Крайние меры - Хелен Харпер

— «Крайние Меры», — говорю я.

— Действительно, — соглашается Леди Бэнкрофт.

— Нет, «Крайние Меры». Моя фирма. Почему вы наняли Д'Арно для поисков О'Ши? У вас есть свои собственные следователи. Вам не нужна группа людей. Вы наняли Д'Арно, который нанял нас.

— Юрист? Мы испробовали наши собственные методы и потерпели неудачу. Его очень хорошо рекомендовали.

— Кто?

— Множество людей. Какое это имеет значение? Мы случайно обнаружили, что деймон был автором заклинания, благодаря открытке на День Святого Валентина, которую он отправил одной из наших первых жертв. Он написал её с помощью шифра, но даже ребёнок мог бы его взломать, — она фыркает. — Итак, мы отправились за ним с помощью Д'Арно, чтобы вручить повестку в суд за что-то ещё, чтобы замести следы.

Я потираю переносицу. Интересно, не ускорило ли их внезапное решение найти О'Ши попытку его убийства и моё обвинение в нём.

— Тебе нужно немедленно уйти, — говорит Леди Банкрофт без дальнейших предисловий. Она возвращается к сенсорной камере.

— Вы собираетесь лечь обратно?

— А почему бы и нет? Если нашему миру со дня на день придёт конец, я хочу насладиться жизнью до того, как это произойдёт.

Я изо всех сил пытаюсь понять, как замкнутость в крошечном пространстве может быть равносильна удовольствию.

— Послушай, — говорит она уже мягче, — ты откусила больше, чем можешь прожевать. Монсеррат слишком сильно в тебя поверил, и это было несправедливо. Ты слишком неопытна и слишком человечна. Это не твоя вина. Если у нас всё получится, приходи ко мне, когда закончишь обращение. Может, ты сейчас и Монсеррат, но мне всегда пригодится отважный вампир, у которого доброе сердце, — её снисходительность, даже если она из лучших побуждений, ошеломляет.

— Я не собираюсь становиться вампиром, — огрызаюсь я. — У меня осталось всего пять дней, а потом я буду Сангвином.

Она смеётся, поднимает крышу камеры и забирается обратно.

— Конечно.

Я бросаю на неё неодобрительный взгляд, но она уже скрылась из виду. Я провожу рукой по волосам. Она права. Я самонадеянно полагала, что смогу решить то, что не под силу пяти Семьям. Супер Бо спешит на помощь! Цитируя Д'Арно, я идиотка.

***

Я нахожу Бет в комнате в другом конце коридора. Её пальцы растопырены, в то время как моложавый мужчина — Ларс, как я полагаю — аккуратно перекрашивает их в ярко-красный цвет. Они вдвоём смотрят на экран компьютера и хихикают. Я чувствую лёгкое раздражение от того, что она так хорошо проводит время, пока я стояла лицом к лицу с драконицей, пока не замечаю, как напряжена её шея и как облегчённо она смотрит на меня.

— Бо! Всё в порядке?

— Хорошо, — бормочу я. — Теперь мы можем идти?

— Ни в коем случае! — встревоженно перебивает Ларс. — У тебя ногти не высохли. Кроме того, я не показывал тебе видео с дракой вампиров.

Бет выглядит виноватой. Мне не терпится убраться отсюда до того, как обнаружат тело телохранителя и начнётся настоящий ад, но я с трудом сажусь рядом с ней.

— У тебя нет того быстросохнущей штуки? — спрашиваю я.

Ларс пренебрежительно фыркает и поворачивается обратно к Бет. Он набирает что-то на компьютере, и появляется видео.

— Вот, — говорит он. — Это какой-то чувак из Семьи Галли метелит другого парня из Семьи Стюарт. По цветам, в которые они одеты, можно определить, из каких они Семей, — любезно добавляет он.

— Спасибо, — бормочет Бет. Очевидно, Ларс ещё не в курсе её статуса новобранца.

Я поворачиваюсь к экрану и смотрю запись с камер видеонаблюдения из какого-то ночного клуба. Высокий вампир врезается в другого, нечаянно расплёскивая свой напиток. Не проходит и трёх секунд, как они вступают в захватывающую драку, в которой сверкают клыки и кровоточат артерии.

— На следующий день Главы Галли и Стюарт встретились средь бела дня. В Гайд-парке! Должно быть, они отнеслись к этому серьёзно, потому что они хмуро смотрят друг на друга, и их окружают все эти телохранители, — Ларс наклоняется и доверительно шепчет: — Но они встретились на публике, чтобы все поняли, что они не позволяли членам своей Семьи разгуливать вокруг и убивать друг друга.

Он снова стучит по клавиатуре, пока я ёрзаю на стуле.

— Нам нужно идти, Бет.

Она кивает и встаёт.

— Извини, Ларс. У нас назначена ещё одна встреча.

Он выглядит разочарованным.

— Вы можете видеть, как они пьют кровь! По крайней мере, это похоже на кровь. Официант приносит им ещё. Чувак с камерой встаёт у него на пути, и они тоже чуть не подрались.

— Пока, Ларс, — твёрдо говорю я, поворачиваясь к двери.

— В другой раз, — щебечет Бет с гораздо большим энтузиазмом.

Только я делаю шаг в коридор, как слышу металлический голос, доносящийся из компьютера. Я замираю, затем очень медленно поворачиваюсь назад. Я знаю этот голос.

— Ларс, ты не мог бы перемотать немножко назад?

— Я думал, вам пора уходить, — угрюмо произносит он.

Я отталкиваю его с дороги и снова запускаю видео. Он что-то бормочет, но я не обращаю на него внимания и сосредотачиваюсь на экране. И действительно, Лорд Галли и Лорд Стюарт сидят за накрытым скатертью столом посреди поляны. Они стоят на некотором расстоянии, но всё равно можно разглядеть красную жидкость в их бокалах. Я с трудом сглатываю и сосредотачиваюсь на мужчине в смокинге, который несёт поднос. Он стоит спиной к камере. Затем оператор услужливо преграждает дорогу официанту. Они почти сталкиваются, и на мгновение всё, что я могу видеть — это чёрный материал смокинга, который попадает в объектив камеры. Наконец, камера нацеливается в лицо официанту, и тот изрыгает непристойности. Я протягиваю руку и ставлю видео на паузу, затем с отвращением смотрю на него.

— В чём дело, Бо?

— Я собиралась посмотреть это видео несколько недель назад, — рассеянно бормочу я. — Только я отвлеклась.

— Я не понимаю, — Бет трогает меня за рукав, но я не отвечаю. Я слишком сосредоточена на лице, появившемся на экране компьютера.

— Я его знаю.

— Официанта?

Я киваю. Я хочу бить кулаками, пинаться и кричать. Потому что официант, смотрящий на нас с извращённой злобой, вовсе не официант. Это Борис.

Глава 25. Притвориться опоссумом

Я ругаю себя на протяжении всего обратного пути в штаб-квартиру Монсеррат. Бет всё больше тревожится, но я не могу её успокоить. Я просто слишком зла.

Как только мы переступаем порог особняка, я замечаю Монсеррата в фойе. Он стоит прямо в центре, скрестив руки на груди, выражение его лица мрачное и напряжённое. Когда он видит меня, то слегка