Нелегал. Том 2 (СИ) - Корнев Павел Николаевич

— Лестницей, — буркнул я. — Идёмте!

Витрина лавки зеленщика оказалась закрыта ставнями, да и в кофейне уже приглушили свет. Кельнер припозднившимся посетителям нисколько не обрадовался.

— Сле-ег! — буркнул он что-то неприветливо на местном наречии и продолжил составлять на столики перевёрнутые стулья.

— Закрыто! — развернулся к нам Влад и прищёлкнул пальцами. — Давайте по пиву!

— Там не поговорить, — остановил его Кеша и кинул на стойку серебряную «Мильду». — Четыре кофе и что из десертов завалялось! Сдачи не надо!

Пять лат стали весомым аргументом для продления рабочего дня, и кельнер ушёл за стойку, а я уселся было на своё привычное место у окна, но сразу вспомнил о документе за подписью консула и решил, что не дело таскать его с собой.

— Минуту! — предупредил я парней, спросил у кельнера спички и вышел на улицу.

Встал у двери, ладонью прикрыл от ветра огонёк спички и запалил уголок конверта. Тот быстро разгорелся, я удерживал его до последнего, после выкинул остатки в мусорную урну. Вернулся в кофейню, передвинул к себе тарелку со штруделем и буркнул:

— Ну чего вы на меня смотрите?

— Что стряслось на складе? — ожидаемо потребовал объяснений Иннокентий.

— Наводчика моего грохнули, а как я пришёл, то и меня попытались, — повторил я свою версию случившегося. — Еле ушёл.

Кеша раздражённо махнул рукой.

— Пьер, давай по порядку! Кто, как, зачем! И этот твой наводчик — кто он вообще? Когда с ним познакомиться успел? Ты только вторую неделю в городе!

Запираться я не стал, ответил чистую правду.

— Наводчик — мой бывший сокурсник. В учебном взводе комендатуры вместе служили. Он потом в ВОХР перевёлся и в столицу назначение получил, но во время мятежа не на тех ставку сделал и от греха подальше за границу сбежал.

— Маленский, что ли? — уточнил Кеша. — Ты же о нём спрашивал, да?

— Не Маленский, его приятель Антон Соляник.

— А что на складе?

Послышался шум автомобильного двигателя, я воспользовался поводом взять паузу и обернулся к окну за спиной. Поглядел на сдававший задом к лавке зеленщика фургончик и лишь после этого ответил на вопрос:

— Меня оператор подкараулил, технично приложил, все щиты снёс. Если б не пистолет, я бы не ушёл…

Реакция парней на это заявление поразила до глубины души. Серж разинул рот и округлил глаза, сидевший напротив меня Кеша оттолкнулся от столика и начал заваливаться на спину, а Влад и вовсе взвился со стула, словно шилом в зад кольнули. Разлетелись во все стороны помехи, парня прикрыл кинетический экран!

Какого чёрта⁈

Я резко крутанулся на месте и на какой-то миг не поверил собственным глазам: из распахнувшихся задних дверей фургончика на витрину кофейни уставился ствол станкового пулемёта!

А энергии — крохи! Не окутаться ею, просто не успею!

Дуло плюнуло огнём, ладонь легла на стекло.

Хлоп-хлоп-хлоп!

Моё воздействие не изменило кристаллической структуры, лишь усилило взаимное притяжение молекул, но и этого хватило, чтобы пули не прошили витрину, а срикошетили от неё. Каждое попадание болью отдавалось в руке — в ладонь словно гвозди забивали! — энергии катастрофически не хватало, бежавшие по стеклу прожилки трещин ветвились и накладывались друг на друга, а миг спустя воздействие вышло из-под контроля, и витрина осыпалась на пол водопадом мелкого крошева!

Но за этот краткий миг ствол успел сместиться в сторону, влетевшие в кофейню пули меня уже не зацепили. Они прошили кинетический экран Влада, парня отбросило, он не устоял на ногах и повалился на соседний столик, опрокинул его и упал сам. Опомнившийся Серж метнул в пулемётчика шаровую молнию, но энергетический сгусток разлетелся всполохом искр ещё на подлёте к фургону.

«Там оператор!» — мелькнула в голове догадка, и я кинулся за простенок, а Кеша неожиданно легко сдёрнул с места Сержа, успел затянуть его ко мне за миг до того, как пулемётчик повёл стволом обратно. Пули прошили кофейню, издырявили мебель и вышибли из стен кирпичное крошево, а следом в наше укрытие врезался силовой таран.

