Млечный Путь, 21 век, No 3(48), 2024 - Леонид Александрович Ашкинази

статистически обоснованный ответ, напоминающий прошлые пути решения, которые модель запомнила заранее.

Другими словами, хотя более разумные методы поиска и LLM могут привести к лучшим, более фактическим ответам, модель по-прежнему просто выполняет свою цель - предоставить наиболее статистически правдоподобный ответ, независимо от его правдивости.

На самом деле, поиск истины и свобода воли не могут быть разделены; таким образом, нынешние модели не могут искать истину. Другими словами, нам нужны модели ИИ, которые не только активно познают наш мир (воплощение), чтобы понять последствия своих действий, но они также должны быть наделены рядом "добродетелей", которые побуждают модель учитывать истину как главную цель.

Короче говоря, даже в таких случаях я все еще чувствую, что модель врет.

Называть вещи подходящими именами

До того, как мы обсудим вопрос о свободе воли, нам следует ответить, понимают ли модели значение этого вопроса. Как уже говорилось, можно утверждать, что по мере того, как наши модели принимают данные более высокого качества и улучшают возможности их применения, "истинные" утверждения будут более статистически обоснованными для модели, чем "ложные". Однако до тех пор, пока модели не способны искать истину (поскольку они не знают о ее существовании), недостаточно представленные истины в обучающих данных будут вызывать у модели "галлюцинации" или, точнее, "ерунду", свой путь к ложному ответу.

Итак, как мы можем наделить передовые модели ИИ желанием искать истину?

Я не знаю. А вы?

СТИХИ

Уистен ОДЕН{4}

Rois fainéants

В Дни Святых королям разрешался выход:

Заплетали в косички их белокурые пряди,

В повозки впрягали белых быков - ради

Того, чтобы дети несли имена для выгод

Легендарных предков - Клотар, Хилперик,

Кловис, Теодор, Дагоберт, Хилдерик,

Утверждалось, что линия их не прерывалась.

(Хотя истина иногда перевиралась),

От Божеств морских или морских монстров повально

Зависела судьба Франков, католиков, как оказалось.

Все знали, что это спектакль - при том,

Все знали, кто является королем,

Что последнее слово говорит Мажордом,

И что все Мажордомы - епископы. (Гримуалд

Правил без них, но быстро отправился в ад.)

От зари до заката они шествовали триумфально,

Пока рог сотрясал небеса, и в восторге ражем

Племена орали, языки различая с трудом.

Когда опускалась тьма и празднование кончалось,

Короли убирались в замки, под присмотр стражи

Днем и ночью, дабы, возлежа на ложе,

О побеге ни-ни, и не болтали с прохожим.

Все занятие их - к хартии приложить печать,

Их не учили чтению, но снабжали в меру

Мясом, пивом и девушками; как замышлялось,

Умирали рано они, не обратившись в веру

Диссиденты? Так их следует называть?

GARE DU MIDI

Неприметный скорый с юга, суета

на пeрроне, в толпе лицо, коему собрать

с галунами оркестр мэр не удосужился, но

отвлекает взгляд что-то по поводу рта

с тревогой и жалостью, несмотря на холод,

валит снег. Сжимая руками немудрéную кладь,

он выходит стремительно инфицировать город,

чье ужасное будущее предрешено.

Paysage Moralis é

Слыша о жатве, сгнившей в долинах,

Видя с околиц бесплодные горы,

За перевалом сходящие в воды,

Зная - потонут открывшие остров,

Чтим строителей голодавших градов,

Чья слава есть образ нашей печали,

Подобья не знавшей в их печали,

Гнавшей несчастных в этих долинах,

Мечтавших бродить средь ученых градов

И диких коней бросавших на горы,

И корабли разбивавших об остров,

Образ зеленого не пришедшим в воды.

У рек они строили, и ночами воды

Бежали у окон, утолив их печали,

Каждая в русле зачинала остров,

Где каждый день танцевал в долинах,

Деревья зеленым скрывали горы,

Невинна любовь вдали этих градов.

Снова заря, а они еще в градах,

Прекрасная тварь не покинула воды,

Еще полнятся золотом эти горы,

Но голод был более близкой печалью,

Хотя поселянам, хандрящим в долинах,

Пилигримы, мерцая, начертали остров...

"Боги, - они обещали, - покинут остров,

Нас навестят, не минуют градов.

Время оставить злосчастью долины

И с ними уплыть в зеленые воды,

Рядом сидеть, забывая печали,

Тени на жизни отбросят горы".

Много трусливых впитали горы,

Их покорявших, чтоб взглянуть на остров,

Много бесстрашных прибрали печали,

Их не покинув и в найденных градах.

Многих беспечных вобрали воды,

Много несчастных не покинут долины.

Это наша печаль. Избыть ее? Воды

Будут хлестать, орошать эти горы, эти долины,

Отстроим мы грады, а не мечты про остров.

Культура Лимба{5}

Племена Лимба, говорят путники,

При первой встрече кажутся похожими на нас.

Они поддерживают жилища в чистоте,

Часы показывают почти наше время,

Они подают почти вкусную еду,

Но никто не видел в Лимбе детей.

В языке, на котором говорят племена Лимба,

Много слов туманней, чем в наших,

Чтоб обозначить как много, как мало, что-то

Поближе или не по делу,

Но никакое не переводится, как ДА или НЕТ,

И местоимения не отличают субъектов речи.

В легендах племен Лимба

Дракон и Рыцарь сведены к клыку и мечу,

Но нет там соперничества почти чуть-чуть,

Ведьма и мальчик никак не встретятся,

Она на секунду раньше, он на секунду позже.

Волшебная сума конфузит платежные средства.

"Итак, - заключает их формула в финале, -

Принц и Принцесса почти еще женаты".

Почему это так важно в культуре Лимбо,

Эта любовь к неопределенности? Может,

Сородичи в