Ложь - Петра Хаммесфар

– А как отреагировали следователи на ваши слова насчет двойника? – спросил Вольфганг Бластинг.

Столкнувшись с недоверием, Детмер медлил с ответом. Было очевидно, что его не воспринимают всерьез.

– Очень жаль, что вы мне не верите, – сказал наконец Детмер. – Тем более когда перед вами сидит живое доказательство моих слов.

Вольфганг заверил Детмера, что очень серьезно относится к его словам и может подтвердить, что Хеллер умер поздно вечером в пятницу, а Сюзанна Ласко – в ночь с субботы на воскресенье. При этом он уже не казался любезным. Это был мужчина, для которого привычным делом было руководить целым отделением и держать подчиненных в жестких рамках.

Если Детмер хотел что-то узнать у Нади Тренклер, то должен был задать ей два вопроса, которые, возможно, привели бы его к цели: «Знали ли вы Сюзанну Ласко?» и «Где вы были в ночь на воскресенье?». За ту ночь, когда произошло убийство, Вольфганг Бластинг мог поручиться лично, хотя вечеринка у Лило закончилась еще до полуночи и Сюзанна теоретически могла бы покинуть свой дом после того, как Йо отвел ее домой. Йо и Лило тотчас же к нему присоединились и назвали всех гостей, которые могли бы выступить в качестве свидетелей.

Но у Детмера был еще один козырь. Красная «альфа-спайдер»! Его коллеги искали в кругу знакомых Сюзанны Ласко женщину, обладательницу красной машины, которую она одолжила убитой в пятницу вечером. Шла ли речь о машине с откидным верхом или нет, Детмер не знал. Вольфганг Бластинг заметил, что в городе несколько тысяч красных машин. Но если компетентные служащие считали, что должны спросить Надю Тренклер, давала ли она напрокат свою «альфу-спайдер», они имели полное право ее об этом спросить. Особенно если бы сами потрудились зайти!

Между тем Сюзанна окончательно пришла в себя. Ей не нравилась тактика Бластинга. А тут еще Михаэль вернулся домой. Он удивился тому, что в гостиной собралось так много народу, потребовал объяснений, а затем стал утверждать, что жена подвезла его в пятницу утром к лаборатории и забрала оттуда вечером, так как он забыл заправить машину. Они поехали в «Деметрос» и вернулись домой уже после полуночи. Наконец Детмер попрощался. Как только за ним закрылась входная дверь, Вольфганг Бластинг обратился к Михаэлю:

– Зря ты это сказал. Ручаюсь, что он теперь поедет в «Деметрос».

Михаэль небрежно пожал плечами:

– Пусть едет. Я сейчас им позвоню и попрошу сказать, что мы там были.

Никто из присутствующих и бровью не повел. И ни у кого не возникло даже мысли спросить ее о том, где она была на самом деле в пятницу вечером. Лило снова погладила ее по руке. Йо ободряюще улыбался. Михаэль тоже коротко, но очень прохладно улыбнулся ей и пошел наверх. Вольфганг Бластинг последовал за ним. Йо присоединился к ним и спросил, где он может взять необходимую ячейку памяти для программы, отвечающей за сигнализацию. Если программа останется в сжатом виде, то при следующем срабатывании сигнализации провода на чердаке придется снова перерезать. Лило вспомнила, что к ней хотел зайти Кестерман, чтобы забрать картину, и озабоченно осведомилась:

– Как ты себя чувствуешь, дорогая? Можно ненадолго оставить тебя с ними?

Сюзанна молча кивнула в ответ и проводила Лило до входной двери. Там Сюзанна получила еще один совет. Лило шепнула ей:

– Если Вольфганг станет наглеть, выстави его.

Что под этим подразумевалось, она поняла, только когда вошла в кабинет. Йо снова сидел у компьютера, Михаэль и Вольфганг Бластинг стояли по обе стороны от него и рассматривали новые файлы. Вот и вся помощь от Вольфганга Бластинга.

Несколько минут Михаэль потратил на подробный рассказ о махинациях Филиппа Харденберга с двойником. Тем временем Йо успел установить, что большое количество только что появившихся файлов было на жестком диске, – следовательно, они являлись копиями. Вольфганг Бластинг начал с вопроса:

– Ты уверена, что Ласко работала на Харденберга?

Главное – не сболтнуть лишнего. Побороть волнение. Сюзанна молча кивнула.

– Но как ты пришла к такой мысли? – не унимался Вольфганг Бластинг.

– У тебя еще много умных вопросов заготовлено? – раздраженно осведомился Михаэль, встав на ее защиту. – Представь себе, что незнакомый человек обращается к тебе по вопросам инвестирования и называет тебя «госпожа Ласко».

Вольфганг Бластинг пожал плечами, в то время как Йо пытался открыть список клиентов Харденберга. Компьютер сообщил, что он не может найти программу, с помощью которой можно было бы открыть файл.

