Гремландия - Николай Покуш

– Я, кажется, знаю. Вас спасли, не так ли? Гремлины. Они удивительные существа, не правда ли?

– У тебя, я смотрю, тоже есть парочка, – сказал Кит. – Весьма интересной наружности.

– Ох, да, это особенная порода.

– Демоническая?

Данте уставился на него с интересом, затем его губы расплылись в улыбке:

– Да, именно так. Это племя называет себя сихилла, что переводится на наш язык вполне банально – страх. Они мои верные слуги и очень преданные.

– Ты врешь им, Данте. Твоя власть узурпирована и построена на лжи.

– Действительно? На какой же, позволь узнать?

– Они служат Алантису, а не тебе. Ты обманул их, назвавшись Алантисом, их Богом.

– Не стоит утверждать того, о чем так мало знаешь, Трент.

– Ты не демон. Простой человек всего лишь.

– Да, но очень скоро им уже не буду. Видишь ли, Трент, я не врал им. Я действительно стану Алантисом.

– Собираешься добровольно впустить в себя демона? – спросила Сибил с отвращением. – Хочешь стать одержимым?

– Одержимость, это термин демоноборцев. Мне он не слишком по душе, но фактически вы правы, мисс Мортон.

– Это безумие.

– Вовсе нет, – сказал вдруг Кит. – Ты взгляни на него. Он болен. От такого недуга нет лекарства, верно? Он не из нашего мира. Я уже такое видел, однажды, очень давно. Ты гниешь изнутри, разлагаешься заживо. Кто наградил тебя такой заразой? Я бы на твоем месте написал на тот бордель жалобу.

– Забавно, мистер Трент, очень забавно, – закивал Данте. – Если вам действительно интересно, меня проклял мой конкурент по бизнесу. Я был успешнее, однако у него имелись связи в определенных кругах, и он достал артефакт, способный сделать подобное с человеческим телом. Он обещал обратить процесс вспять, когда я продам ему свою компанию и уйду из дела. Я выполнил все условия, однако оказалось, что он лгал, и нет возможности излечиться. Я, конечно же, отказался в это поверить, и почти год потратил на поиски спасения. Но мне действительно не смогли помочь ни в одной части света. Ни Годвины, ни шаманы с Младшего Материка, ни, кто бы то ни было еще. Нашлись лишь средства замедлить болезнь, что дало мне чуть больше времени на поиски, и только.

– Мне было бы жаль тебя, серьезно, – сказал Кит. – История заслуживает сочувствия. Никто не должен так страдать, это ужасно. Но то, что ты начал творить потом, лишило меня всякой жалости по отношению к тебе.

– А какой у меня выбор? Сгнить заживо? Или пустить себе пулю в лоб?

– Ну, конечно, стать вместилищем древнего кошмара – перспектива куда приятнее.

– Не тебе меня судить, Кит Трент. Не ты ли всегда делал все возможное, чтобы выжить самому? Неужели, окажись ты на моем месте, не использовал бы любой шанс?

– Скажи мне только одно. Рисовать подобное, – Кит кивнул в сторону картин, – ты стал до или после присяги Алантису? Просто хочу понять, всегда ли ты был больным уродом, или только после того, как начал поклоняться Кошмарам, твоя крыша поехала?

– Ты так и не понял, Трент? Я всегда поклонялся Кошмарам. С двадцати лет состоял в секте Дилиуса. Однако, когда меня постиг этот недуг, хозяин отказался спасать меня. Продав бизнес, я лишил секту значительного притока денег, и они отвернулись от меня.

– Это объясняет, почему ты не обратился в Университет за поиском лекарства, – вдруг подала голос Сибил. – Боялся, что твою связь с сектами раскроют, и участь тебя будет ждать еще хуже этой.

– Вы определенно правы, мисс Мортон, однако теперь я понимаю, что Университет, как и все остальные, не смог бы мне помочь. Нет, мой единственный шанс был: найти спасение по ту сторону, найти нового покровителя. И однажды, блуждая по Кошмарам, я наткнулся на них. Этих гремлинов. Сихилла. Я вытащил их из Кошмаров, где они были заперты много лет, помог вернуться домой.

– Но как ты смог открыть врата в Гремландию? – удивился Кит.

– Для опытного мастера, годами практикующего взаимодействие с Кошмарами, обучиться новому взаимодействию было лишь вопросом времени. Учитывая, что эти гремлины довольно неплохие учителя, у меня ушло на это всего пара гексалов. В благодарность они и рассказали мне про ритуал, дали карты замка Рунароков и его месторасположения, словном все, что смогли вспомнить. Но этого хватило для того, чтобы собрать экспедицию и отыскать Сердце Алантиса. Очень скоро древний кошмар вернется к жизни. Рунороки чуть не сделали это несколько сотен лет назад, но тогда им помешали. В семье случился раскол, и те, кто не поддался власти артефакта, смогли остановить тех, кто ему преклонился. Правда, это и им самим стоило жизни. И на многие годы замок Рунорок был оставлен. Никто не выжил, чтобы указать нам, где его искать.

– Гремлины выжили, – напомнил Кит.

– Да, но те, кто был изменен Кошмарами, после раскола оказались заперты на другой стороне и уже не могли возвратиться обратно. Ну, а другие... – Данте махнул рукой в сторону Бартоломео, Линдси и остальных, сбившихся в кучку гремлинов. – По всей видимости, они остались жить там, верные своим прошлым хозяевам, Рунарокам, пока не встретили вас. Как поразительно, не правда ли? Потомки некогда единого племени снова встретились здесь. Трудно поверить, что у них одни предки, но это так.

Данте хотел добавить что-то еще, но вдруг согнулся и снова страшно закашлял.

– Уверен, что дотянешь до завтрашнего вечера? – спросил язвительно Кит, когда Данте снова сплюнул кровью на платок.

– Не волнуйтесь, мистер Трент, дотяну. А для чего же вы явились в мой дом, позвольте спросить? И как вам удалось его отыскать?

– Что тут сказать. Не тех людей ты решил подставить и бросить умирать, Данте.

Старик хмыкнул:

– Какая самоуверенность. Хотя, надо признать, вы действительно зашли очень далеко. И все ради чего? Ради мести, ради справедливости? Захотели прикарманить артефакт себе или... ах, ну да, как же, вы, наверное, пришли, чтобы мир спасать, так?

– Всего понемногу.

– Прекрасно. Но что-то у вас пошло не так, где-то чудный план дал трещину.

–