Иного не желаю. Часть 1 - Виктория Витальевна Лошкарёва

— Всё будет хорошо, — твердила та самая блондинка, которая несколько месяцев назад помогла мне сбежать из замка Этьена. — Только не падай духом.

— Мы постараемся оттянуть боль, — шептала вторая, оставаясь чуть в стороне. Из — за странных сумерек, я не смогла разглядеть её хорошо. Запомнила только серебристые волосы и светло — карие, почти золотистые зрачки. Необычное сочетание.

— Тая, запомни, — не эта, а та, другая блондинка, внезапно приблизилась и обхватила моё лицо руками. — Запомни: чтобы родить дочь, ты должна перестать воевать с Этьеном. Слышишь? Не сопротивляйся его силе. Он не такой плохой, как кажется. А сейчас возвращайся — у тебя слишком мало сил, чтобы здесь находится.

Я резко вынырнула из сна, будто из воды — с хрипом, словно захлебываясь.

— Тшшшш, — Этьен, склонившись надо мной, пытался меня успокоить и заодно привести в чувства. — Тая, что — то болит?

— Пить, — попросила я. — Можно попить?

— Воды! — рявкнул Этьен и тут же чья — то рука протянула запотевший стакан.

Подложив мне под спину подушку, Этьен внимательно наблюдал за тем, как я пью воду… а я с изумлением смотрела на нескольких человек, застывших у двери.

— Это Гийом и Жаннэт, твой новый лечащий врач и акушерка, которая также будет твоей компаньонкой на оставшееся время до родов. Илья и Настя останутся консультантами — но не больше.

— Этьен, — подал голос Илья от двери. — Я не думаю, что будет разумно…

— Мне плевать, что вы там думаете, — рыкнул Этьен. — Мою жену вы упустили.

— Но Таисия…

— Нет, — рыкнул Этьен. Повернувшись ко мне, он отрывисто произнес.

— Гийом считает, что тебе надо полностью изменить распорядок дня. Никаких волнений. Никакой работы. Пока ты ещё ослаблена — будешь выходить в лес на моих руках, окрепнешь — станем гулять под руку. Никакого вегетарианства — для тебя уже приготовили легкий говяжий бульон, и ты его выпьешь. Никакой независимости — будешь спать только со мной. Возражения?

Ещё не до конца прейдя в себя после странного сна, я лишь молча пожала плечами — так и не озвучив ни одно из своих возражений. Впрочем, только — только очнувшись после тяжелейшего приступа, я готова была пойти на многое, лишь бы подобное больше не повторилось.

Да и странный сон не шёл у меня из головы. Что, если Этьен и правда лучше знает?

Этьен

Родившись в семье Альфы, унаследовав силу и статус своего отца, я с детства приучался «править стаей», слушая и вникая в разговоры взрослых…

О взаимоотношениях людей и оборотней.

О работе на правительства.

И о том, что наша раса пусть медленно, но всё же вырождается.

Пока люди плодятся как кролики, чистокровные оборотницы беременеют редко, ещё реже донашивают.

Мы, Альфы, тратили значительные средства на исследовательские центры, строили больницы, куда на весь срок вынашивания младенцев помещались самки, давали какие угодно послабления беременным — но щенков по — прежнему рождалось мало. Я хорошо знал статистику…

…которая сейчас перестала быть просто сухими цифрами на бумаги.

Я боролся за своего ребенка.

Боролся за существование мальчика или девочки, оборотня или полукровки — мне уже давно было неважно, кто именно родится у Таи; главное, чтобы этот ребенок у неё всё же родился.

С момента, когда я нашёл свою женщину почти без сознания в туалете, во мне поселился страх потерять то немногое, что нас связывало. Ту частичку меня, которая должна была вскоре зажить своей новой жизнью. Главную часть моей будущей стаи — моего первого щенка.

С того утра, я больше не оставлял Таис ни на минуту, четко объяснив ей свою позицию.

На рассвете, когда Тая впервые вынырнула из своего беспокойного нездорового сна, она пыталась недолго сопротивляться, но я, взяв в ладони её бледное лицо — заставил посмотреть мне прямо в глаза.

— Я не проигрывал ни одной важной схватки и ни одного важного сражения, — мягко произнес я, потянувшись к Таис своей силой вожака, пытаясь одновременно подпитать и женщину, и ребенка. — Ты значительно слабее меня, а значит, будешь выполнять всё, что я скажу. Каждый мой приказ, каждое моё пожелание.

— Будешь опять… принуждать? — улыбнулась сухими, потрескавшимися губами Таис.

— Если будет надо — буду и принуждать. — Честно ответил я. — Потому что я точно знаю, что надо делать, чтобы сохранить нашего ребенка.

Я приготовился к робким возражением, недовольным взглядам, нервной дрожи, наконец… Но Таис просто кивнула и прикрыла глаза.

— Хорошо, — тихо произнесла моя пара. — Хорошо, если это так.

И с этого момента моя команда, отстранив врачей Кирилла, принялась за работу. Теперь я находился с Таис двадцать четыре часа в сутки, не только подпитывая своей силой ребенка, но и заботясь о его матери.

Упрямая женщина пыталась то сама дойти до туалета, то принять душ в одиночестве. Восхищаясь её независимостью, граничащей иногда с глупостью, я, в конце — концов, сумел достучаться до здравого смысла Таис. Моя женщина никак не могла понять, что обнажённое тело для оборотня — обыденное дело: оборачиваемся в зверей мы всегда без одежды, а потому стесняться меня просто глупо.

Не говоря уже о том, что жена не должна стесняться своего мужа.

В общем, я не придумал ничего нового: Гийом «прописал» Тае все те же старинные методы, которыми пользовались ещё наши предки: отдых, хорошее питание и подкормка ребенка отцом… И всё это медленно, но давало свой результат. Анализы Таис улучшались каждый день, а на щечках даже появился пока ещё бледный, но всё же румянец.

Моя пара как раз допивала свою вторую чашку бульона за утро, когда в нашей спальне появилась чета Баевых.

— Нам сказали, что вы уже принимаете гостей, — произнес Кирилл, намекая на мальчишку, который вчера пробрался к нам в спальню, чтобы поиграть с Таис в «море волнуется раз». В результате, они оба смотрели русские мультики, пока я занимался делами.

— Как ты себя чувствуешь, Тая? — спросила Настя, подходя к моей паре. — Сильно тошнит?

— После бульона — вообще всё прекрасно, — призналась Таис.

Я же выразительно посмотрел на Настасью.

— Этьен, я…

— Занята была, да? — усмехнулся я, стараясь не демонстрировать свою злость. За всё это время Настька так и не соизволила появиться, чтобы помочь моей паре.

— Этьен. — рубанул Серильо. — Есть причина.

— Я бы помогла Тае, если бы имела право это сделать, — с тяжелым вздохом кивнула Настя.

— Да ты что? — усмехнулся я, но мысленно сделал стойку. Настя не стала бы говорить просто так. И это вмешательство Луны в мои дела… Хотя