Призрак - Кэт Блэкторн

большего. Чего-то, что не хотело пачкать руки. Я положил ладонь на плечо Дракона, чтобы остановить кровотечение.

— Я в порядке. Не позволяй стае увидеть меня таким, черт возьми.

— Истекаешь кровью и все еще беспокоишься о том, что о тебе подумает стая волков? — спросил я, накладывая свою тьму на рваную рану и используя свой яд, чтобы вытянуть желчь демона. Дракон зашипел от боли.

— Он всегда был тщеславным ублюдком, — заметил Волк, прежде чем наброситься на беглеца и яростно потрясти его, пока тот не прекратил свою бесполезную борьбу. Затем все стихло. Волк расслабился и подбежал к нему, тень тянулась за ним.

— Теперь им конец. Пойдем домой. Нам нужно многое обсудить.

Я закатил глаза.

— Конечно, мам.

Оникс застонал и сел.

— Это напомнило мне, что я собираюсь убить тебя, Призрак. Куда подевалось: «

Никому нельзя трогать ее? Она заслуживает лучшего. Я не претендую на нее?».

Низкий рык раздался из массивного, покрытого шерстью горла Вольфганга.

Я недоверчиво посмотрел на них обоих, возвращаясь в человеческий облик.

— Меня это не касается, если вы ожидали, что демон скажет правду.

Их ответное рычание вызвало у меня смешок, когда я направился к брошенному пикапу под ближайшим деревом. У Волка были припрятаны по всему городу вещи на случай, если ему нужно будет переодеться. Мы перебрали кучу джинсов. Я натянул пару, которая была мне немного просторна, и надел черную толстовку с капюшоном. Волк присоединился ко мне и молча сделал то же самое, только не надел рубашку.

— Если бы вы двое не были так нетерпеливы размахивать своими волчьими штуками каждый раз, когда появлялся демонёнок, то не остались бы с голыми задницами в лесу, — проворчал Оникс. Он посмотрел на небо, схватившись за плечо. Я задавался вопросом, скучал ли он по своему дому, по своим родителям, кем бы они ни были. Оникс рожден бессмертным, а не сотворен, как я. Его сила была глубоким и неиспользованным источником, как и его разум.

— Потребуется несколько часов, чтобы боль утихла, — сказал я. — Я удалил большую часть яда, но эти порезы — сущая дрянь, даже для бессмертного.

— Все заживет быстрее, если ты предложишь мне немного крови. Что скажешь, щенок?

Волк оскалил зубы. Стоя в полный человеческий рост, он все равно был больше нас с Ониксом. Он завязал свои длинные волосы в низкий хвост на затылке.

— Самый сильный, да? Что ты там говорил перед тем, как тот мелкий демон надрал тебе задницу?

— Может вы двое прекратите? — перебил я. — Нам нужно обсудить ситуацию и разобраться, что, черт возьми, происходит. Дай ему то, что нужно, Вольфганг.

Раздраженно вздохнув, Волк подошел к самодовольному Ониксу, который слегка побледнел от яда, что делало его еще более похожим на вампира, чем когда-либо.

— Шею, пожалуйста, дорогуша.

Волк слегка наклонился, когда Оникс обнял его за широкие плечи.

— Только сделай это быстро, без всяких удовольствий от посасывания.

— Но это единственное, что я знаю, — усмехнулся он, прежде чем приблизиться с молниеносной, хищной скоростью. Его клыки вонзились в шею оборотня, который застонал от удара.

Жадно глотая кровь, словно пиво, он оторвался от нее через минуту. Вытерев рот тыльной стороной ладони, он одарил Волка легкой ухмылкой.

— Спасибо, чувак.

Волк провел рукой по волосам.

— К черту это похотливое вампирское дерьмо. — Его возбуждение было заметно даже сквозь свободные серые спортивные штаны.

— Я бы позаботился об этом, — промурлыкал Оникс. — Но ты сказал, сосать без всякого удовольствия.

Вольфганг поправил свой член и, пыхтя, направился в лес по направлению к городу.

— Пошли, засранцы.

* * *

Когда мы вышли на городскую площадь, как будто это была наша собственная гребаная гостиная, что с таким же успехом могло быть и спустя двести лет, я остановился. Не мог почувствовать Блайт, если только дым от моей сигареты не касался ее лица, я не ощущал ее эмоций. Что чертовски раздражало меня. Я мог чувствовать каждого человека в этом городе: где он был, с кем, за исключением нее. Просто еще один побочный результат того, что мои способности истощались. К счастью, они возобновились с новой силой, теперь еще более могущественные. Тот факт, что я все еще не чувствовал ее присутствия, мягко говоря, раздражал. Но с площади я должен был бы почувствовать ее вкус.

— Блайт нет в «Крови ягненка». Она в «Фенрире»? — спросил я.

Вольфганг и Оникс обменялись встревоженными взглядами. Вольфганг потер шею, массируя две свежие колотые раны.

— Послушай, чувак, мы были в самом разгаре сражения. Я знал, что ей нужно убраться в безопасное место, но также понимал, что мне нужно было вернуться, чтобы помочь вам, тупицы.

— Где она? — прорычал я, почти дрожа. Озлобленный.

Моя

собственность.

— Я приказал фамильяру Блайт отвести ее в безопасное место. Мне казалось, он выберет «Кровь Ягненка», но если он не отвел ее в церковь, значит, нашел место более безопасное.

— У Блайт нет фамильяра. Она не чертова ведьма или демон. Ты себя слышишь? А что, если это был переодетый демон-оборотень? — меня охватила паника.

Вольфганг вздохнул, прислонившись голой спиной к белой березе, на которой я проспал всю прошлую неделю.

— У нее есть фамильяр. У меня не было времени останавливаться и обдумывать ситуацию, но мои инстинкты оборотня подтвердили это. Я умею отличать хороших животных от плохих, и у нее, пожалуй, самый лучший фамильяр, какой только может быть. Это Ворон. Ты его знаешь.

— Ворон? Странная птица-полукровка? — Оникс усмехнулся. — Безумец из домика на дереве?

— Они хорошие птицы, — тихо ответил Вольфганг. — И вороны не заводят дружеских отношений с кем попало, если только она не могущественная...

— Она

не

чертова ведьма. Я бы почувствовал это. Любой из нас почувствовал бы.

Челюсть Оникса напряглась, и он засунул руки в карманы.

— Что мы бы

почувствовали

в ней?

Между нами повисло молчание. Ничего. Мы ничего не почувствовали. Что было ненормально.

— Это потому, что я на нее претендую. Вот почему злые силы издеваются над ней. Все для того, чтобы добраться до меня.

— Еще до того, как она приехала в город? — спросил Вольфганг, приподняв бровь.

— Возможно. И где же она сейчас?

— Как ты думаешь? — его взгляд скользнул по мне.

Мое сердце упало.

— Ты, должно быть, издеваешься надо мной.

— Я знаю, ты ненавидишь эту старуху, но ты не можешь отрицать, что Блайт с ними в безопасности, — тихо ответил Вольфганг, глядя в землю. От высокой температуры его тела исходил пар, из-за чего казалось, что он испускал клубы дыма.

— Ворон, наверное, работает на Марселину, ты об этом не подумал?