Еду с тобой.

Я вытаращила глаза:

— В смысле?

Он снова оглянулся, и на этот раз я заметила в нем некую настороженность.

— Садись в машину, пока нас никто не увидел.

Я не стала спорить. Забралась внутрь, и положила девочку на колени, потому что класть ее было некуда. Деклан уселся на водительское сидение и вытащил ключи из-под коврика, словно знал, что они там.

— Ной… — начала я.

— Он мне сказал.

— Но он говорил, что ты… что сыворотка. — Голова шла кругом, и я никак не могла облечь свои мысли в слова. — Не понимаю.

— Ты серьезно думаешь, что сыворотка что-то изменит? — сухо спросил он, захлопывая дверь и вставляя ключ в замок зажигания. — Она сглаживает эмоции — большую их часть, — но я все еще понимаю разницу между правильным и неправильным. И она не сотрет воспоминания о том, что я испытал. Меня не заставят делать то, с чем я не согласен. С сывороткой или без нее, я знаю, чего хочу. — Он фыркнул. — Хотя пройдет немало времени, прежде чем я это получу.

— И чего ты хочешь? — спросила я.

— Тебя, — просто сказал он. — И чтобы ты была в безопасности. Это из-за меня ты во все это встряла. Я хотя бы могу устроить, чтобы ты осталась цела.

Я была потрясена.

— Деклан…

— Понимаю, ты хочешь поскорее от меня избавиться…

— И вовсе я этого не хочу.

На глаза навернулись слезы, когда я позволила себе почувствовать облегчение и счастье — облегчение от того, что Деклан здесь и со мной, и счастье, потому что я даже поверить не могла, что это вообще возможно.

— Я думала, тебя больше нет, что новая сыворотка забрала тебя у меня.

— Никуда я не делся. Но новая сыворотка… это по-прежнему проблема. Я хочу быть с тобой, но сейчас это невозможно. И не знаю, когда ситуация изменится.

В голове услужливо вспыли воспоминания о нашей близости. Если Деклан на сыворотке, этого больше не повторится. Карсон говорил, что эффект от инъекции будет постоянным, хотя я и отказывалась в это верить.

— Доверься мне. Я умею быть терпеливой.

Я наклонилась и прижалась к его губам. Деклан в ответ меня не поцеловал. Это напомнило мне о Маттиасе — я ведь тоже отказывалась целовать его, пусть и не потому, что ничего не чувствовала.

Деклан вырулил на трассу. В моих руках теплым грузом лежала девочка, совсем крохотная, но полная жизни.

— А для дампира ее не так уж и притягивает мой запах, — сказала я.

— Он действует только на меня. — Деклан взглянул на меня. — Нам нужно остановиться, кое-что купить. Детское питание, подгузники.

Я скорчила гримасу.

— Кошмар, менять подгузники. Этого я вовсе не планировала. Хотя я ничего из этого не планировала.

— Думаю, ты справишься. Мы пока затаимся и через пару дней свяжемся с Ноем. Я взял с него обещание позаботиться о Молли.

Я улыбнулась такому беспокойству о кошке.

— Вот видишь? Ты все еще лапочка.

Он выгнул бровь:

— Забота о тех, кого я приручил, еще не делает меня лапочкой.

— Ну, раз ты так говоришь.

— А еще нам надо присматривать за вампирами, когда они найдут и освободят Кристофа. Теперь, когда Маттиаса нет, это лишь вопрос времени.

Во мне поднялась новая волна страха.

— Ты и в самом деле так думаешь?

— Да. И поэтому мы будем за ними следить. А если твое тело снова начнет отторгать «Ночной дурман»…

— То что мы будем делать?

— Все уладим.

Я заставила себя улыбнуться.

— А для безэмоционального дампира с багажом в виде младенца ты очень оптимистичен.

Он поднял бровь, но взгляда от дороги не отрывал.

— Стараюсь.

Это еще не все, я знала. Перед глазами у меня постоянно маячил образ Маттиаса с губами, перемазанными в моей крови, за секунду того, как он развеялся пеплом.

И было кое-что еще, что никак не могло меня оставить, пусть и в ином плане. То, что сказал мне вампир, прежде чем вонзить клыки мне в шею. Я вздрогнула, дотрагиваясь до свежих ранок.

«Я тебя найду». 

Вот что он мне прошептал. Он взял с меня слово, что я позабочусь о девочке, а потом сказал: «Я тебя найду».

Не самые обычные слова для человека на пороге смерти.

Я никак не могла выкинуть из головы его книги о магии и рассказ о дружбе с Гудини, мастером иллюзий, славившемся своими трюками с исчезновением.

Я вспомнила, как Маттиас с отвращением рассказывал о том, как брат заставил его выпить крови девочки-дампира по время ритуала «Амарантос».

«Бессмертие, — думала я, пока Деклан гнал машину в сторону восходящего солнца. — Истинное бессмертие».

Ради него, пожалуй, можно и умереть.