Мертвое солнце - Александра Христова

— Но я правда создавал только иллюзии! — задергался я, пытаясь освободиться. Ага, сейчас! Связали меня на совесть. — Я всю ночь не спал, чтобы успеть все подготовить!

Эльфы переглянулись.

— Ночью, говоришь? — задумчиво потер ссадину на подбородке Раилиар. — А случаем лунный свет на твои… художества не попадал?

— Откуда я знаю?! — взвыл я. Клыкастики дружно передернули кончиками ушей и поморщились. Ну да, ору я громко… — Я что, следил за этим? Сделал ловушку — и дальше пошел. Мне некогда было разглядывать, падает на них свет или нет.

— Тогда это многое объясняет, — протянула Саила. Наткнувшись на мой недоуменный взгляд, она пояснила: — Свет Мертвого солнца своеобразно действует на творимую магию и уже наложенные заклинания. Я сама, когда мне было двадцать лет, случайно оставила на ночь в коридоре простенький амулет личной защиты. А утром обнаружила такое…

— Подожди, подожди, — вскинулась Гэре. — Мам, ты сейчас не об амулете правды говоришь? Ну, о том, который считается реликвией нашего рода?

— Именно о нем, — весело подтвердила старшая эльфийка, оскалив кончики клыков.

— Так, стоп. Объясните для чайников. В том, что мои простенькие иллюзии трансформировались в полноценных фамилиаров… — тут я скосил глаза на Миледи, которая свернулась клубочком на моих коленях и закуталась в крылья так, что наружу торчали только кончики ушек. Не знал, что летучие мыши умеют так изгибаться. — …Моей вины нет?

— Нет! — хором ответили мне. Уф, ну и слава богу! А то я думал, что меня в порыве исследовательского вдохновения на атомы развеют…

— Тогда, может, освободите? — снова поерзал я. Ушастые родственнички дружно хмыкнули, переглянулись и, встав с насиженных мест, отошли на несколько шагов. Не понял… Эй, что за дела? Меня что, собираются оставить на ночь привязанным к этому столбу? Судя по ехидным клыкастым улыбочкам — да. Вот гады! Хотя нет, они — эльфы, и этим все сказано.

Проигнорировав мои изумленно-возмущенные вопли, Аторре, хором пожелав мне спокойной ночи, шустро утопали из холла, так и оставив меня привязанным, аки Прометей к скале. М-да. Ну и что мне делать? Бросив взгляд на проснувшуюся и настороженно глядящую на меня Миледи, я тяжко вздохнул. Мышка те тряпки, которыми меня привязали, будет грызть явно не один час — все-таки эльфийская ткань очень крепкая. Но и сидеть здесь до утра мне что-то не улыбается. Эх, вот если бы как-нибудь перерезать зачарованную веревку…

Внезапно Миледи, как-то странно сморщившись, чихнула… и из ее пасти вырвался небольшой, но заметный язычок огня, подпаливший мне рубашку. Я в обалдении уставился на прожженный рукав, а затем ме-е-едленно перевел взгляд на не менее изумленно взирающую на результат своего чиха Миледи. Это что же получается, у меня фамилиар — голубая огнедышащая разумная летучая мышь?!

Абзац. Одно слово — абзац. Интересно, у меня хоть раз в жизни получится именно то, чего я хочу? Или все так и будет с переподвывертом?

— Миледи, а можешь веревку пережечь? — поинтересовался я на всякий случай. Мышка скептически оглядела «веревку», что-то прикинула в уме и кивнула, перебираясь поближе. Дожил — разговариваю с голубой летучей мышью. И самое главное — мышь мне отвечает. Будь я в своем родном мире — уютная комнатка без окон и с мягкими стенками была бы мне обеспечена.

Мышка прицелилась и чихнула еще раз. Маленький язычок огня, гораздо меньше предыдущего, подпалил веревку, следующий огненный чих пережег скрученные тряпки наполовину. А вот чихнув в четвертый раз, Миледи выдала вместо огня небольшой клуб черного дыма. Раскашлявшись (у меня явно ненормальная летучая мышь, обычные мыши не умеют кашлять!), Миледи отползла подальше, всем своим видом показывая, что сделала все, что могла.

— Что, напалм закончился? — нервно хихикнул я и, не обращая внимания на возмущенный писк, принялся изо всех сил дергать веревку. Мои усилия увенчались успехом — веревка лопнула, и я, едва не впечатавшись носом в собственные колени, оказался на свободе. Осторожно встал, разминая затекшие конечности, почесал пальцем подставленный животик вновь усевшейся на левое плечо Миледи и пошел… на кухню, конечно же. Я целый день не ел, а потом перенервничал, от взбесившихся эльфов бегаючи, — надо же восполнить утерянные калории. Только прежде заглянул в кладовку неподалеку, за краской, и старательно вывел на стене огромными буквами: «Свободу попугаям!» Думаю, до ушастых дойдет, чего я от них хочу. И от оставшихся ловушек они будут избавляться самостоятельно. Сами довели меня до такого состояния? Сами. Вот сами пусть и разбираются!

А в пищеблоке собрались все люди, обитающие в замке, то есть близнецы, Нуб, Вей, Лиир и Цеас. Они что, целый день тут сидели? Завидую. А что — тепло, безопасно, да еще и вкусно накормят.

Впрочем, не только накормят… По-моему, повар вытащил из загашника бочонок элитного вина. По крайней мере, пьяные в дрова близнецы, дружно горланящие что-то Лиир и Вей, посапывающий в тарелке с каким-то рагу Нуб и подозрительно веселый Цеас однозначно наводили на мысль о том, что выпито было немало. Да и большая, темно-красная лужа на полу, откуда доносился специфический запах — варвары! такое вино разлить! — присутствовала.

Убедившись, что я могу хоть взорвать весь замок, и на меня никто не отреагирует, я утащил несколько булочек, большой кусок копченого мяса и глиняный запечатанный кувшинчик с вином. Так вот чем они упились — коллекционным вином, перешедшим ко мне от хозяйки! С-с-с… Да как они посмели залезть в мои — мои — погреба?! Но ругаться сейчас смысла не имеет — все равно меня не поймут.

Кровожадно пообещав самому себе разобраться с этими алкоголиками и незаметно покинув кухню, пошел к себе в комнату. Кстати, по дороге мне не попалось ни одного бессознательного эльфа. Видимо, их растащили по комнатам. Что ж, мне же лучше — не будет повторения недавнего «избиения младенцев». И под младенцами я подразумеваю отнюдь не ушастых!

Зайдя к себе в комнаты и удобно устроившись на гигантской кровати, я соорудил монументальных размеров бутерброд и принялся ужинать, периодически смахивая крошки на пол.

Мордочку Миледи, когда она понюхала предложенный ей кусочек мяса, надо было видеть! Брезгливое недоумение, смешанное с осторожным любопытством. Мол, что это такое и не убежит ли в самый неподходящий момент? Но в конце концов мышка рискнула попробовать угощение.

В общем, половину прихваченного мяса мне пришлось пожертвовать «в пользу голодающих». Зато в итоге Миледи напоминала небольшой, покрытый пушком голубой шарик с ушками, крылышками и лапками. И куда в нее столько влезло?