Война, прошедшая сквозь миры - BlackRaven

 — Пожалуйста... Тсунаде, пошли домой! — прошипел он.

 — Тсунаде, а как же твой брат Наваки? Даже мы втроем не смогли бы осуществить то, что ты задумала! — воскликнул Джирайя, наблюдая, как еще полсотня ниндзя Амегакуре сбегают с горы.

 — Он поймёт. Он уже достаточно взрослый... Вы двое должны мне пообещать кое-что. Данзо... Добейтесь того, чтобы его сместили как можно быстрее! Будущее деревни в ваших руках. Пусть кто-нибудь из вас станет Хокаге, как того хотел Хирузен-сама!

С этими словами Сенджу пошла навстречу армии врагов. Ромб на ее лбу исчез, и причудливые символы растеклись по коже. Руки по локоть окутало пламя чакры, по которому изредка проходили маленькие молнии.

 Джирайя и Орочимару, переглянувшись, последний раз посмотрели своей подруге вслед и побежали в противоположном направлении, отбиваясь от налетавших слева и справа врагов.

 Конец флешбека.

 — Так погибла Тсунаде, сестра Наваки. Она билась три дня и три ночи, идя только вперед. А затем умерла, выбившись из сил. Да, прямо как Третий Райкаге. Она стала для Наваки образцом человека с непоколебимой верой и волей... — произнес Минато. — После этого Джирайя и Орочимару вернулись в Коноху. Спустя несколько дней удалось собрать Совет Пяти Каге, на котором были обсуждены условия соглашения между всеми странами. Можно сказать, именно тогда Вторая Мировая война шиноби закончилась по-настоящему.

Наруто кивнул.

 — А Джирайя...

 — После неудачи в попытке свергнуть Данзо мирным путем — голосованием на ближайшей встрече Хокаге и его представителей с Дайме страны Огня, Джирайя попрощался со мной и Орочимару и ушел из деревни. Он решил вернуться в Амегакуре, где несколько лет назад познакомился с тремя ребятишками, которые стали его первыми учениками (до того, как сенсей начал обучать меня). Больше я никогда его не видел, — протянул Намикадзе.

 — Да, Джирайя-сенсей нашел меня, Конан и Нагато. Спустя несколько лет после расставания мы были рады его видеть. Он стал нам всем не просто наставником. Он был нам отцом, — продолжил за Минато Яхико. — На время, пока он был с нами, мы все были счастливы. Вместе нам удавалось поддерживать мир в Амегакуре, предотвращать военные конфликты... Но всё изменилось в ту ночь, когда Саламандра Ханзо нас предал.

Флешбек.

Тридцать лет назад.

 — Нагато, Конан, Яхико... Уходите и уводите друзей, я с ним разберусь! — воскликнул Джирайя, выходя их ряда ниндзя, одетых в плащи с черными облаками. Тогда Акацуки были совершенно другой организацией.

Саннин смотрел на человека в маске-респираторе, стоявшего на утесе скалы, возвышавшейся над этой вечно дождливой долиной. По бокам от скалы располагались другие возвышения, на которых рядами выстроились ниндзя в фиолетовой форме, которые так же имели с собой маски-респираторы.

 — Вспомню былые времена... — пробормотал Джирайя.

Он обернулся через плечо, убедившись в том, что ученики и их товарищи последовали его приказу, а затем обратился к Ханзо.

 — Чем тебе не угодили эти ребята? Я думал, что ты поддерживаешь их решения и гордишься тем, что Акацуки принесли мир в эту деревню!

 Человек в маске ухмыльнулся.

 — Всё изменилось. До меня дошли сведения, что эти ребятишки метят на мое место. А ты командуешь этой операцией, предатель Скрытого Листа, Джирайя. Ты зря остался один. Видимо, недооцениваешь мою силу, — его неприятный грубый голос раздался над долиной.

 — Как и ты! Мои силы возросли с тех пор, как мы с тобой виделись в последний раз, на Второй Мировой войне ниндзя. Тогда я с помощью Орочимару и Тсунаде не смог одолеть тебя. Но теперь... Всё изменилось! — ответствовал отшельник, проводя пальцем по полосам, нарисованным на лице и размазывая их в странный рисунок. Затем мужчина соединил руки в молитвенном жесте и, минуту погодя, открыл глаза, в которых появились жабьи зрачки.

 — Проверим, — усмехнулся Саламандра и скомандовал своим войскам идти в атаку.

Джирайя услышал шорохи, и в следующий миг увидел несколько смазанных силуэтов. Их становилось всё больше, и вскоре с неба на Джирайю посыпался дождь из шиноби, готовых к бою.

Отшельник не растерялся и применил огненную технику, мощь которой была поразительной.

 — Стихия Огня: Божественное дыхание огня!

Поток пламени, направившийся вверх и ничуть не страдающий от идущего дождя, подпалил нескольких ниндзя, мгновенно выводя их из строя. Остальные успели спастись, и вот Джирайя обнаружил, что находится в окружении, когда те приземлились вокруг него.

 Ему было, что противопоставить. В следующий миг волосы отшельника удлинились, и он оказался в колючем коконе, из которого во все стороны торчали белые иглы. Затем Джирайя начал вращаться на месте, и иглы полетели во все стороны, поражая ближайших врагов.

Когда саннин освободился из кокона, то увидел, что сверху прибывает подкрепление армии Дождя, и тогда оттолкнулся ногами от земли и взмыл в воздух, навстречу врагам.

В каждой его руке сформировалось по голубой вращающейся сфере, и саннин прорвался через цепь врагов, поразив двух ближайших расенганами. Вспрыгнув на одну из скал, отшельник обернулся, и, увидев что все шиноби приземлились на землю, начал складывать печати.

 — Стихия Земли: Жидкая трясина.

Прежде чем ниндзя успели вспрыгнуть наверх и настигнуть Джирайю, тот завершил комбинацию движений руками. Ноги врагов провалились под землю по колено. С ужасом глядя вниз, ниндзя отметили, что почва под ногами превратилась в коричневатую жижу, в которую каждый из попавшихся в технику людей уходил всё глубже и глубже с каждым мигом.

 Джирайя посмотрел на Ханзо, который стоял и смотрел на всё это, не шевелясь, а затем крикнул:

 — Этой техникой в Режиме Отшельника я при желании могу утопить всю деревню или ее часть. Всё, что попадется в болото — люди, дома, деревья... Всё утонет в грязи, а потом исчезнет навсегда.

Некоторое время Ханзо смотрел на своих людей, по горло ушедших в трясину, а затем посмотрел на Джирайю.

 — Тебе меня не запугать. Ты не станешь топить деревню с ни в чем не повинным мирным населением!

 — Может и так. Сдавайся, и я пощажу твоих пешек! — согласился Джирайя и выдвинул новое предложение, — Своим отказом ты обречешь их на куда более страшную смерть, чем можешь себе представить!

Саламандра на миг задумался, а затем ухмыльнулся.

 — Шантажировать меня бессмысленно. Ты же знаешь, что все ниндзя, работающие со мной, готовы расстаться с жизнью ради достижения цели. Погибнуть от твоих рук будет честью для них. Давай же. А я посмотрю! Способен ли ты на это, Джирайя? Разом убить безоружных людей? — Ханзо покосился на болото, из которого торчали головы шиноби, призывающих кого-нибудь на помощь.