Не разбивай мое сердце, босс! - Лена Голд

Но повторюсь, беременность — это прекрасно.

За время, как я стала Авериной, многое поменялось и встало на свои места.

После свадьбы мы отправились на курорт нашего побережья, так как я не стала рисковать с перелетом. Стас позволил мне работать до семи месяцев и с огромной радостью отпустил меня в бессрочный декрет, который, как я уже понимала, что означает. Но это не мешало мне приходить к нему и сидеть рядом, когда душа пожелает. Впрочем, сам Стас был не против этого. Скорее ему нравилось, что я под его присмотром. А чего стоили его беседы с малышом. Этот грозный и властный мужчина становился плюшевым медведем, и я легко могла представить, каким отцом он станет в итоге.

Анюта начала учиться в той самой школе, и, кажется, у нее все получалось даже лучше, чем она сама предполагала.

Дачный сезон мамы прошел успешно. К тому же они с Надеждой Станиславовной очень сдружились и часто видятся. Свекровь у меня очень интересная женщина, умная и увлекающаяся — им всегда с мамой есть что обсудить.

Что же касается Стаса и его отца, то тут продвижение в отношениях, разумеется, есть. Хотя я вижу, что ему сложно переступить через тот случай и довериться снова. Но они держат курс в правильном направлении, что радует всех нас, кто переживает за обоих.

Ну а сейчас, после всех этих воспоминаний о прошедших месяцах, я тихо сижу и жду мужа.

Слышу, как дверь квартиры открывается, и знаю, что первым делом думает Стас.

— Ир?

Я погасила свет везде, кроме одной-единственной комнаты. И так как он стоит на пороге, ему этого еще не видно. Шаги становятся слышны, и я наблюдаю за тем, как мой любимый медленно выходит из-за угла.

— Черт возьми, — слышу его голос и улыбаюсь.

— С днем рождения, родной!

Он оставляет там же свою сумку, верхнюю одежду и идет вперед, лавируя между свечами, расставленными хаотично на полу.

— Красивый бант, — трогает золотую ленту, которую я, смотря видео в интернете, вязала на своем большом животе и в итоге почти расплакалась, когда это у меня вышло.

— Решила быть оригинальной. А может, банальной, не знаю. Тебе решать.

— Подарить обнаженную себя на день рождения? Очень оригинально, а еще щедро.

— Тебе нравится? — закусываю губу, когда он начинает ходить вокруг меня и останавливается за моей спиной.

— Ты так восхитительна, что у меня стали ужасно тесными брюки, — прижимается к моей попе своим возбужденным пахом, и мы вместе стонем в удовольствии от этого приятного соприкосновения.

— Тогда, — опускаю свои руки на его бедра и удерживаю на месте, выводя восьмерку своим тазом, — нам стоит их снять.

— О да, — стон разливается по моим венам идеальной мелодией. — Это определенно верное решение.

Разрываю наш тесный контакт и, подняв руки, расстегиваю рубашку. Открываю для себя его великолепное тело, которое хочется целовать, что я и делаю.

Я так люблю своего мужа, что не могу это передать словами. Он все, о чем я могла мечтать. Поэтому, заполучив мечту, я искренне наслаждаюсь тем, что мы дарим друг другу.

Справившись с пуговицами, я откидываю белую ткань и опускаюсь не слишком грациозно на колени. Стас мне помогает в этом, но дальше я все делаю сама. Расстегиваю штаны и, приспустив их с боксерами, ласкаю мужа.

— Черт, Ир… Остановись, милая, — мягко гладит по щеке и, заметив позади меня мягкое покрывало, которое я не просто так сюда принесла, укладывает на него.

Я раскрываюсь перед любимым, что раньше было мне несвойственно, но только он сумел меня раскрепостить достаточно, чтобы я наслаждалась тем, как он каждый раз на меня смотрит.

Именно этот взгляд убивает все сомнения… всегда.

Стас быстро скидывает остатки одежды и ложится рядом.

— Ты все еще не распаковал свой подарок, — трогаю кончиками пальцев его щеку, ощутив руку на моем животе.

— Как раз этим и решил заняться, — а после исчез из моего поля зрения, но я ощущала его прикосновения, что говорили с моим телом на особом языке.

Каждое мгновение с ним — всегда целая история. Она наполнена эмоциями, чувством, любовью… Я сохраняю их все в своей памяти и отдаюсь… Отдаюсь ему всецело, благодаря свое сердце за то, что оно выбрало его…

— Встань на четвереньки, — шепот на краю сознания, пока тело бросает в дрожь и покачивает на волнах.

Покорно, радостно… опускаюсь, как он и просил. Тяжелый вздох и плавный толчок.

Мы редко занимаемся сексом, особенно сейчас, когда живот стал большим. Но сегодня наша ночь… Его ночь…

Стас на грани, я это знаю и чувствую по тому, как он сжимает мои бедра.

— Не останавливайся… — молю его. — Ты мне нужен сейчас…

Муж осторожен, насколько это в его силах, а затем с пронзительным рыком кончает в меня.

— Люблю… — шепчет в мой затылок и целует в плечо.

— А я тебя.

Стас ложится рядом и гладит мое предплечье, наблюдая за тем, как на коже играют мурашки.

— Голоден?

— Ужасно, но пока что хочу вот так с тобой полежать, — отзывается, рассматривая мои губы.

— Ты такой милый.

— Только не говори это моим партнерам, с кем я заключаю сделки.

— Хорошо, — тихо смеюсь.

— Как сегодня наш стеснительный ребенок? — рука медленно сползает к внушительному животу.

— Отлично. Кажется, на сегодня матч по футболу закончился.

— Я рад. А что у нас на ужин, потому что, кажется, я снова желаю взглянуть на свой подарок.

— Твое любимое блюдо.

— М-м-м… это превосходно. Но все же сходим в душ.

— С удовольствием, — протягиваю руки, чтобы он мне помог подняться.

— Удовольствия будет много, обещаю, — кусает за мочку уха, поглаживая ягодицы.

***

— Стас, — шепчу сквозь сон, не совсем понимая, что происходит. — Стас?

— Что? Ира? В чем дело? — он резко поднимается, нажимает на выключатель рядом и смотрит на мокрое пятно подо мной. — Все в порядке, малыш?

— Думаю, это воды, — и как только договариваю свои предположения, поясницу пронзает режущей болью. — Боже…