Бедная Настя. Книга 2. Превратности любви - Елена Езерская

— Меня в гостиной ждут, дайте пройти, — твердо сказала Татьяна. — Господа велели чай подавать.

— Чай, говоришь? Так ты и мне принеси, а вместо сладкого — сама будешь. А коли передумаешь — на себя пеняй. И барину скажи, пусть не удивляется, если скоро ему княжна от ворот поворот даст.

Татьяна сверкнула на него полным ненависти взглядом и убежала.

— Что случилось, Танечка? — ласково спросил ее Андрей, когда она вернулась в гостиную. Лиза и Соня уже к себе ушли, и Андрей сидел один на диване, пытаясь собраться с мыслями.

— Чая вам подавать?

— Не до чая мне, — махнул рукой Андрей. — Да и ты ступай отдыхать — столько всего произошло сегодня!

— Почему вы не прогоните его?

— Ты о Забалуеве? — Андрей пожал плечами. — Пока у меня нет иного выхода. Придется какое-то время терпеть его в своем доме.

— А если он еще какую пакость сделает?

— Не бойся. Я не позволю ему вредить нам. Или — постой, Забалуев угрожал тебе? Что он сказал?

— Он… — смутилась Татьяна. — Он велел к нему вместо сладкого к чаю прийти.

— Вместо сладкого? — вспылил Андрей. — Что же, он у меня получит, все получит! А ты иди к себе, отдыхай и не думай об этом мерзавце. Я с ним сам разберусь.

Татьяна, кивнув, ушла, а Долгорукий бросился к Забалуеву.

— Ты что себе позволяешь, подлец! — с порога закричал Андрей, врываясь в комнату для гостей.

— Невежливо, ох, как невежливо, Андрей Петрович, — укоряющее произнес Забалуев, приподнимаясь на кровати и упираясь в спинку. Он был в нательном белье и юрко стрелял глазами. — Врываетесь, как будто я ваш крепостной, кричите истошно — дом весь разбудите, сестрицы снова плакать начнут. Опять скажете, что я виноват?

— Слушай, ты, подонок, — Андрей сжал кулаки и приблизился к кровати, на которой возлежал Забалуев, — если еще раз к Татьяне пристанешь…

— А зачем она тебе, князь? Ты же жениться собрался, — нагло сказал Забалуев.

— Ты не за меня думай, ты за себя отвечай!

— Похоже, Андрей Петрович, все эти волнения так вас напрягли, что вы сами думать уже не можете. Кто-то должен вас направлять, да на путь истинный наставлять, раз уж маменька ваша не в здравии.

— И не вы ли этот кто-то?

— Правильно, я. И поэтому слушай меня, дорогой шурин, внимательно. Мне деньги нужны. Твой дружок разлюбезный, Репнин, покоя мне дает, накопал против меня чего-то. И потому мне срочно надо долг один погасить. А так как ты мне к приданому подступиться не даешь, сам подумай, где эти деньги достать. А я пока повременю его сестре все рассказывать.

— Тебе что — мало? — в ужасе посмотрел на него Андрей. — Живешь в нашем доме, сидеть будешь с нами за одним столом. И тебе еще деньги нужны?

— Деньги всегда нужны. А Татьяна… Да у меня таких Татьян будет! Были бы ассигнации…

— Какой же ты негодяй!

— Да кто угодно! Лишь бы с деньгами, — Забалуев насмешливо посмотрел на Андрея и принялся устраиваться на постели поудобнее. — Теперь ты все знаешь, князь. Думай, как беду мою исправить, а я пока послежу, чтобы тайну нашу от невесты твоей поберечь.

Андрей хотел броситься на него, но сдержался и, до боли сжав кулаки, выбежал из комнаты. А Забалуев тихонько рассмеялся ему вслед и с головой ушел под теплое пуховое одеяло.

Утром приехал исправник, и Андрей попросил его немного подождать в гостиной — он хотел сам первым зайти к матушке и узнать, как она чувствует себя.

— Андрюшенька! Мой маленький мальчик! Где ты был так долго, а? — слабым голосом приветствовала его Долгорукая.

— Не хотел тебя прежде тревожить, — мягко сказал Андрей, подходя к ее постели.

— Иди ко мне. Садись, — Долгорукая похлопала ладонью по одеялу. — Опять заигрался с деревенскими мальчишками? Так нельзя, Андрюшенька, они у тебя растаскают всех твоих солдатиков, папа будет ругаться.

— Как вы себя чувствуете, маменька? — Андрей сделал вид, что не заметил этих ее слов.

— Отвратительно! Отвратительно, Андрюшенька! Скажи папеньке, пусть доктор больше не делает уколов. Я уколов боюсь!

— Хорошо, родная, — дрогнувшим голосом пообещал Андрей. — Обещаю, что ничего плохого больше с тобой не случится.

Вернувшись в гостиную, Андрей растерянно развел руками.

— Она по-прежнему думает, что отец жив, и мы еще совсем маленькие. Чего вы надеетесь добиться этим допросом? Вряд ли она поймет и услышит вас.

— И все-таки я должен попытаться, это моя обязанность, — настаивал исправник.

— Хорошо, — кивнул Андрей. — Но сначала я попрошу слуг помочь ей одеться и после приведу матушку сюда.

Исправник кивнул и остался ждать в гостиной, пока Долгорукая в сопровождении Андрея не вышла к нему.

— Итак, — приступил к допросу исправник, когда Андрей усадил мать на диване напротив. — Я бы хотел, княгиня, чтобы вы взглянули вот на этот любопытный документ.

— Что это? — Долгорукая по-детски широко открыла глаза и беспомощно оглянулась на стоявшего за ее спиной Андрея.

— Это показания господина Забалуева, — пояснил исправник, — который свидетельствует против вас и которого вы, в свою очередь, оклеветали.

— Это Сонин эскиз? — Долгорукая взяла лист в руки и пробежала его взглядом. — Ужасно неудачная работа. Стоит ли хранить нелепые заготовки?!

Андрей ей даже и помешать не успел — княгиня ловким движением быстро разорвала листок на мелкие кусочки.

— Вы едва изволили взглянуть, — покачал головой исправник. — Но это была лишь одна из копий. И сдается мне, этим поступком вы только подтвердили правильность выдвинутых в ваш адрес обвинений.

— Она сделала это несознательно, она не понимает своих поступков, — воскликнул Андрей.

— Не знаю, не знаю, — исправник с сомнением посмотрел на княгиню, которая с самым что ни на есть отрешенным видом переводила взгляд с одного на другого. — Послушайте, ваше сиятельство, обвинения против вас ужасны, и вам следует отнестись к этому допросу со всей серьезностью!

— Да, как вы смеете так разговаривать со мной? — нервически задергалась Долгорукая. — Вот вернется мой муж из Москвы — он вам покажет, он вас научит соблюдать правила приличия!

— Ваш муж? — нахмурился исправник. — Вы уверены, что он сейчас в Москве?

— А где же еще ему быть? Гостит у генерал-губернатора, князя Голицына. По делам государственной важности!

— Хорошо, хорошо, — кивнул исправник, с сочувствием посмотрев на Андрея. — А сейчас успокойтесь, может быть, ей надо выпить воды?

— Я распоряжусь, — кивнул Андрей и хотел было отлучиться, но княгиня тут же вцепилась ему в руку и притянула к себе.