Точнее — едва не врезался! Кеша вскинул руки и выставил жёсткий блок, его качнуло и сдвинуло на несколько шагов назад, а ослабленный удар не сумел обрушить кладку, нас не завалило.

Пулемёт смолк, и сразу взревел автомобильный двигатель, завизжали шины. Серж шибанул вдогонку начавшему набирать скорость фургону молнией, но та ушла в сторону и сыпанула искрами, угодив в громоотвод.

Да и плевать! Не до того сейчас!

Поймавший сразу несколько пуль кельнер валялся на полу посреди лужи крови, а вот Влад был ещё жив и корчился, зажимая ладонями рану в боку. Я подскочил к нему и заблокировал болевые ощущения, попытался остановить кровотечение и сразу от этой затеи отказался, поскольку раздрай в энергетике не позволил бы должным образом сфокусироваться на ювелирной работе с повреждёнными сосудами. Сейчас не под силу даже извлечь засевшую в теле пулю.

— Скатерть! — рявкнул я. — Быстро!

Серж сдёрнул одну с ближайшего стола, я сложил на несколько раз плотную ткань, зажал ею рану и попросил:

— Помогай!

— Да не туда! — остановил нас Кеша, когда мы на пару с Сержем подняли раненого, закинув его руки себе на плечи. — За мной!

Он рванул к чёрному ходу, мы поволокли Влада следом. Каждый шаг отдавался резкой болью, будто я сам, а не кто-то другой словил пулю или даже две.

Зараза!

Вновь, уже без всякого внешнего воздействия, пошла вразнос внутренняя энергетика, пришлось до боли стиснуть зубы, сосредоточиться на удержании в равновесном положении центрального узла и шагать, шагать, шагать! А ещё — не забывать о раненом. Пусть сейчас всего-то и мог, что блокировать его болевые ощущения и прижимать к ране скатерть, но и это было немало. Хоть от шока не загнётся и кровью так сразу не истечёт.

И — да, не загнулся и не истёк. Доволокли мы Влада до машины живым, он даже не окочурился, когда его внутрь грузили.

— Не гони! — прикрикнул я на Кешу с застеленного ещё одной скатертью заднего диванчика, когда наш автомобильчик как-то слишком уж резво выкатился из переулка, а от Влада потребовал: — Не дёргайся! Зальёшь кровью сидение, мне голову оторвут!

Тот чуть расслабился.

— Как там? — прохрипел он, перестав барахтаться.

— Жить будешь. Кеша, останови у аптеки!

— Какая тебе ещё аптека⁈ — возмутился Серж. — Ему в больницу надо!

— Там нас сразу и примут, — буркнул напряжённо вертевший головой по сторонам Иннокентий. — Надёжный врач нужен!

— Именно! — подтвердил я. — Позвони в оперное кафе, попроси Донца. Скажешь, что меня подстрелили, нужна помощь. Мы сейчас подъедем и его подхватим. Если в кафе не окажется, набери ресторан при отеле «De Roma».

— А сами не справимся? — сипло выдохнул Влад. — Мне уже легче!

Увы, хоть пулю и замедлил кинетический экран, засела она в потрохах достаточно глубоко, и в себя пришёл парень исключительно из-за моего подавившего болевые ощущения воздействия.

В отличие от самого раненого, Кеша оценивал ситуацию объективно, поэтому вскоре остановился на углу и убежал в аптеку. Вернулся он только минут через пять.

— Твоего Донца в яхт-клуб сегодня унесло, еле отыскал, — пояснил он, трогаясь с места. — Сказал, сам доберётся. Сразу у него встретимся.

— Не гони! — вновь потребовал я. — Не привлекай внимания!

Когда автомобиль заехал во двор пансионата, окна кабинета Андрея уже светились, а сам он без промедления выскочил на крыльцо и придержал дверь распахнутой. Ожёг меня злым взглядом, но с выяснением отношений повременил. Ассистировать ему вызвался Кеша, а Серж сразу углядел тележку с бутылками, налил полстакана коньяка и выпил в несколько длинных глотков.

— Не увлекайся! — потребовал я, без сил плюхнувшись на диванчик.

— Да ну тебя! — отмахнулся крепыш, но всё же отошёл от тележки и опустился на стул. Потёр рубец на скуле и сразу зажал ладони меж коленей в попытке справиться с дрожью.