Лазурь. (не)Идеальная для тебя - Екатерина Полянская

которых обнаружилась чуть в стороне. Луна, у меня чуть сердце не разорвалось от восторга!

– Оживает, – прокомментировал Блесс, возвращаясь в слоттерс. – Думаю, это вопрос времени.

– Смотри, там киты! – Я не знала, что можно задохнуться от счастья. – И отсюда виден другой остров!

– Нравится? – ухмыльнулся Блесс. – Это наш.

Остров выглядел еще более тропическим, чем Кейтс. И полностью готовым к тому, чтобы на нем жили прямо сейчас. Всего один дом, но территория вокруг почти такая же, как возле уже ставшего привычным дома. В точности такой же хвойный лес. И пляжи: отдельно для погулять и позагорать и отдельно для серфинга.

Выбираясь из слоттерса, я заметила систему, которая должна была помешать следить за нами как магам, так и ушлым репортерам. И никаких стен! Последнее радовало особенно.

Джир вырвался из моих рук и со всех лап рванул осваивать новые владения. Я дернулась было за ним, но Блесс остановил, придержав за плечо.

– Пусть. Здесь совершенно безопасно.

– Но ты же мне и все остальное покажешь? – вцепилась в него я.

– Конечно. Каждому острову будет посвящен целый день.

Нет, он точно лучший мужчина на свете!

Я с писком бросилась на шею любимому.

Невероятно! Неужели все правда налаживается и беды остались хоть и близко, но позади?

Только мы вдвоем на целом острове. Наш будущий дом.

Блесс учил меня плавать и держаться на доске, при этом с терпением у него было куда лучше, чем у Джексона. Я делала небольшие успехи. Но гораздо приятнее было просто плескаться в воде, брызгаться, со смехом гоняться друг за другом, а поймав – целоваться до одурения и саднящих губ.

Никогда бы не подумала, что он сможет бросить свои обязанности на несколько дней и вообще не дергаться по этому поводу! Время от времени Блесс зарывался на часок в планшет, но и всё. А когда ему звонили, торопился как можно быстрее свернуть разговор. Он старался сдерживаться, но я успела узнать его достаточно, чтобы чувствовать перемены. Ему просто было неинтересно творящееся сейчас на погибающей материковой части.

– Почему меня не отпускает ощущение, будто ты что-то задумал?

В доме нас было только двое. Запас продуктов сюда доставили заранее, но справляться с готовкой приходилось самим. Я как раз резала салат и пыталась в процессе не откромсать себе пальцы. Блесс воевал с духовкой. Ну идеальный же момент для серьезного разговора, да?

– Тебе не кажется. – Он что-то там покрутил и посмотрел на подсвеченные кнопки, как на злейших врагов.

– Расскажешь?

– Угу. В самый последний момент.

– Блесс!

Закончив поединок в свою пользу, он уселся на край высокого стола и послал мне обезоруживающую улыбку.

– Не хватало еще, чтобы ты нервничала.

– А у меня есть причины? – Не занервничаешь тут!

– В том-то и дело, что нет. – И, помедлив, он кое-что добавил: – Пока все неточно. У меня совершенно безумный план. Но я – внук своих бабушек и деда и умею играть в эти игры.

– Да, ты меня сейчас очень успокоил!

– Верь мне, Нежана. – Еще одна очаровательная улыбка. Совершенно потрясающая. – Я никогда не проигрываю.

Спорить с этим невозможно. Он получил пост лидера элит. И его затея с островами удалась блестяще. Это только то, о чем я знаю.

На следующий день нам сообщили, что благодаря магии снизу удалось остановить процесс разрушения перехода. Придумал все Блесс, но подал магам Джексон, благодаря чему его выпустили из-под домашнего ареста и сняли почти все обвинения. Блесс выглядел довольным, а маги в Сердцевине изобретали новые способы запустить переход. Блесс тоже уделял им время, я сама видела чертежи и схемы, но не могла понять, есть там что-то дельное или нет.

Днем становилось слишком жарко, чтобы находиться на открытом воздухе. Даже Джир выискивал место похолоднее на полу и растекался там плюшевым псом. Это время я тратила на то, чтобы прочесть книгу об ирайнах, которую, несомненно, привезла с собой. С тех пор как книга нашлась во второй раз, она не покидала мою сумку. Плюс Блесс запросил у деда еще информацию, и она, распечатанная на листах, чтобы поскорее можно было уничтожить файлы, ждала своей очереди.

Итак, ирайны. Если сведения Реарта Лиддела не лгут, когда-то у них было собственное измерение, но оно погибло. Начиналось с нарушения баланса магии, как у нас, и закончилось плачевно. Собственно, на сегодняшний день считалось, что никто из жителей не выжил. Но мы-то знаем, что у зарнов практически в плену содержалось больше десятка ирайн.

Ненавижу их, аж трясет. Зарнов.

Так и надо их острову. Жаль, он с концами под воду не ушел.

Остальное я по большей части знала. Тщеславные, стервозные, истеричные. Ага, ага. Посмотреть бы в физиономию тому, кто это писал. А лучше плюнуть. Жесткая непереносимость морепродуктов. Ее я на собственном организме испытала. Неуправляемая магия удачи, которая не приносит никаких бонусов самой ирайне. Выгоду моим сестрам по расе обычно приносили богатые любовники, желающие заиметь своеобразный талисман, но за эту информацию мне тоже хотелось вцепиться ногтями в физиономию автора. Вряд ли все так однозначно.

Книга рассказывала не только, даже не столько обо мне подобных. Переход, другие измерения, магические феномены, необычные места и явления. Так я узнала, что существует измерение Ферна, которое из-за эмоциональных особенностей его жителей рискует однажды оказаться в нашей ситуации. В Ниторе люди умеют превращаться в огромных хищных зверей. А в Альре деревья фиолетовые, и с этим связано какое-то их собственное магическое явление, которое «включается» дважды в году. И еще существуют межпространственные гонки с прорывами, но они запрещены.

Не без удивления обнаружила, что мне нравится читать.

И… Зейн прав, есть какая-то особая эмоциональная магия в том, чтобы переворачивать реальные страницы.

Почему я раньше этого не понимала?

– Закончила?

Последние строки я дочитывала вечером на пляже, и Блесс, устроившийся на соседнем лежаке, не мог этого не заметить.

– Умгум, – протянула лениво. И… – Эй, ты что!

Вспышка – и меня обсыпало пеплом.

Собственно, только он и остался от бумажных носителей драгоценной информации.

– Знаем мы, дед будет молчать. Твой отец, надеюсь, тоже. Джексон, Исашандра и Кристиан и так столько лет хранили тайну, – перечислил Блесс и все же объяснил свою выходку: – Нельзя допустить, чтобы эти сведения попали в чужие руки. Ты слишком уязвима, и тобой могут захотеть воспользоваться. Наверняка захотят.

– Ну, – я с трудом сглотнула, пытаясь прогнать дрожь, – для защиты у меня есть ты.

– Вот именно, – согласился жених, помогая мне отряхнуться.

Простое вроде бы движение принесло расслабленность и чувство безопасности. Его не сумело пробить даже