Охота на мух. Вновь распятый - Лев Златкин

Мир-Джавад с надеждой смотрел на эту далеко не святую троицу, дело было им затеяно нешуточное, и только эти люди могли ему принести успех или поражение, после которого смерть не заставит себя ждать.

План был продуман до мельчайших деталей. Хасан, одетый почтальоном, зашел в соседний подъезд, удавкой задушил консьержку, поднялся по лестнице на последний этаж и из окна подъезда стал наблюдать за домом напротив. По сверканию линз перископа он легко обнаружил на чердаке основной пост наблюдения.

Далее в игру вступили Сакс с Килем. Под видом слесарей-водопроводчиков они вошли в этот дом и осторожно подкрались к чердачной двери. Аккуратно просверлив ручным сверлом маленькую дырочку в двери, пустили усыпляющий газ. Через десять минут они одели кислородные маски и, отомкнув дверь чердака, вошли в помещение. Наблюдательный пункт был оборудован со всеми удобствами.

Сакс не удивился, увидев на столе гору выпивки и закуски, а в постели голую шлюху. Один из агентов спал с ней. Второй лежал на полу у перископа. Киль тщательно обыскав квартирку, обнаружил и третьего агента. Усыпляющий газ застал его лежащим в ванне.

— Слишком много воды набуравил! — подумал Киль, но вытаскивать труп из воды не стал, только проверил, действительно ли утонул.

Сакс тем временем связал двоих агентов и проститутку. Ее голое тело возбудило в нем желание, и он, недолго думая, тут же его удовлетворил. Когда «Киль» вернулся, он застал его еще в постели: Сакс отдыхал, положив голову в маске на грудь девчонки.

Киль проветрил квартиру и остался сторожить незадачливых агентов, предварительно приведя их в чувство, а Сакс отправился к Хасану. Вдвоем они шутя справились с охранниками второго поста. Те сами подошли к ним проверить документы. Это была их последняя проверка.

Спрятали трупы в подвале дома, благо замок был несложным. И отправились к домовладельцу.

Вся маленькая семья домовладельца была в сборе за обеденным столом. Когда перед ними, словно из-под земли, выросли двое в масках, все члены семьи застыли в самых нелепых позах: глава семьи лил из стакана вино на свой домашний костюм и не замечал этого, его сын остановил движение ломтя буженины у самого рта, челюсти не желали смыкаться, так он и смотрел — одним глазом на незваных гостей, а другим на ломоть, а отец домовладельца — одни мощи, застыл мраморным изваянием.

Хасан взял бережно из рук хозяина стакан и поставил его на стол:

— Пойдем, мудрейший, поговорим!

Но у домовладельца ноги стали ватными, а язык отнялся, ни встать, чтобы пойти, ни сказать о том, что не может этого сделать. Пришлось Саксу взять его, как кошка носит котенка, и отнести в соседнюю комнату. Хасан тем временем привязал остальных членов семьи к стульям, на которых те сидели, затем, вынув финку, коротко, но выразительно сказал: «тс-с!» — и провел тупой стороной клинка себе по горлу.

Мертвое молчание нарушалось лишь мелким дробным стуком челюстей сына домовладельца, у которого судорога челюстей сменилась их пляской. Хасан погрозил сыну кулаком, но пляска лишь усилилась. Хасан плюнул и пошел в соседнюю комнату допрашивать домовладельца.

Домовладелец сидел в кресле ни жив ни мертв.

— Дай ему хлебнуть из фляги, а то помрет не вовремя! — приказал Хасан Саксу.

Тот мгновенно достал из кармана флягу и прямо из горла плеснул хозяину в рот. И полумертвый, близкий к безумию домовладелец, как ни странно, хлебнув хороший глоток коньяка, вернулся к жизни, такое магическое действие, и мгновенно к тому же, оказало на него спиртное.

— Говорить можешь? — тихо спросил его Хасан.

— Могу! — прохрипел хозяин.

— Расскажи нам, только коротко, о своих жильцах: главное, кто к ним ходит, видел их, наверное, опиши внешность. Ну, поехали!

И Хасан включил переносной магнитофон. Домовладелец собрался с мыслями и начал:

— На шестом этаже…

Хасан его тут же перебил:

— О директоре гастронома можешь не рассказывать. О нем и о его жене мы знаем больше, чем достаточно.

— Как изволите! — покорно улыбнулся хозяин квартиры. — На пятом этаже живет известный издатель Гельд, у него патент на издание всех произведений Великого Гаджу-сана…

— О главном говори! — опять перебил его недовольно Хасан. — Кто на ком делает деньги или кто под кем, нас мало интересует. Связи — в первую очередь!

— Порочащих — никаких! К нему, кроме молоденьких девочек, никто не ходит. Эта квартира у него холостяцкая, приемы и банкеты он устраивает на своей вилле.

— Дальше!

— На четвертом этаже живет всем вам хорошо известный Маг.

— Неужели тот самый, знаменитый Маг? — удивился Хасан.

