Бессмертные (СИ) - Катерина Мороз

победно зацокал языком увидев мое смятение. Он упивался своей властью над нами и нашим вниманием, жизнь в тени сделала его жадной до простой болтовни. Ланселот рядом стоял в сильном напряжении, ему не терпелось покончить с нами, но он не смел перечить брату.

— Девушка не знает, верно? Тогда расскажу. Почти двадцать пять лет назад к нам приезжала делегация вампиров. Алкост Гортер, Милуш Ронстер, Демиан Шин. Мы, конечно, мало знаем о вампирах, но стараемся соответствовать статусу самых влиятельных людей в стране. Так вот, у Алкоста Гортера не было братьев, ни одного, а у Демиана Шина была лишь сестра и та давно сгинула. А вот у Милуша Ронстера целых два брата и красавица сестра, так люди в вашем мире говорят. Только вот незадача, как проверить родство? Пришлось поднять архивные портреты, сходство оказалось очевидным. Самый младший королевский принц лично пожаловал в наше логово.

Самый младший королевский принц.

Я сделала все возможное, чтобы мое лицо не вытянулось в удивленное «о», но Галемиру все равно хватило моего хмурого и задумчивого выражения лица, чтобы потешить свое самолюбие. Да, он меня удивил, да, вампир мне этого не сказал. Не скажу, что он меня обманул, скорее намеренно умолчал.

— Чем занимается твой отец? — спросила я, стараясь отвлечься от невеселых мыслей.

— Он, хм, весьма уважаемый вампир в стране.

— Не совсем тот ответ, на который я рассчитывала, — недовольно пробурчала я.

— Мой отец, Арвин, занимается политикой, — мягко добавил Анзель, чувствуя мое напряжение, — Я пошел по его стопам.

— Ну-с, карты раскрыты, пора заканчивать разговор, — Галемир замер, а толпа бездушных синхронно качнулась, словно сам Галемир еще не был уверен с чего ему начать. Меня поразило как они синхронны, — бездушные, Галемир полностью управляет их волей.

— Ты болтал о чем угодно, кроме меня, — мой голос уверенным набатом разрезал воцарившуюся на мгновение тишину. Лицо Галемира стало жестким, ему претило, что я не боюсь его, что смею разговаривать с ним как с равным.

— И что же ты хочешь знать, моя дорогая?

— Зачем тебе я.

Хотя я уже понимала, что происходит, понимала, что являются лишь средством для достижения цели, но только наше с ним затянувшееся общение отделяло нас от бойни.

— Из-за твоего бессмертия конечно же! Неужели ты так до сих пор и не поняла? Моя формула и твоя кровь превратит меня, — он сделал паузу.

— В меня? Обычного человека, но бессмертного? С силами вампира, но без их жажды крови? Вижу, что ты уже почти добился этого. Неужели тебе мало?

— Добился?! — рявкнул он, — Мне все еще нужна кровь для поддержания жизни, и я не могу выходить на свет! Да, я многого добился! Но мне всегда будет мало! Моя проблема, что ты и твоя сестричка почему-то выжили! Но ничего, скоро мы это исправим и тогда…

— Ошибаешься, Галемир, у живущих вечно самая главная проблема — безумие. И ты болен ею, Галемир. Сколько душ было загублено по твоей воле? — перебил его вампир. Голос Анзеля прозвучал успокаивающе. Он говорил так, будто нам не грозит смертельная опасность, а он тут главный кукловод.

Я с отчаянием покосилась на возлюбленного. Да, он был невероятно спокоен, как скала во время чудовищного шторма.

Бездушный лениво пожал плечами. Он не был жестоким, он был… равнодушным. Чужая жизнь не имела для него значения.

— Цель оправдывает средства.

— Это были последние твои злодеяния.

— Да что ты? И как ты мне помешаешь, мальчишка?

Мне не следовало удивляться, как стремительно он двигается, но я по-прежнему поражалась этому. В мгновение ока он подскочил, выпрямился и оказался позади Галемира. Толпа бездушных мгновенно среагировала, как темная волна они бросились на Анзеля, протяжно завыв. Я отчаянно закричала, не зная, что делать, но в то же мгновение показались другие вампиры. Двое, трое… Кажется их было семеро. Семеро озлобленных, ненавидящих алхимиков и бездушных вампиров. Вой и крики переплелись с жуткими звуками разрывания тел, булькающей крови. Мелькнуло лицо Джастина. Мадлен! Она была с ним! Значит может быть тоже в опасности! Я испуганно огляделась и бросилась в сторону.

— Куда! — рявкнул Ланс, который вдруг оказался слишком близко ко мне. Его крепкая рука неестественно белого цвета вцепилась мне в шею и рывком оторвала меня от земли. Его черные от ненависти зрачки закрыли голубую и нежную радужку глаз. Мои ноги отчаянно искали опору. Я захрипела.

— Не уйдешь, мерзкая тварь! — выплюнул он оскорбление, — Я убью тебя, убью просто так, назло всем!

Ни за что! Хотела сказать я, но это было невозможно. Я сконцентрировалась на своей силе, которая росла во мне с каждым часом после избавления от амулета. Я могла быть сильнее его! Могла!

Отпусти меня.

Его зрачки на мгновение сжались, открывая голубизну его глаз, которой я так всегда восхищалась, затем снова расширились и его пальцы разжались. Я рухнула на колени, оторопев от неожиданности, что все получилось.

Внезапно и как всегда невероятно быстро появился Анзель. Его крепкие руки схватили Ланса за голову, и он прошипел, с такой ненавистью, что мне стало даже дурно от страха:

— Ты больше никогда не посмеешь причинить никому боль, чудовище.

Жесткий. Отчаянный. Невероятный. Будто Анзель ждал всю жизнь, чтобы сделать именно это. Он открутил Лансу голову. Сначала мне показалось, что он не сможет, но потом послышался мерзкий звук ломающихся костей и лопающихся сухожилий. Голова Ланселота покатилась в сторону, а тело рухнуло в сторону. Крови не было, будто ее там и не было, а кожа потрескалась, как старая краска.

Я не знаю, что увидел на моем лице Анзель, но я увидела на его ужас, когда он смотрел на меня. Наверно он тоже увидел ужас. Ведь я действительно ужаснулась его силе, его мощи, его хладнокровию. Нет, он не выглядел обычно хрупким или слабым, но то, что он сделал неподвластно обычному человеческому мужу.

Он поднял меня с колен одним рывком и прижал к себе. Я ощутила кожей влажность его рубахи, которая была покрыта черной кровью бездушных.

— Мне жаль, что ты видела меня таким, Синеглазка, — сказал он мягко, но в его голосе все еще чувствовались стальные сердитые нотки, — Но я никому не позволю совершать зло.

Внезапно я поняла, что чудовищные звуки стихли. Я с опаской глянула за плечо Анзеля. Бездушные были убиты, все до единого.

— Ваше Высочество, твари уничтожены, — крякнул один из вампиров, вытирая лицо от черной крови. Я скривилась от отвращения, желчь поднялась, и я с трудом справилась с рвотными позывами.

— Аз! — громко и довольно обратился Джастин, — Как я