Это наш мир (СИ) - Сахаров Василий Иванович

Перед его мысленным взором, словно живые, скользили картины воспоминаний. Он силен. Он непобедим. Он повелитель многих миров и ему нет равных. Он упивается властью. Он попирает тела врагов и пьет их кровь. Он на пике своего могущества и мало богов, которые могут стать с ним вровень…

Внезапно ощущение потери рассеяло воспоминания. Шамми прислушался к себе и, обнажив длинные белоснежные клыки, оскалился. Снова мир Кама-Нио и кто-то разрушает его средний алтарь. Последний алтарь на этой планете.

Потратив немного драгоценной энергии, Шамми пронзил взглядом пространство и увидел покрытое десятками тысяч трупов поле. На его окраине несколько хуманов в броне молотками разбивали каменную плиту кроваво-красного цвета с выдавленными на ней рисунками. А неподалеку… Всего в нескольких десятках метров от них стоял Уркварт Ройхо, тот самый смертный, который убил трех его избранных воинов и посмеялся над древним богом.

Шамми взревел от дикой ярости и злобы. После чего, потеряв над собой контроль, разделил себя на два равноценных конструкта и, не задумываясь об энергетических потерях, рванулся сквозь пространство. Благодаря пролитой на поле боя крови и страданиям людей, межмировая прослойка в этом месте временно истончилась. Поэтому ипостась Шамми проломила ее без особого труда и оказалась в мире Кама-Нио…

***

Лесокрай. Провинция Салех. 17.08.1410.

Захватчики наступали, рвались вперед и не считались с потерями. Казалось, что мы не сможем без привлечения дополнительных сил и помощи из империи остановить этот окованный броней разъяренный живой поток фанатиков. Однако, когда они дошли до укрепрайонов перед Аврильским хребтом и я уже был готов просить императора о подкреплениях, вражеская армия выдохлась.

Невозможно держать людей, впрочем, как и представителей других рас, в постоянном напряжении. Они выгорают. И это произошло с войсками завоевателей, которые пытались нас уничтожить. У врагов закончились припасы. В обозах огромное количество раненых. Единого командующего после гибели крылатой девы, как не было, так и нет. А самое главное – они так и не смогли одержать хотя бы одну по-настоящему серьезную победу. В итоге выдохлись и, уже не слушая проповедников и жрецов, которые тоже устали, вражеские полки остановились.

Мы с Лотаром Эвриго расценили это, как наиболее благоприятный момент для контрудара, собрали в кулак все наши войска, сконцентрировали чародеев в один сильный отряд и перешли в наступление. Били в полную силу, без всякой жалости. Начали с бомбардировки магическими заклинаниями, и я опробовал доставшиеся мне от Келли «Кислотный дождь» и «Огнешар». Затем к чародеям присоединились батареи метательных орудий, стрелометов и баллист, которые помимо обычных боеприпасов использовали взрывные энергокапсулы и даже привезенные с Данце пороховые бомбы, которые можно опробовать в полевых условиях. Затем настала очередь стрелков, арбалетчиков и лучников. А только потом уже двинулась вперед тяжелая пехота.

Потери завоевателей были огромными и они, голодные, уставшие и потерявшие последние надежды на успех, стали отступать.

На третий день отступление превратилось в бегство. А на четвертый, когда остатки вражеской кавалерии и кентавры, прихватив жрецов, проповедников и часть магов, бросили свою пехоту и ушли в сторону Карашга, в долине Аварья мы окружили противника и заставили принять бой.

