Я и мой меч. Легенда о Сольене (СИ) - Варвара Ковригина

- Нет, просто скажу, что от духа избавилась, а тела уничтожила.

А если они начнут возмущаться?

- Предложу вернуть им интида, - усмехнулась я, вынимая меч и поглаживая голубоватое лезвие кончиками пальцев.

А силенок-то хватит? – насмешливо фыркнул Эриньяр.

- Нет, конечно. Я даже представить не могу, как вызывать духов. Но припугнуть-то можно?

Эриньяр рассмеялся и замолчал, но изредка в голове раздавались тихие смешки, заставлявшие меня невольно улыбаться. Покосившись в яму, я вызвала огонь, и тела тут же затрещали от необычного белого пламени, жадно пожиравшего плоть.

***

Деревня осталась далеко за спиной, а впереди стелилась виляющая из стороны в сторону кривая дорожка, прятавшаяся то за холм, то скрывающаяся за деревом. Единорог ехал сначала смирно, но потом начал игриво подскакивать на месте и фыркать. На остром кончике поселился маленький солнечный зайчик, который довольно неприятно жег мне глаза, заставляя морщиться и улыбаться одновременно. Удивительно, но на ниве творения гадостей Эриньяру мы с ним довольно хорошо сдружились, и конь только изредка устраивал такие подлянки, как подпрыгивание на ровном месте, или попытка укусить за коленку.

Над головой с громким криком пронеслась стая диким уток, и я заинтересованно проводила их взглядом. Хоть жители деревни и дали мне недельный запас еды, но все-таки я была охотницей, и иногда жутко хотелось попробовать чего-то дико-приготовленного. Лук сам появился в моих руках, а стрела – на тетиве. Я прицелилась, солнечный зайчик сверкнул на острие и заиграл разноцветными красками, но это не помешало мне выстрелить. Тетива звякнула, а стрела резко взлетела в небо, попав прямо в толстое брюшко последней птички.

Утка упала за кустом, и, когда я нашла ее, то стрела бесследно испарилась, а у меня на руках оказалась довольно упитанная тушка. Ням! Утка повисла на седле, и мы с конем продолжили наш путь. Вампиры далеко, а мы еще даже Дэнирию не покинули. Не хорошо, не хорошо!

Темная долина, долина вампиров. Говорят, там продаются просто невероятные ткани: мягкие, легкие как перышко, шелковые, разноцветные. На них висит множество позолоченных кружочков, которые при любом движении звонко перезваниваются. Говорят, у богатых и знатных вампиров живут множество наложниц, обряженных в откровенные наряды из этих тканей: грудь прикрыла полупрозрачной сеточкой с мизерным количеством шелка, на ногах широкие шаровары, на голове колпак со спускающейся сеткой. И все это  густо покрыто звенящими кружочками. А еще говорят, что вампиры придумали изумительный десерт – «рахат-лукум» называется. Это такая сладость из сахара с добавлением орехов, фруктов или кокоса. Наверное, невероятно вкусная штучка. Там хочется попробовать!

Ага, только ты не забудь, что эти самые «богатые и знатные» любят наложниц не только своего вида, они и демонами не гнушаются, - язвительно буркнул Эриньяр, вырвав меня из царства грез, где я уже сидела в дорогих вампирских одеждах поверх бархатных подушках, держа в одной руке кубок со сладким сиропом, а в другой – неведомое лакомство.

«Да? А как они их получают? Не знаю ни одного демона, который с удовольствием бы пошел в наложничество!», - удивленно воскликнула я про себя.

А зачем вампирюгам согласие? Украл, и все: ошейник на шею, антимагический браслет на руку. И все дела.

«И ты так спокойно об этом говоришь?!», - возмутилась я.

А как мне надо? Кудахтать как курица? Ну-ну… Кстати, я тебя уже предупреждал, что бы к вампирюгам не совалась, а ты меня не послушала.

«А я хочу к ним! Куда мне еще идти?», - развела я руками, чуть не сбросив при этом утку с седла.

К эльфам? – предположил демон.

«Не, они наши друзья, еще выдадут».

И поэтому надо пробраться в стан врага, - усмехнулся меч. – Дорогая, твоя логика великолепна!

Я фыркнула на это язвительное замечание и пришпорила единорога, посылая его галопом по довольно ровной уже дорожке… или тропинке?

Подумаешь, к врагу направляюсь! Я потом и к эльфам заеду… возможно. Кстати, вот интересно, а где сейчас один светлый эльф? Хотелось бы мне его встретить. Почему-то казалось, что он бы с радостью отправился со мной к вампирам. Эльфы, кстати, тоже кровососов терпеть не могут, а они как раз у них под боком находятся.

Впереди мелькнула полоска воды, освещенная солнечными лучами, и я остановила коня. Единорог всхрапнул и тут же потянулся мордой к воде, начиная жадно хлюпать. Я спешилась, поправила меч в ножнах и колчан за спиной, лук был прикручен к седлу. Итак, можно пообедать! Для принятия пищи выбрала пятачок под ветками ивы и тут же запалила костерок, который весело затрещал, рассыпая яркие, рыжие искорки.

Утку ощипала и выпотрошила, а затем нанизала на тонкую веточку. Огонь приутих, оставив лишь угли, и я принялась ждать, когда поспеет моя сдобренная приправами уточка. Постепенно утка подрумянивалась, и по воздуху поплыл невероятный аромат жареного мяса. Я жадно вдохнула его и гулко сглотнула набежавшую слюну. Ням, вкусно! С какого бы места начать? Не удержавшись, я впилась зубами в хрустящий бочок и с наслаждением прожевала. Вкуснота! По пальцам пробежал сок, скатываясь на пальцы и капая на землю.

Единорог всхрапнул, покосился странным взглядом на мой обед и фыркнул. По его длинной гриве бежали узкие ручейки воды, а шкура на морде была в подсыхающих мокрых пятнах. Купался он, что ли?

После небольшого отдыха я лихо вскочила в седло и направила коня бодрой рысцой прямо сквозь поле, появившееся перед глазами. Поле было красивым: колоски золотые, словно на них пролился волшебный золотой дождь, и все пространство было вот таким золотым, как огромное позолоченное море. Я ехала и радовалась окружающему миру. Как же хорошо! А скоро посмотрю на мир за границами Дэнирии, побыстрее бы!

Солнце было очень высоко, начинало припекать, и я поморщилась от огненных прикосновений солнечных лучей. А коню, кажется, было все равно. Он спокойно рысил по золотому море, перепрыгивая через все ямки и не обращая внимание на палящее солнце. Это что, какая-то особенность единорогов? Вот бы и мне такую же!

Вдалеке раздался едва слышимый перестук копыт, и я резко оглянулась. У самой кромки поля нерешительно переменались трое всадников, осаживая разгоряченных коней. Это мне не понравилось, и я спешно навела на себя уже используемый один раз морок, и вот на коне сидит уже совершенно другой демон. Единорог удивленно всхрапнул, пройдясь по мне заинтересованным взглядом, и остановился, подчиняясь моей воле. Я оглянулась и в тот же момент поймала на себе взгляд одного из всадников. Тот вскинул руку, приговаривая меня остановиться, и что-то быстро сказал своим спутникам. Я занервничала, когда все всадники уперлись в меня тяжелыми взглядами и поспешно направили коней. Следя за их приближением, нервно теребила пальцы. Чего они хотят? Неужели так быстро отыскали меня, или они не за мной гонятся? Вдруг они просто хотят спросить дорогу, а я тут нервничаю? Ну, предположений можно придумать море, но дело это не объяснит. Придётся ждать.