— Тот самый! Мы еще под стол пешком ходили, а он уже услаждал слух Отца земного шара. К старине Магу никто не ходит: женщины, потому что импотент, а мужчины, потому что скуп, рюмки не даст выпить, а слушать его воспоминания «насухую» далеко не каждый согласится.

— Дальше?

— На третьем этаже — Геор… Ну, этот вне всяких подозрений. Во-первых, он инвалид, наполовину парализован…

— На какую? — поинтересовался Хасан.

— На нижнюю… Он адвокат и один из лучших. Если к нему кто и ходит, так это ваши люди.

— Откуда тебе известно, что мы за люди? — неожиданно нарушил свое молчание Сакс.

— Боже мой, так все просто: таким образом проникают в квартиры лишь бандиты и инквизиция, простите за сравнение.

— Мы никакого отношения к инквизиции не имеем! — твердо заявил Хасан. — Воздержись от оскорблений.

— Извините, мне так показалось. Но все равно, адвокат вне всяких подозрений: вы даже не представляете, какое высокопоставленное лицо ездит к нему.

— Какое?

— Мне запрещено думать об этом!

— Я снимаю с тебя запрет только на молчание: можешь не думать, но говорить обязан, — и Хасан ласково похлопал хозяина по щеке.

— Но с меня за это снимут шкуру! — взмолился домовладелец.

Хасан достал и раскрыл, нажав на пружинку, нож, этот впечатлял лучше финки.

— Это еще бабушка на двоих сказала, а цыплят по восемь считают.

Хасан часто путал пословицы, тем не менее уверенно их применял, а тот, кто осмеливался смеяться над ним, хорошо смеялся в последний раз.

— Я так вас понимаю, что это далекая перспектива, а в настоящем это сделаете вы? — забормотал хозяин квартиры и дома.

— Умница!

— Я вам скажу, только вы поклянитесь меня не выдавать.

— За наш язык можешь не беспокоиться.

— Я тоже буду молчать.

— Только после того, как скажешь нам имя.

— Его высокопревосходительство Гимрия!

— И часто он здесь бывает?

— Два-три раза в неделю!.. Да, внизу его люди! — спохватился домовладелец.

— Их уже нет! — Хасан спрятал нож, увидев, что домовладелец побледнел от ужаса. — Твоя жизнь в безопасности, если будешь молчать и… поможешь нам, окажешь услугу: проводишь к Геору и скажешь несколько слов… Сигнализация у него есть?

— Какие-то люди приходили с проводами.

— Ладно, это наша забота. Сакс, займись этим!

— А что мне сказать своим?

— Лучше ничего не говори: молчание — золото, а слово — разменное серебро…

«Я говорю: поступайте по духу и вы не будете, исполнять вожделений плоти! ибо плоть желает противного духу, а дух — противного плоти: они друг другу противятся, так что вы не то делаете, что хотели бы. Если же вы духом водитесь, то вы не под законом… Плод же духа: любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, кротость, вера, воздержание. На таковых нет закона».

Но не мог домовладелец поступать по духу, когда страх плоти, ужас перед лицом смерти, что таилась под этими двумя масками, гнали его на третий этаж впереди этих страшных людей.

— Кто на втором этаже живет? — по пути спросил Хасан.

— Жильцы только что выехали, квартира второй день пустует, так что, если у вас есть хорошие кандидатуры, милости прошу…

— Наши кандидаты получают постоянную квартиру, — грубо пошутил Хасан.

Домовладелец съежился. У двери квартиры Геора Сакс сидел на корточках, словно брошенный огромный пес. На молчаливый вопрос Хасана спокойно кивнул головой, мол, все в порядке, линия связи ликвидирована. Домовладелец позвонил в дверь.

— Какого черта? — грубо спросил голос Геора из скрытого над дверью динамика.

Домовладелец залепетал подсказанные и отрепетированные слова:

— Прошу прощенья, сеньор адвокат, в вашей квартире протекает труба, вода заливает второй этаж, откройте, пожалуйста, мы отнимем у вас не более десяти минут.

Дверь распахнулась, и домовладелец вместе с агентами Мир-Джавада вошли в квартиру.

Хасан был ослеплен роскошью обстановки, но Сакс привычно скользнул за портьеру, отделяющую гостиную от кабинета, где слышалось недовольное покашливание. И вовремя. Через секунду выкатилось кресло-каталка, в котором важно восседал Геор. Увидев рядом с домовладельцем человека в маске, Геор мгновенно выхватил пистолет, но Сакс слегка ударил его по шее ребром ладони, и Геор обмяк, расплывшись в кресле, а пистолет выпал на пол. Сакс увез его обратно в кабинет, из которого он выехал. Хасан проводил хозяина обратно в его квартиру и там крепко связал, предупредив красноречивым жестом, рукой по горлу, чтобы не шевелился, а не то, в случае попытки вырваться, им всем перережут глотку. Затем позвонил от домовладельца на специально нанятую Мир-Джавадом квартиру, там его звонка уже ждали. Хасан произнес только одно слово; «зет!» И, повесив трубку, поднялся к Саксу.