Несмотря на потери, захватчиков все еще было гораздо больше, чем нас. Без учета охранных и вспомогательных отрядов наше объединенное войско имело шестьдесят тысяч воинов и немногим более ста магов. А врагов сто пятьдесят тысяч при поддержке двадцати пяти чародеев. Но мы на выгодных позициях, из долины Аварья, которая с двух направлений охвачена полноводными реками, всего четыре дороги, и они контролировались нами. Продовольственные запасы противника иссякли еще неделю назад. Поэтому мы понимали, что завоеватели обязательно попытаются пойти на прорыв, и когда это произошло, конные арбалетчики обстреляли наступающую толпу и снова отошли, а другие блокирующие отряды нашей армии, добивая ослабевших и брошенных вражеских солдат, двинулись за ними следом. Так продолжалось сутки. Они наступают, а мы, оставляя противнику выжженную землю, отходим на направлении удара и подпираем захватчиков с тыла. С нашей стороны потери минимальные и когда воины Светоносного Энги лишились последних сил наступил закономерный финал. Князь Орадийский наступал с востока, а я вместе с конными наемниками, оборотнями, эльфами и чародеями «Данце-Фар» атаковал с севера.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Сражение, хотя правильней назвать это избиением, длилось несколько часов. К вечеру все было кончено. Долина покрылась трупами и наполнилась смрадом. В небе парили тысячи больших и малых стервятников. Мы одержали очередную, без сомнения, великую победу. Однако лично у меня радости не было. На душе неспокойно и такое ощущение, что совсем рядом происходит какое-то плохое событие, которое я не вижу. Попытался с этим разобраться и ничего не вышло. Осмотрелся вокруг – внешне все в порядке. Неподалеку Вандиль, а рядом с ним Лотар Эвриго, которого сопровождал Ойгерд. Немного в стороне охрана, чародеи «Данце-Фар» и наемные маги с преобразователями. Правая ладонь легла на серебряную цепь с кмитами. Проверил. Они боеготовы. Как вчера зарядил, так и не использовал, в этом просто не было необходимости. Спрятанные во мне кмиты тоже в порядке. Энергопотоки рядом. Клинки в любой момент готовы к тому, что их вынут из ножен и пустят в дело. Я готов. Но к чему?

Снова взгляд скользнул по полю боя, и я заметил, что несколько наемников молотами разбивают какой-то красный камень. Чутье потянуло меня к ним. Я подошел, узнал примелькавшегося в последние дни сержанта из отряда «Орлы Востока», и спросил его:

- Что здесь происходит?

- Ваша милость, - сержант прервал свое занятие, кивнул мне и указал на камень. – Под утро, перед самым боем, появились вампиры, союзники которые. На телеге привезли эту глыбу, дали денег и попросили после сражения ее разбить. Я не знаю почему, но мы согласились. А сейчас вот долбим ее и задаем себе вопрос – зачем мы это делаем и почему не доложили командиру?

Еще раз я посмотрел на испещренный затейливыми узорами и рисунками камень, определил его как алтарь и все понял. Подстава! Это самая настоящая подстава! Вампиры клана Тейг служат Сизорну, который враждует с Шамми. Они долгое время отсутствовали. Наверняка, охотились за алтарем, а когда его нашли, притащили в расположение войск, подавили волю наемников и заставили их выполнить свою волю. Теперь внимание Шамми снова приковано ко мне, вернее, к месту, где происходит разрушение алтаря, а я рядом. Так что вероятность его появления в нашем мире велика, как никогда. А я ведь говорил учителю, что вампирам верить нельзя.

«Соберись!» - отдал я себе команду.

Организм стал переходить в боевой режим, а сознание разделилось надвое. После чего, стараясь подстроить речь под восприятие обычных людей, я повысил голос и закричал:

- Внимание! К бою!

Затем мысленно обратился к Иллиру Анхо:

«Учитель! Помоги! Шамми идет!»

Не уверен, что учитель меня услышал. Совсем не уверен. Однако я сделал все, что мог. И в этот момент реальность треснула. Картина мира, которую я видел, пошла трещинами, а затем лопнула, и в ста метрах от меня появился кровавый бог, здоровенный нетопырь с лицом эльфа на круглой, словно тыква башке.

«А вот и Шамми пожаловал», - промелькнула у меня мысль и, не давая ему осмотреться, я сам перешел в атаку.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Левая рука метнула в могучего кровососа «Копье Распада», а правая разрядила «Огнешар», который перед выстрелом я заставил сжаться до концентрированного сгустка.

Оба заклинания достигли цели. Однако «Копье Распада» соскользнуло с черной туши нетопыря, лишь повредив защитные энергетические оболочки божественного тела, а огненный магический сгусток ударил Шамми в ногу и заметно ее припалил.