Владычество 1 - Рэнди Алькорн

и выяснил, что Муки действительно не назовешь заметной фигурой, но он не просто любитель поп-музыки. Он помешан на «Роллинг Стоунз» шестидесятых.

— Я все еще уверен, что он говорит правду, — сказал Кларенс. — Вы так не считаете, Олли?

— Да, я тоже склоняюсь к этому. Его рассказ выглядит достаточно убедительным. Но точку зрения Мэнни я тоже не сбрасываю со счетов. Как бы там ни было, капитан не хочет, чтобы мы переступили границы дозволенного в отношении латиноамериканских банд. Мы не можем подозревать людей только потому, что они — мужчины-латиноамериканцы за рулем старого «Шевроле». Нам следует быть осторожнее.

Мэнни и Кларенс сверкнули друг на друга глазами.

— В любом случае, — сказал Олли, — я собрал вас обоих, чтобы рассказать о том, что я сделал сегодня утром с нашей «ХК-53». Я взял ее с собой на стрельбище и переключил в режим автоматической стрельбы. Перед этим я купил на одной из тех выставок, о которых упоминал Маккамман, магазин на сорок патронов, — Олли указал на торчащую из винтовки длинную железку, — я его опустошил меньше, чем за четыре секунды, как мы и предполагали.

— У вас серьезный подход к работе, — сказал Кларенс.

— Я люблю все пощупать сам.

— Ты что-нибудь выяснил? — спросил Мэнни нетерпеливо.

— Всегда можно узнать что-нибудь новое. И все, что ты узнал, может пригодиться в дальнейшем. Эти парни точно не голодают, потому что такая винтовка — не для простых смертных. Хорошие новости состоят в том, что это — не пистолет, который можно спрятать в кастрюле или под подушкой. Если мы застукаем этих ребят на чем-то другом — например, на торговле наркотиками — и винтовка все еще будет у них, то спрятать ее будет нелегко. Если мы обнаружим «ХК-53» в руках какого-нибудь плохого парня, то он — наш.

— А в чем плохие новости? — спросил Кларенс.

— Практически в том же самом. Насколько мы можем судить, в Портленде и вообще в Орегоне никогда не было ни-

217

одного преступления, в котором высаживали целый магазин из «ХК-53». Маккамман был прав. Это оружие нетипично для бандитов. Его на улицах не увидишь. Надеюсь, что оно еще раз проявится где-нибудь, чтобы мы могли напасть на след. С другой стороны, я не очень-то хочу, чтобы оно проявлялось.

— Почему? — спросил Кларенс.

— Эта винтовка — чудная вещица. Стрельба из этой малышки производит на тебя такое впечатление, что, воспользовавшись ею один раз, ты вряд ли удержишься, чтобы не использовать ее повторно. И каждый раз, когда ее кто-то использует...

— Кто-то должен умереть, — закончил фразу Мэнни.

— Да, — Олли покачал головой и стал вышагивать по комнате. Кларенс взял винтовку со стола, приложил ее к плечу и нажал на встроенный в приклад тумблер включения фонаря. На стене появилось пятно света, на фоне которого контрастно просматривался прицел на конце ствола. От ощущения силы этого оружия сердце Кларенса учащенно забилось.

— Миссис Бернс не видела света фонаря, — сказал Олли, — наверное, убийца не хотел привлекать к себе внимания. Или же его винтовка не была оснащена фонарем, — Олли опять стал беспокойно расхаживать взад-вперед, — но кое-что мне не дает покоя.

— Что именно? — спросил Мэнни.

— Тебе нужны «АК», «УЗИ», «МАК-10» или «ТЕК-9»? Нет проблем. Зайди в любой грязный, захолустный бар в Портленде и заведи разговор о своем желании. Через минуту кто-нибудь шепнет тебе на ухо, что знает одного парня, который за пятьсот баксов может продать тебе то, что нужно. Или же можно просто обратиться по копеечному объявлению в газете.

— Но автоматическое оружие незаконно. Правильно? — спросил Кларенс. Он заметил ухмылку Мэнни.

— Да, так же как и уклонение от уплаты налогов и проституция, — ответил Олли. —- Купить или продать полуавтомат довольно просто, а затем его можно переделать в автомат со спусковым рычагом. Оружейные магазины продают автоматическое оружие по специальным разрешениям. Таким образом, автомат можно сделать или из другого оружия, или купить его на улице, или украсть в оружейном магазине. Кроме того, некоторые парни делают его сами. Но, даже имея пачку денег, заработанную на продаже героина, никто не захочет выкладывать за «ХК-53» сумму, в пять-шесть раз превышающую стоимость

218

любого другого автомата. И к тому же, такую винтовку еще нужно найти, что, скорее всего, сделать бы не удалось.

— И что же это значит для нашего расследования? — спросил Кларенс.

— Если это убийство — действительно дело рук бандитов, то винтовку они, скорее всего, украли или же купили краденую. Но новую «ХК-53» ни один бандит не купит. Я передал запрос в полицейскую сводку, может, удастся что-нибудь узнать. И еще... Не исключено, что «ХК-53» воспользовался тот, у кого есть законное право на владение такой винтовкой.

— И кто же это?

— Я позвонил на «Хеклер и Кох». Должен сказать, список небольшой. Во-первых, это морская пехота.

— Вы хотите сказать, что мою сестру застрелили морские пехотинцы?

— Конечно же, нет, — сказал Олли, — просто я говорю о том, что они используют такие винтовки. Потом идут команды СГБР и другие полицейские подразделения с доступом к ведомственному оружию.

Кларенс поднял брови. Его удивило, что Олли мог выдвинуть подобное предположение. Полиция, совершающая преступление. Наверняка, такие прецеденты уже бывали.

— Но такое оружие хранится за семью замками, — сказал Олли. — Видели бы вы, через что мне пришлось пройти, чтобы выпросить на один день эту винтовку. Это тебе не девятимиллиметровая пушка, которую ты вечером приносишь домой и кладешь в ящик комода. Получить доступ к «ХК-53» — большая проблема. Достать ее нелегко даже матерому полицейскому.

Кларенс рос в Миссисипи пятидесятых-шестидесятых и мог многое рассказать о том, что может достать матерый полицейский. Но он промолчал.

—