– Почему ты сняла эту программу? – спросил Йо.

Вольфганг Бластинг бросил на нее очень задумчивый взгляд. И внезапно, вопреки предупреждению Дитера, она рискнула пойти по тонкому льду.

– Мне нужно было место. Я скопировала все файлы Филиппа, чтобы спокойно изучить и понять, в чем дело.

Вольфганг Бластинг удивился:

– Что? И только?

Уже через минуту Йо открыл значительно меньший по объему файл «СЛК» с помощью редакторской программы. Мгновение – и на экране стали появляться цифры и буквы. Правда, не в том порядке, как на листе счетов, который ей показал Дитер. И все же Вольфгангу Бластингу не понадобилось много времени, дабы определить, что́ перед ним. Взглядом эксперта он сразу установил, что деньги лежат в Нассау.

– Ты отправилась на Багамы, чтобы там навести справки? – спросил он.

– Нет, – быстро возразил Михаэль. – Когда мы там были, она еще ничего не знала о двойнике. Она обнаружила это буквально на днях. – Голос его звучал твердо, только глаза выдавали, что он лжет.

– Могу я получить копию? – спросил Вольфганг Бластинг.

– Зачем? – спросил Михаэль. – Эта женщина мертва. И теперь ты уже не сможешь спросить ее, кому принадлежат деньги.

– Однако я опасаюсь, – сказал Вольфганг Бластинг, – что владельцы денег рано или поздно предъявят счет Харденбергу. На его месте я бы нанял охранника.

– Можно мне удалить хотя бы несколько файлов? – вмешался в их разговор Йо. – Иначе я ничего не смогу сделать с «Секом».

Вольфганг Бластинг недовольно махнул рукой:

– Забудь о «Секе». Программа работает. И это, – он указал на монитор и посмотрел на Сюзанну, – это опаснее, чем Рорлер. Ты можешь хотя бы приблизительно предположить, кто эти инвесторы?

Небольшие суммы вкладов, очевидно, навели его на мысль, что несколько людей разделили между собой шесть миллионов. Сюзанна помотала головой, описала ему лимузин Цуркойлена, внешность его телохранителя и назвала номерные знаки машины. Он задумался, потом сказал:

– Я должен получить копию. Или ты собираешься продолжать работать на Харденберга?

Сюзанна снова помотала головой. Он довольно кивнул, пошел к двери и перед уходом еще раз обернулся:

– Я могу рассчитывать на то, что ты не будешь ничего предпринимать на собственный страх и риск?

– А что я должна предпринимать? – спросила она.

Вольфганг тихо засмеялся:

– Ну, насколько я тебя знаю, ты так просто не смиришься с тем, что Харденберг сместил тебя, после того как ты добилась настоящего расцвета его предприятия. Но я считаю, что ему надо отомстить по-другому. – И очень серьезно продолжил: – Надя, в твоих интересах больше не появляться в офисе. Даже если ты не знаешь инвесторов, твое лицо может быть им знакомо. Однажды ты в этом уже убедилась.

– Мы собираемся завтра лететь в Париж, – встрял Михаэль.

– Очень хорошо, – ухмыльнулся Вольфганг Бластинг. – Затем я свяжусь с коллегами из отдела по расследованию убийств, прежде чем Детмер всех там поставит на уши. Я уж сумею им объяснить, что ее случай касается тех кругов, привлечение которых может стать для них опасным.

Наконец он ушел. Йо последовал за ним. После того, как Сюзанна с Михаэлем остались одни, Михаэль некоторое время стоял неподвижно, с ледяным выражением лица. Затем он осведомился:

– Зачем ты убила этого пьяницу Хеллера? Только потому, что он увидел тебя? А на чьей совести убийство женщины? Может, это дело рук Филиппа?

Это была ужасная ночь. Она сотни раз заверяла Михаэля, что никак не связана со смертью Хеллера, а тем более со смертью Сюзанны Ласко. Он требовал, чтобы она прекратила лгать. Она настаивала на том, что в пятницу вечером была на Кеттлерштрассе и ждала там Сюзанну Ласко. Он сказал, что знает, с какой целью она была на Багамах. Однажды, когда она решила пойти в банк и снять немного наличных на следующий день, он не стал возвращаться в гостиницу, а незаметно последовал за нею к банку, в котором, как выяснилось, у нее лежал огромный капитал. Он возблагодарил Небо, вразумившее его отказаться от ее неожиданного подарка. Теперь, по крайней мере, у него еще оставались деньги. В случае, если Вольфганг умудрится разыскать инвесторов, ему этого хватит.

До двух часов ночи он изводил ее требованиями рассказать ему правду. Сюзанна решила было выложить ему все, поскольку он, похоже, не собирался закрывать глаза на эти два убийства. Но его тон в понедельник был поначалу таким же непреклонным, а потом смягчился. Но если он узнает, что сделали с Надей… Вспомнив предостережение Дитера, Сюзанна решила молчать.