Недостаточно хороша - Стелла Вайнштейн

– Кофе, – умоляюще протянула я, моля о пощаде. Раньше одной чашечки по утрам было достаточно, чтобы чувствовать себя бодрой целый день, но теперь, во время сессии, я прочно подсела на бодрящий напиток. Максим только морщился, глядя на меня, и пил кристально чистую воду из нержавеющей бутылки, с которой не расставался.

– Давай лучше сделаем перерыв и прогуляемся. Все равно библиотеку скоро закрывают, – он потер переносицу под дужками очков и добавил несколько хриплым голосом. – Меня приехали навестить мама с сестрами. Если хочешь, я тебя познакомлю с ними.

– Что? Макс, я не поняла. К тебе приехала семья, а ты сидишь занимаешься и в ус не дуешь?

– Маш, они прекрасно знают, что у нас сессия, и не хотят мешать. К тому же они хотели посмотреть город, и им совсем не скучно впятером. Я бы только мешал наслаждаться жизнью девочкам и маме.

– Макс, – ответила я жалобным голосом. – Я ведь о них совсем ничего не знаю… Неудобно…

– А что о них знать? Девчонки они девчонки и есть – непоседливые и любопытные, всю голову мне заморочили, пытаясь выяснить о тебе детали.

– Ты рассказывал обо мне?

– Естественно. На свою голову.

– Я буду рада с ними познакомиться. Только подожди немного!

Я оглянулась вокруг в поиске блестящей поверхности, чтобы проверить, прилично ли я выгляжу. Во время сессии я совсем перестала уделять внимание внешности. Брала из шкафа первое попавшееся, наскоро причесывала волосы и затягивала в неряшливый хвост.

– Маш, все замечательно, не заморачивайся. Ничего особенного не планируется, просто проведем тебя до общежития шумной компанией и все.

Мы собрали учебники, тетрадки, обертки от крекеров, которыми я перекусывала втихаря от библиотекаря. Максим в попирании правил не участвовал, но и меня не ограничивал.

На улице солнце клонилось к горизонту, дневная жара уступила место вечерней прохладе. В зеленых раскидистых кронах прохладный ветерок играл листьями. На тротуарах зеброй лежали тени от стройных стволов.

Напротив библиотеки на скамейке сидела высокая женщина с русыми волосами до плеч, в свободном летнем платье с рисунком из мелких цветочков, вокруг нее расположились четыре девочки разных возрастов, в расклешенных платьях, с лентами в длинных волосах и в разноцветных сандаликах.

Они выглядели странно, и если поначалу я не могла сформировать смутное ощущение неправильности, то через мгновение что-то щелкнуло в голове и я поняла, кого они мне напоминают – девушек из советских фильмов шестидесятых годов. Ненакрашенные, естественные, с одухотворенным выражением лица, они неприкрыто радовались брату, их глаза сияли. Хотелось дотронуться и удостовериться, настоящие ли, до того они были похожи на принцесс из диснеевских мультиков. Старшая, лет шестнадцати, невероятно хорошенькая, с длинными волосами, заплетенными в косу, без грамма косметики на лице, сияющая, стройная, она сразу широко улыбнулась мне, так что солнце в небе засияло ярче.

– Привет, я Надежда!

Остальные тоже наперебой начали выкрикивать имена: «Светлана! Ира! Юлия!» – мама Максима остановила их, положив руку Наде на плечо.

– Подождите, девочки, дайте Максиму представить свою соученицу.

– Познакомьтесь, это Маша, то есть Мария. Она изучает со мной биоинформатику.

– Ой, а это разве не сложно? – спросила одна из младшеньких, кажется, Юлия. Она задрала свое розовощекое хорошенькое личико и с любопытством ждала ответа.

– Я с детства любила программировать. Это ужасно интересно, как решать головоломку, только в конце получается не придуманная кем то другим картинка, а что-то совершенно новое, созданное тобой.

Я решила не отделываться общими фразами, а сказать как есть. Я вела себя по-миссионерски, агитируя бедную девочку пойти в «мужскую» профессию, но честно считала, что у нее вся жизнь впереди. И чем мы, девушки, хуже?

– Маша одна из лучших на нашем потоке, – ровным голосом сказал Максим. – Даже лучше меня.

– Вот как? Похвально, – улыбнулась его мама. – Я тоже неплохо училась, пока не вышла замуж. Потом все закрутилось – дети, дом, заботы. Руки не доходили закончить образование. Но я не жалею, – она погладила Надежду по спине. – Вышло так, что я занимаюсь любимым делом.

– Мама открыла свой садик с тетей Светой, – сообщила Юлия, улыбаясь от уха до уха.

– Мы занимаемся по методике Монтессори. Слышала о такой?

– Нет, понятия не имею. У меня сестра давно выросла, а с другими детьми я близко не знакома.

– Понятно, ты девушка молодая, образование малышей для тебя в далеком будущем. Если когда-нибудь заинтересуешься, не стесняйся, звони.

– А мне и сейчас интересно, расскажите, пожалуйста.

Мы расположились в скверике подле общежития прямо на траве. Мама Максима очень интересно рассказывала о методике, об играх, которые следовало держать в раздельных корзинах и доставать по интересу ребенка. Я внимательно поддакивала, когда человек серьезно увлечен любимым делом, то слушать одно удовольствие.

Я не чувствовала, что на мне сосредоточено особое внимание. Алиса, мама Игоря, та смотрела на меня при встрече, оценивая, подхожу ли я для ее сына как пара. Помнится, что экзамен я провалила. Мама Стаса тоже пристально оглядела в первый раз, расспросила и признала пригодной.

Мама Максима просто разговаривала со мной, дружелюбно и осторожно, как с незнакомой молодой девушкой. Его сестры не хихикали и не переглядывались. Сидели полукругом вокруг нас, теребя травинки и озираясь вокруг.

Я не чувствовала вопросов с подвохом, намеков на наши отношения с Максимом или осторожных взглядов исподтишка. И почему-то от этого стало немного обидно. Меня что, совсем серьезно не воспринимают?

Наконец мама Максима потерла ладони, отряхивая прилипшие травинки, и сказала:

– Который час? Нам уже пора. До-свидания, Мария, была рада познакомиться. Максим, ты проводишь нас? Кстати, совсем забыла, – она взяла в руки матерчатую сумку и достала из нее белый конверт запечатанный наклейкой – красной розой. – Тебе Настасья письмо передала. Говорит, заждалась тебя. Когда ваша сессия заканчивается?

Я непроизвольно поджала губы, но постаралась придать лицу безразличное выражение, чтобы не выдать своих чувств. И все равно последняя фраза неприятно царапнула. Что еще за Настасья? Почему Максим о ней словом не обмолвился целый год. Он с ней встречается?

Мог просто сказать, разве это должно держаться в секрете?

Я попрощалась с семьей Максима, и они ушли по улице шумной и красочной группкой. Мужчины заглядывались на девочек, и я тоже не смогла оторвать взгляда от длинной косы Нади, спускающейся между лопаток до самого крестца и перевязанной белой ленточкой.